И пришёл охотник (СИ), стр. 46

На секунду я растерялся. И это не укрылось от внимания моего собеседника. Он явно наслаждался ситуацией.

— Прибудем куда? — уточнил я.

— Не гоните коней, скоро всё узнаете, — продолжал Алекс. — С вашим правовым статусом есть, скажем так, некая доля неопределённости. Но мы решим этот вопрос в вашу пользу.

— В случае, если я буду сотрудничать? — уточнил я.

— Собственно, вы уже сотрудничаете, — ответил мой собеседник. — Раз до сих пор не доставили нам никаких проблем.

Меня будто ледяной водой окатило.

— Да расслабьтесь, Михаил, — сказал Алекс. В этот раз он обошёлся без довольной улыбки. Наоборот: вдруг стал предельно серьёзен. — У меня простая задача: дать вам возможность самому разобраться в ситуации.

— Что с моими людьми? — спросил я.

— Парни, которые были с вами? — Алекс пожал плечами. — Сейчас их допрашивают. Потом, если всё будет хорошо, вероятно, передадут в обменный фонд. Ничего необычного. Скажем даже так: сейчас их шансы дожить до окончания войны несколько выше, чем если бы они оставались в основном составе отряда. Так что вам даже не за что себя корить.

Последовала долгая пауза. Делая вид, что размышляю, я внимательно оглядел каюту. Гермодверь справа от меня оставалась незапертой. Впрочем, это мало что мне давало: я помнил про мордоворотов на страже. Под потолком — вентиляшка. Слишком узкая, чтобы даже думать о том, чтобы пролезть через неё. Справа от стола — узкая дверь. Наверно, в санузел. Собственно, всё: иллюминатор тут не был предусмотрен конструктивно. Просто металлическая коробка. Даже если мне удастся вырубить Алекса — пространства для манёвра и отхода не слишком много…

— Да ну прекратите, Михаил, — снова заговор мой собеседник. — Это просто несерьёзно. Вы ведь хотели этого, верно? Выбраться? Всё, у вас получилось — для вас война закончена. Расслабьтесь.

— Кто вы, Алекс? — спросил я после секундной паузы.

— Об этом мы поговорим позже. На месте, — ответил он. — Сейчас слишком рано.

— И почему вы решили, что я пытался выбраться?

— Потому что без вашей прямой воли наша операция по спасению не удалась бы, — ответил Алекс.

Он выждал секунду. Потом снова подался вперёд, глядя мне в глаза.

— Я пошёл в диверсанты. Добровольно, — сказал я. — Разве так выглядит попытка спастись от войны?

Алекс вздохнул.

— Михаил, вы хоть сами себя послушайте, — произнёс он. — Вы. Диверсант… да, я не хочу обесценивать тот опыт, который вы получили за эти дни — но это не совсем одно и то же, что стать профессионалом высшего уровня. Всё, отряхните этот морок, в нём больше нет необходимости. Осознайте, какая это дичь.

Я стиснул зубы.

— Вы не до конца понимаете это сейчас на сознательном уровне. Но вы хотели жить. Вы нашли единственный верный путь к спасению, — продолжал Алекс. — Ваша натура писателя сработала вам в плюс. Вы поверили в свои силы. Поверили, что готовы к самостоятельному пути. Ваша собственная добрая воля — это как раз то единственное, что могло вытащить вас из ситуации, в которой вы оказались. И это сработало. Вы вырвались. Не без нашей помощи, конечно.

Мне хотелось кричать, но я постарался изобразить облегчение. Будто только что понял нечто очень важное.

Глава 23

За пределом

Яркое солнце грело совсем по-летнему. Рыжие лучи распадались на искорки на морской ряби. Тёплый бриз нёс запах свежести. Однако же осень добралась и сюда: на склонах холмов виднелись рыжие подпалины листвы. Сонный городок жил своей жизнью: на улицах, прилегающих к яхтенной марине, гуляли люди. Упитанные коты грелись на тротуаре, возле уличной кафешки, где торговали кебабом. Над современными виллами, уступами спускавшимися к морю, белоснежный минарет указывал пальцем в глубокое синее небо.

Вот старик проехал на велосипеде по торговой улочке. Остановился у кофейни на углу, потом долго пристёгивал своего железного коня на замок с тросиком. Наконец, ему это удалось. Он удовлетворённо кивнул и зашёл в кофейню.

