Павелителя. Дилогия (СИ), стр. 63

– Кху! – выдал парнишка, получив мощнейший удар коленом по ребрам.

Олаф же, тут же запрыгнул на него и начал буквально месить его лицо кулаками.

– Стоять! – рявкнул Шон и глянув на учеников, заорал командным голосом: – Убрать его!

К кругу тут же рванули остальные ученики. Причем как из ордена, так и от местного мастера меча.

Первыми до бывшего раба добежал широкоплечий парень из ордена. Он обхватил Олафа сзади за грудь, поднял в воздух, но тот лишь широко развел ноги, крутанул их и поднял руки вверх, волчком уйдя из захвата.

Выскользнув, он тут же локтем зарядил ему в челюсть, развернулся и с разворота влепил второму парню из ордена.

– Олаф, сука! – заорал мастер рванув к подросткам, что пытались его остановить.

Паладин остался на месте, удивленно смотря на происходящее.

– Волчара… Волчара дикий, свет тому свидетель, – произнес он и покачал головой.

* * *

Из кромешной темноты послышался жуткий вой. Двое мужиков прижались друг к другу спинами и выставили перед собой копья. Хотя каждый их них прекрасно понимал, что это уже не поможет. Только не в такой ситуации.

Рядом трещал костер. Но и он никак не мог отпугнуть стаю голодных волков.

– Вот же дрянь… – прошептал один из мужиков. – Как же так? Угораздило…

Второй лишь стиснул до скрипа зубы.

Снова послышался вой. А потом яростное рычание. Прямо рядом с ними что‑то быстро пробежало и так же стремительно ускользнуло обратно в темноту.

– Сука! Сука! Сука! Сдохните твари! – Он махнул копьем в пустоту просто для устрашения, и естественно оружие не встретило никакого сопротивления.

Их руки дрожали. А сами они тяжело дышали. Один уже был ранен и истекал кровью. Он перехватил копье и упер древко в землю, так как ему было тяжело стоять на ногах. Штанина ниже колена была мокрая от крови и потемнела.

В этот момент справа хрустнула ветка. Потом слева. А потом и сзади.

– Обходят. – Прошептал он.

– Слышу. – Дрожащим голосом ответил товарищ.

Гаврила резко повернулся на звук. Но ничего не увидел. В данном случае огонь только мешал разглядеть, что было дальше пяти метров, зато волки видели их прекрасно.

Когда к ним сунулся первый хищник, его отогнали. Но когда к нему прибежала вся стая, тут‑то охотники поняли, что сами попали.

Волки кружили вокруг них, рычали и выжидали. Но отпускать теперь уж точно не собирались.

Гаврила облизнул пересохшие губы.

– До утра дотянем? – Он и сам понимал, что это глупый вопрос. Но хотел услышать хоть какие‑то ободряющие слова. Однако его товарищ просто промолчал. И это было куда красноречивее.

Гаврила еще крепче сжал древко и сглотнул.

Дома жена, наверное, уже легла. Будет ворчать утром, что опять задержался. Потом выйдет на крыльцо…

В этот момент он зажмурился.

– Во имя Света…

– Глаза открой, – хрипло произнес его товарищ. – Рано еще.

В темноте что‑то глухо ударилось о дерево. И тут же рычание оборвалось.

А потом спустя мгновение один из волков резко взвизгнул. Тут же послышался второй визг и треск кустов. Словно через них пробирался кто‑то огромный. Через секунду что‑то тяжелое покатилось по земле.

Охотники замерли. В какой‑то момент вокруг воцарилась неестественная тишина. Словно все звуки куда‑то исчезли. А потом из леса донеслось протяжное скуление. На этот раз звуки были страшные. Скорее даже жуткие. Визги стояли на всю округу. Со всех сторон трещало.

Мужики поняли, что звери куда‑то ломанулись в разные стороны. Точнее те, кто успели. А вот что стало с остальными. Им даже страшно было подумать.

Гаврила попятился и едва не наступил в костер. Он почувствовал, как в груди что‑то сжалось и похолодело. Он конечно уже был готов к смерти. Но сейчас ему стало ещё хуже…

Через пару мгновений кусты перед ними зашевелились.

Оба направили острия в темноту.

