Верни мне папу, Дед Мороз!, стр. 6

Не он ли три года назад активно нашептывал, какая подлая гадина эта Лера? Не он ли принес в зубах доказательства, что Тая — не моя дочь? А теперь с придыханием открывает дверь машины перед женщиной, которую считал продажной?

Что-то не вяжется… Да и совпадений слишком много.

Достаю телефон и набираю номер Виктора Громова — владельца детективного агентства, с которым иногда работаю.

— Витя, это Демид Метельский. Срочное дело. Нужно кое-что проверить. И еще... найди самую надежную лабораторию, работающую с генетическим материалом. Лучше не в нашем городе…

Глава 6. Лера

Сижу на заднем сиденье машины Игоря и смотрю, как за окном проплывают новогодние витрины. Везде гирлянды, снежинки, картонные Деды Морозы с пластиковыми улыбками. Вся эта мишура раньше приводила меня в восторг, но сейчас это лишь напоминание о дурацком празднике.

— Солнышко, ну как тебе елка? — поворачиваюсь к Тае, которая сидит рядом со мной и рассматривает свой подарок.

— Хорошо! — отвечает дочь, роясь в коробке. — Дед Мороз был очень добрый. И настоящий.

— Настоящий? — усмехаюсь. — С чего ты взяла?

— Он взял мое письмо и обещал его прочитать, — серьезно объясняет Тая. — А ненастоящие Деды Морозы письма не читают. Они просто дарят подарки и все.

Игорь хмыкает с водительского места:

— Детская наивность... Впрочем, пусть пока верит в сказки.

Что-то в его тоне меня коробит, но я не подаю виду. После утренней сцены лучше не будить лихо.

— А куда мы едем? — спрашиваю, заметив, что мы сворачиваем в другую сторону от нашего дома.

— Сюрприз, — загадочно отвечает Козловцев, поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

— Игорь, у меня, вообще-то, на сегодня были планы, — говорю с легким раздражением. — Мне нужно...

— Что нужно? — перебивает он, и в голосе появляются знакомые нотки. — Постирать? Приготовить ужин? Лерочка, это рутина. Ты сделаешь это как-нибудь потом. А вот мой сюрприз ждать не может. Или я зря старался?

Вот она, фирменная техника Игоря Козловцева. Сначала делает что-то без спроса, а потом ставит тебя в положение неблагодарной стервы. Классика жанра.

— Я просто хотела предупредить... — начинаю оправдываться и тут же злюсь на себя. За что я оправдываюсь? За то, что у меня есть собственная жизнь?

— Лера, всего лишь хотел сделать тебе и Тае приятное, — продолжает Игорь тем же тоном. — Но если это никому не нужно, могу развернуться и отвезти вас домой. Фиг с ним, с сюрпризом, с потраченными деньгами, усилиями…

Ну вот, началось. Эмоциональный шантаж в чистом виде. «Я для вас стараюсь, а вы не цените».

— Нет, Игорь, нам не все равно, — как всегда сдаюсь, потому что ненавижу выяснять отношения. — Просто предупреждай в следующий раз, хорошо?

— Хорошо, — довольно соглашается Козловцев.

А я сижу и думаю: когда успела превратиться в такую тряпку? Раньше никому не позволяла собой командовать. А сейчас... Видимо, три года одиночества и постоянного чувства вины сделали свое дело.

Приезжаем к большому торговому центру. Игорь паркуется, идем внутрь. Народу полно — все готовятся к празднику, закупают продукты и подарки.

— Пиццерия на третьем этаже, — объявляет наш благодетель. — Там сейчас детская программа. Тае понравится.

Поднимаемся на эскалаторе. Дочь прижимается ко мне, чтобы не потеряться в толпе. А Игорь шагает впереди, как генерал. Широкие плечи, уверенная походка. Со стороны, наверное, мы выглядим как счастливая семья…

Только мы не семья. И, скорее всего, ею не станем. Такого зануду и манипулятора, как Козловцев, я долго не выдержу.

В пиццерии полно детей и родителей. Музыка играет, аниматоры в ярких костюмах развлекают малышню. Игорь ведет нас к столику у окна. Усаживает, галантно отодвигая стулья.

— Дамы, прошу к столу.

Козловцев вызывает официанта. Заказывает пиццу «Маргарита» для Таи и «Четыре сыра» для нас. Напитки тоже выбирает самостоятельно. Не спрашивает, чего мы хотим. Как всегда, решает сам.