Я потянулся и переставил ноги. Тут же заныла подживающая рана на ноге. Утром мне поменяли повязку. Удивительное дело: я ведь почти забыл про эту царапину. А тут она дала о себе знать.

На палубу поднялась девушка. Красивая: правильные черты лица, огромные тёмно-карие глаза, чувственные губы, чуть подкрашенные коралловой помадой. Она была одета в светло-серый брючный костюм, который очень ей шёл. В руке она держала небольшой серебряный поднос.

— Вот. Наш шеф очень старался, — сказала она на английском, поставив передо мной тарелку, накрытую серебряной крышкой, и раскладывая приборы. — Надеюсь, вам понравится.

— Спасибо, — кивнул я.

— Если захотите прогуляться — уличная одежда ждёт вас в каюте. Всё подготовили с учётом ваших пожеланий. Алекс оставил в вашем распоряжении «Ауди», так что дайте знать.

Она обворожительно улыбнулась. И я невольно ответил на её улыбку.

— Спасибо, Франческа, — повторил я.

Нас представили друг другу сегодня утром. Франческа была старшей стюардессой, или пёрсером. Она распоряжалась остальным экипажем, который отвечал за обслуживание гостей и хозяев.

— Увидимся, — ответила она, после чего кивнула и вернулась к трапу.

Я открыл серебряную крышку. На тарелке лежала свежеприготовленная рыба со спаржей. Попробовал кусочек. Кажется, это должно быть вкусно — но почему-то еда не принесла никакого удовольствия.

Предыдущий раз мне удалось перекусить ещё на борту десантного катера. В каюту притащили рацион американской армии. Такой же, который я обнаружил в подбитом «Страйкере».

Ночь я провёл в каюте один. Думал, что не усну. Много думал про Зигфрида. Про парней, которые остались в блиндаже. Я не давал воображению волю, но всё равно было паршиво.

Ещё думал про Алекса. Про то, какая он опасная тварь. Представлял его на месте того парня, которому я выстрелил в лицо. Становилось легче. Уснул я после того, как продумал, как его можно было бы убить авторучкой. Прокрутил в голове весь сценарий: как мы говорим про автограф. Как он приносит мне экземпляр моей книги, изданной на Западе. Как я беру ручку, после чего быстрым рывком подаюсь вперёд, уверенно целясь в глазницу… где-то на самом краю сознания перед тем, как провалиться в забытие без сновидений, я почувствовал лёгкий отголосок одобрения. Как если бы Зигфрид наблюдал за мной. Но, конечно, это было игрой моего воображения, пускай от неё и становилось чуть легче.

— О чём задумались?

Алекс возник на палубе почти бесшумно. Я посмотрел на него, стараясь убрать из головы сцену с его убийством. Улыбнулся.

— О мире, — ответил я.

— Рад, что вы приходите в себя, — кивнул Алекс, устраиваясь за столом рядом. — Это хорошо. А вы говорите, зачем нужно было избавляться от вашей формы.

Он подмигнул мне. Перед тем, как мы пересели на яхту, меня заставили полностью раздеться. Я поменял всё, включая трусы, на совершенно гражданские вещи. Добротные, качественные, приготовленные заранее. Мой «пиксель» вместе с броником сложили в мусорный пакет.

Алекс расстегнул наплечную сумку, покопался в ней и достал «айфон».

— Вот, — сказал он, укладывая аппарат на стол. — Там копия вашей сим-карты. По ней вы сможете войти в айклауд, восстановить содержимое.

Я принял аппарат. Осмотрел его. Вроде совершенно новый, следов вскрытия не видно — впрочем, это, конечно же, ни о чём не говорит. Интересно, знает ли Алекс про Гоблина?

— Спасибо, — кивнул я.

— Ваша мама наверняка переживает. Можете с ней связаться.

— Хорошо.

— Добро пожаловать обратно в цивилизованный мир, — улыбнулся Алекс.

Я ответил ухмылкой. Подцепил кусок рыбы, отправил его в рот. Потом нажал на кнопку включения смартфона.

— Алекс, я не готов сотрудничать, — сказал я спокойно, наблюдая, как на экране появился логотип компании. — Вы ошиблись во мне. Понимаю, что последствия будут — но я к ним готов.

Алекс вздохнул. Потрогал хвост, в который были собраны его длинные волосы.