Секунда. Вторая. Они сглотнули и замерли, затаив дыхание.

А потом на поляну вышел паренек. Он прищурился от света и поднял ладонь, заслоняя глаза.

Следом появился невысокий гоблин с мешком за плечами. Остановился, посмотрел на копья и поспешно спрятался за спутника.

– Здрасте, – произнес парень. – Я это… не против, если у вас тут до утра посижу? А то темно, нихрена не видно. А один умник умудрился все вещи намочить.

Гаврила просто вытаращил глаза и ничего не ответил. Его товарищ последовал тому же примеру. Они оба переглянулись, а потом уставились на парня. И только секунд через пять один из них заговорил.

– А… а где волки?

Паренек оглянулся через плечо и еле слышно цыкнул.

– А, блин. Это ваши волки, что ли, были? Извините. Я не знал. – Парень виновато развел руками. – Вы бы хоть привязали их, раз ошейники не надели. А теперь того… нет в общем волков больше.

Гаврила снова сглотнул и только сейчас опустил копье. Он посмотрел на своего товарища, а потом проследил за гоблином, который подошел поближе к их костру. Тот заглянул в котелок, который болтался над огнем, а потом радостно с улыбкой до ушей произнес.

– Павелителя, тута супа!

* * *

Эсса сидела с прямой спиной.

Она покосилась на старичка, что сидел рядом и внимательно за ней наблюдал. Затем она взяла вилку, нож и принялась аккуратно и спокойно резать кусок жареного мяса, что лежал перед ней.

– Хорошо, – кивнул старичок, наблюдавший за ней.

Он скосил взгляд на небольшой платок с вышивкой и вздохнул.

– Ты действительно способная девочка, – произнес он. – Ты приятно меня удивила. Я и не думал, что среди крестьян можно найти такую.

– Спасибо, – вежливо кивнула Эсса и покосилась на окно, за которым слышались звуки удара топора и мужские голоса. – Разрешите поинтересоваться… – неуверенно начала она и умолкла, стараясь подобрать слова.

– Что тебя интересует?

– Ваше поместье… Когда мы пришли, оно выглядело… – тут девочка поджала губы и нахмурилась.

– Запущенным?

– Да. Запущенным, – кивнула Эсса. – Почему… Вернее, как оно стало таким?

Старичок вздохнул и с явным нежеланием говорить на эту тему, откинулся на спинку стула.

Он глянул на герб, что красовался над входом в столовую, а затем перевел взгляд на девочку.

– Что изображено на нашем гербе?

– туча и молния?

– Гром и молния. Моя… Да, теперь и твоя фамилия Гром. Думаю, ты должна знать о своем брате, Вильяме.

Девочка нахмурилась, прокручивая в голове всех, кого видела в поместье, а затем произнесла:

– Его же тут нет?

– Его уже нет на этом свете, – буркнул старик. – Вильям подавал большие надежды, у него был минимальный порог силы и тело его было очень крепким. У него были все шансы стать фигурой в каком‑нибудь ордене. Из него вышел бы отличный паладин, но…

– Но? – после паузы произнесла Эсса.

– Карты. Карты сгубили его и все мои сбережения, – произнес старичок и недовольно сморщился. – Дошло до того, что он заимел столько долгов, что его клинок с руками выкупили для убийств. Он стал бретером.

– Он погиб, да?

– Погиб, оставив после себя пятно на нашем роде и кучу долгов, – вздохнул старичок и грустно усмехнулся. – Единственный сын сделал все, чтобы доказать – я плохой отец.

– Но вы же не виноваты в этом… – неуверенно произнесла Эсса.

– Но растил его я, – пожал плечами старичок и глянул на девочку. – твое появление спасло меня от голодной зимы. Мне пришлось продать все, что у меня было. Даже инструмент и ковры. Но долг я погасил. Весь без остатка. И думал, что эта зима станет для меня последней.

Эсса грустно кивнула и посмотрела на тарелку с мясом. Ее взгляд вернулся к старику.

– Кушай, я не буду, – усмехнулся старик. – Сейчас у меня есть деньги. Мы немного приведем поместье в порядок. Нам хватит денег, чтобы засеять поле рядом на будущий год и прикупить пару безземельных крестьян. Думаю, даже на какую‑нибудь корову хватит.