— Ну что, девочки, пируем? — спрашивает, довольно потирая руки. — Я же знаю, что вы любите.

— Спасибо, — отвечаю дежурно.

А он уже входит в раж. Начинает вспоминать, какой замечательный и как много для нас делает:

— А помнишь, Лерочка, как тебе в прошлом году на Новый год поставили смену? — Игорь наклоняется ко мне через стол. — Некуда было Таю деть, а я сказал — не переживай, посижу с ребенком. Мультики смотрели, в «Монополию» играли. Правда, принцесса?

Тая кивает без энтузиазма.

— А в позапрошлом тебя стиральная машина сломалась. Прямо тридцатого декабря вечером, помнишь? — продолжает Козловцев. — Я не задавался вопросами, почему должен этим заниматься. Просто так помог. По-дружески.

Ага. По-дружески. А потом три месяца напоминал об этом при каждом удобном случае.

Одергиваю себя и чувствую, как внутри растет знакомое чувство вины. Он действительно очень много помогал. Без него было бы намного тяжелее. И конечно же, я должна быть ему благодарна.

Только почему эта незаменимая помощь ощущается как удавка на шее?

— Игорь, я ценю все, что ты для нас делаешь, правда, — говорю тихо. — Очень ценю. И ты это знаешь.

— Знаю, — кивает он. — Но иногда мне кажется, что ты воспринимаешь мое присутствие в твоей жизни как должное.

Вот оно. Главный козырь из рукава.

— Это не так...

— Мама, смотри! — Тая дергает меня за рукав. — Там детей зовут делать новогодние шарики! Можно я пойду?

Поворачиваюсь и вижу, как аниматор в костюме эльфа собирает детей около стола, заставленного красками, блестками и елочными шарами.

— Конечно, солнышко. Сколько это стоит?

— Триста рублей, — отвечает девочка-аниматор.

Лезу в сумочку за кошельком, но Игорь останавливает меня:

— Лера, позволь мне. У меня карта с собой.

— Спасибо, но я сама справлюсь, — настаиваю, доставая деньги.

Козловцев поджимает губы, но карту убирает. Расплачиваюсь с аниматором, и Тая убегает к столу с поделками. Мы с Козловцевым остаемся наедине.

— Зачем ты так делаешь? — спрашивает Игорь, как только дочь отходит подальше.

— Что именно?

— Отказываешься от моей помощи. Даже в мелочах. Как будто я тебе чужой человек.

— Ты не чужой. Просто... я могу и сама.

— Лера, — он наклоняется ко мне через стол, берет за руку. — Мы знакомы уже три года. Три года я рядом. Помогаю, поддерживаю. Делаю все, что могу.

Киваю. А что еще остается?

— Вижу ведь, как тебе нелегко одной. Работаешь на двух работах, устаешь, нервничаешь. А ведь не обязательно так жить…

— Игорь...

— Нет, выслушай меня, — перебивает. — Я устал быть просто другом. Кажется, пора уже перевести наши отношения на новый уровень.

Замираю. Вот оно. То, чего я так боялась. Прямо в лоб, без обиняков.

— Я... не понимаю, о чем ты, — лепечу, прекрасно осознавая, о чем он говорит.

Игорь тяжело вздыхает:

— Лера, ты же взрослая женщина. Неужели не видишь, что я к тебе не равнодушен?

— Мы друзья...

— Были друзьями. А теперь я хочу большего. Сколько можно ходить вокруг да около?

Молчу, не знаю, что ответить. А он продолжает:

— Какие у тебя планы на Новый год?

— Ничего особенного, — выдыхаю, радуясь смене темы. — Будь моя воля, праздновать совсем бы не стала. Но Тая ждет. Поэтому мы встретим Новый год вдвоем у телевизора. Посмотрим «Один дома», «Голубой огонек», мультики какие-нибудь семейные…

— А у меня есть другое предложение, — загадочно улыбается Козловцев.

Внутри все сжимается. Еще один сюрприз?

— Какое?

— Я снял живописный домик на турбазе в сосновом лесу. Представь: камин, пушистые пледы, тишина. Никакой городской суеты. Хочу пригласить тебя и Таю встретить Новый год вместе.

Вот и он. Хит вечера. Уютный домик, романтичная обстановка и мы втроем, как семья.

— Игорь, это очень мило с твоей стороны, но...