Вечные Пески. Том 12 (СИ), стр. 34
Помимо администрации, казарм, дворца правителя, будущей школы шептунов и храма, нужно было ещё здание совета, где бы собирались старшины и командиры для решения общегородских вопросов. После того, как Меоли поддержала меня в новом устройстве, нам не составило труда протолкнуть моё предложение.
Тем более, если трезво смотреть на вещи, это уже было внедрено в наше маленькое общество. Командиры со старшинами и так могли выполнять роль советников. Со временем, конечно, они должны были смениться на других представителей. Однако тут я собирался дать людям самим решать, как дальше быть.
В конце концов, не было смысла в точности повторять за моей прошлой жизнью. Зачем? Там общественный строй складывался сам собой, и здесь наверняка вылепится что-то своё. Я лишь предложил основу для нового способа управления, а дальше… Дальше будет дальше. А пока старшины и командиры пусть учатся руководить. Без этого народное управление всё равно не получится.
Сам я взялся, наконец, за архивы из Святилища. А поскольку древние языки не знал, пришлось привлекать единственного знающего. И это была Меоли. Правда, пришлось с ней делиться сильно изменённой версией того, как эти архивы ко мне попали…
Зато с переводом теперь не было сложностей. Гонг-два каждый вечер мы с ней уделяли очередному отрывку. Так что дело мало-помалу двигалось.
И в какой-то момент у девушки возникли закономерные вопросы по поводу того, что она переводит.
— Ишер, я не понимаю… То, что здесь написано, это же какая-то пустая непонятная выдумка! — пожаловалась девушка, когда мы разбирали дневник одного из древних одержимых. — Какие-то демоны… Не песчаные… Какая-то странная датировка… И почему город здесь описан вовсе не так, как выглядит?
— Возможно, настоящая история не совсем такая, какой её изображают в документах Междуречья? — вопросом на вопрос ответил я.
— Разве это возможно? — ещё шире распахнув глаза, удивилась Меоли.
И даже отодвинула записи в сторону, выжидающе глядя на меня.
— Знаешь, мне про этот архив рассказал во сне Владыка Времени, — заметил я, присаживаясь рядом. — Он сказал, что сам его собирал, понимаешь?
— Бог собирал архив? — кажется, не поверила девушка.
— Он сказал, что был когда-то человеком. И заслужил право стать божеством, — пояснил я. — Да, это не совсем то, что рассказывают в храмах…
— Нет, этому я не удивлена. У нас в семье известно, что боги когда-то были людьми, но… Тогда получается, что задолго до Первого Царства люди были… Были более развитыми, чем сейчас, да? Я не понимаю! Как такое может быть? — распереживалась Меоли и даже губу от волнения закусила под конец фразы.
Была у неё такая милая привычка. И воспитание в старшей семье не смогло победить этот «недостаток».
— Знаешь, я расскажу тебе то, что мне рассказали боги… — решился я, притянув к себе девушку чуть ближе за тонкий стан. — Ты запомнишь, даже если не сможешь понять. И дальше мы просто будем из этого, мной рассказанного, исходить. Договорились?
— Расскажи…
И я рассказал. Про древних, что умели летать по небу, а по земле мчались быстрее самых быстрых переханов. Про ИйСу, которая могла заменить что угодно. И про то, чем всё в итоге обернулось. Не знаю, поверила ли Меоли сразу, но пару дней мы с ней переводами не занимались. Уж очень она была растеряна, даже по её собственным словам. А затем всё вернулось на круги своя.
Меоли была девушкой умной. И поступила именно так, как я советовал. Приняла знания к сведению, а дальше соотносила их с документами, которые шли в перевод. Ну а я старался выписывать себе отдельно всё, что было полезно для шептуна. Чтобы использовать затем для школы, если признаю сведения, в итоге, безопасными.
Наверно, было самонадеянно решать, что пригодится, а что, напротив, стоит скрыть. Вот только рядом не было никого, кто бы ещё взял на себя такую ношу.
Про шептунов я тоже не забывал. Пусть ещё не было школы, пусть мы многого не знали, но занятия начались. И более опытные шептуны уже делились знаниями с менее опытными. Первым делом пришлось всех учить слушать чужой шёпот. Этот навык, прямо скажем, не сразу осваивался. Многим и принять-то такую мысль было сложно.
В любом случае, дело двигалось вперёд, и молодые шептуны, ушедшие с нами, перестали жалеть о принятом решении. Тем более, знаний мы на чужие головы не жалели. А, закончив с переводом архивов Святилища, я надеялся эти знания ещё больше обогатить. В конце концов, вряд ли первые ученики уйдут отсюда, чтобы забыть про нас навсегда.
Нет, кто-то, наверно, всё же уйдёт. Силой держать я никого не собирался. Однако был уверен, что большая часть останется, чтобы совершенствовать навыки и пополнять знания. Они же станут первыми нашими преподавателями, а некоторые — и посланниками. Ведь в планах у меня было добраться до Песни Воды и полностью выписать её текст. А затем найти Песнь Песка и её тоже переписать.
Священные книги — это, конечно, хорошо. Но текст основных законов Края Людей стоило держать под рукой, хотя бы в переписанном виде. Пока ситуация с Диким Шёпотом и ордами не изменится окончательно, у человечества не будет законов лучше, а потому я не забывал напоминать людям об их важности.
А ещё у моих людей были дети. Их обучением я тоже занялся. Да, в мире Вечных Песков считалось в те дни, что ребёнок должен, в лучшем случае, считать до ста, вычитать и прибавлять. А вот я считал, что образование детям надо давать куда более глубокое. Пусть даже их родители не понимали, зачем, мол, головы ерундой забивать.
Но я точно знал, что уже следующее поколение само погонит своих детей учиться. И, вероятно, со словами «это всегда пригодится» или «учись, в люди выбьешься», ну и тому подобными напутствиями.
Мои приближённые, кстати, тоже пользу общего образования не оценили. Однако у меня было, что им возразить. Не могут плохо образованные люди жить в самоуправлении. Там, где правит недостаток знаний, рано или поздно возникают семьи Междуречья. А значит, итогом будет всё та же ситуация, которая в Междуречье и сложилась.
А образование, наоборот, приводит к развитию ремёсел, науки и культуры. Всегда есть, из кого выбирать управленцев, мастеров и учёных. Впрочем, более продвинутые навыки я молодому поколению тоже собирался обеспечить. В конце концов, мы же наняли и архитекторов, и строителей, и каменотёсов, и кузнецов, и гончарных дел мастеров, и литейщиков. И вряд ли у них получится вскорости переехать обратно в Междуречье — слишком тяжёлый путь. Значит, они останутся жить здесь и обучат себе младшую смену.
Больше всего я боялся вернуться к ситуации, когда рождённый крестьянином обязательно станет крестьянином, потому что другие пути ему заказаны. Подобное разделение всегда приводит, хоть и со временем, к потере ценных знаний и навыков.
Больше скажу. Я подумывал составить целый свод законов, запрещающий ограничивать как образование, так и смену рода деятельности. Однако это потом, когда с остальными, более насущными вопросами наконец-то разберёмся.
На юго-востоке, за озером, на берегу реки, которая начала пробивать себе путь в дальние дали, были найдены запасы олова. К счастью, месторождение было явно выше того уровня, до которого могла подняться вода, поэтому добыче ничего не угрожало. Однако пришлось прокладывать путь к этому месту. А также строить рядом посёлок, где жили бы будущие старатели. Ну а первые партии руды удалось доставить в лагерь караванами.
Но постоянно так работать мы не могли. Во-первых, караваны нужны были для торговли с веисатами, которая шла и набирала обороты. А, во-вторых, большая часть повозок по весне должна была отправиться на запад, к Белой Скале, нагруженная оловом и медью. По расчётам Меоли, её запасов на складах хватило бы где-то до середины лета, но зачем тянуть до последнего?
Ещё одно дело, которым занимались мои люди, но которое никому не нравилось, а меня постоянно спрашивали, зачем я всё это затеял, была крепость на перевале. У меня по этому поводу соображений было два: крепость прикрывала перевал от разных проявлений Дикого Шёпота и помогала вовремя сигнализировать об опасностях. А ещё с высоты отлично просматривалась вся округа и даже дальний берег озера.
