За гранью дозволенного, стр. 59

Роман на это ничего не ответил, он лишь растерянно взглянул на неё и молча направился к выходу. Спустя пару секунд дверь с грохотом захлопнулась, отчего Мишель невольно вздрогнула, а в коридоре раздались удаляющиеся шаги. Теперь она осталась одна. Грустно покачав головой, Мишель подошла к расписанному узорами окну. От него веяло холодом, а стёкла жалобно трещали от ветра. Зима, такая суровая и красивая, пусть она навсегда заморозит ее сердце, а вместе с ним и любовь к Роману. Мишель окончательно запуталась в этой истории и не находила себе места. Она так устала от выяснения отношений, ссор с матерью и постоянного нервного напряжения. Сколько можно? Неужели так трудно жить, как нормальный человек, как миллионы людей в этом огромном мире? Полностью опустошенная и обессилевшая, Мишель опустилась на стул и стеклянным взглядом уставилась в стену. Как же ей хотелось забыться и больше уже ни о чем не думать. И тут ей на ум пришла идея. Быстро вскочив со стула, Мишель сменила халат на верхнюю одежду и отправилась в бар.

Ей было совершенно наплевать, что часы показывали начало десятого, что завтра снова на работу, а мать как всегда пристанет с вопросами. У нее была только одна цель, а всё остальное не волновало. Устроившись за барной стойкой, Мишель заказала коктейли и теперь нетерпеливо постукивала по столу, пока молодой парень смешивал напитки. “Спасибо”, — сухо произнесла она, когда выстроился ряд из фужеров. Игнорируя удивленный взгляд бармена, Мишель пододвинула разноцветные жидкости и стала неторопливо их потягивать. Она сама не заметила, как быстро её опьянили коктейли. Расплатившись, Мишель поблагодарила персонал и, встав с табуретки, едва не оказалась на полу. Голова так сильно кружилась, и всё плыло перед глазами. Кто-то подал ей руку и она интуитивно на нее опёрлась, затем этот кто-то помог ей надеть шубу и осторожно вывел на улицу. Оказавшись на свежем воздухе, Мишель немного стало легче. Сделав глубокий вдох, она пьяно улыбнулась и собралась поблагодарить спутника за его доброту. Но как только она повернулась к нему лицом, ее порыв мгновенно исчез, потому что перед собой Мишель увидела Романа.

— Что… ты … здесь… делаешь? — по слогам спросила она и недовольно покосилась на него.

— Ждал тебя, чтобы нормально поговорить, а заодно следил, чтобы ты не наделала глупостей, — прозвучал ответ.

— А напиться мне, ты, значит, дал, — усмехнулась Мишель.

— Так ты сговорчивее, — спокойно заметил Роман.

— Наверное, — кивнула Мишель. — А разве мы не всё выяснили? — удивилась она.

— Я отвезу тебя домой, — оставил он без внимания её вопрос. — Нееет! — начала отмахиваться Мишель и пошатнулась. — Я с тобой никуда не поеду! И знать я тебя тоже не хочу!

— Мишель, как же ты пьяна! Посмотри на себя, ты даже на ногах не стоишь! — возмущенно воскликнул Роман. — Сама ты домой точно не доберешься.

— Не… неправда! — возразила она.

— Ну, вот что, — Роман схватил ее за локоть и резко притянул к себе. — Стой спокойно и веди себя прилично, а я поймаю такси.

— Не трогай меня! — громко сказала она, продолжая сопротивляться.

— Да не ори, — раздраженно произнес Роман и жестом остановил автомобиль жёлтого цвета.

Устроившись с Мишель на заднем сидении, он продиктовал адрес, и машина тронулась с места.

— Мы так не договаривались! Ты сказал, что отвезёшь меня домой! — негодовала Мишель, услышав другую улицу.

— Ты права, но я ведь не уточнил, к кому именно, — ухмыльнулся Роман и нежно погладил ее по голове. — Не переживай, всё в порядке.

На этот раз Мишель не стала спорить, она положила голову на плечо Роману и задремала. Когда же машина подъехала к подъезду, Роман расплатился с водителем и, взяв Мишель на руки, понёс её до квартиры. Ему повезло, что отец уже спал и ничего не заметил. Положив Мишель на диван, Роман отправил с ее телефона сообщение матери, что якобы она задержалась и заночует у подруги, а сам на всякий случай принес из ванной таз и лёг с ней рядом. К счастью, ночь выдалась спокойной, Мишель никого не тревожила и уже до утра не просыпалась.

Яркий желтоватый свет бил в лицо, голова раскалывалась, словно по ней ударила тысяча молотков, а тошнотворный привкус и жажда мучили со страшной силой. Сейчас Мишель была готова умереть, лишь бы не испытывать похмельных мучений, хотя вчера она об этом едва ли думала. С трудом открыв глаза, она даже не сообразила, где находится. Перед собой она видела только ночник, и его свет буквально её ослеплял. Закрывшись от лампы руками, Мишель мысленно попыталась восстановить события прошедшего вечера, однако вспомнить мало что удавалось. Зато у нее получилось напиться до беспамятства, в точности, как она хотела. Жалобно застонав, Мишель повернулась на бок и сильнее закуталась в одеяло. “Что за дурацкая лампа”? — раздраженно подумала она. — “И почему я сплю в такой странной одежде”? Обнаружив, что на ней только футболка и колготы, Мишель медленно приподнялась и осмотрелась. Комната была большой и уютной. У окна стоял раскладной диван, на котором она лежала, а вдоль стены компьютерный стол и шкаф. На полках бережно хранились книги по истории и шахматам, а также грамоты и памятные сувениры. Заметив на стуле свитер, она даже обрадовалась и осторожно потянулась за вещами. Однако слабость и головокружение не дали этого сделать, и ей пришлось лечь обратно. В этот момент дверь в комнату резко открылась, и когда Мишель увидела Романа, всё тут же прояснилось.

— Привет, — сдержанно сказал он. — Как самочувствие?

— Даже не спрашивай, отвратительно, — пожаловалась Мишель, смутно припоминая, как они ругались в клинике.

— Неудивительно, — усмехнулся Роман. — Ты вчера явно перебрала. Радуйся, что отец рано уехал на работу и не увидел тебя. Вот тогда бы мы повеселились! — многозначительно добавил он.

— Черт! Сегодня же моя смена! — воскликнула Мишель в ужасе. — Который час?

— Почти восемь.

— Я уже должна быть на месте! О, ну что за день такой! — произнесла она с досадой. — Игорь Петрович меня уволит.

— Не уволит, позвони ему и скажи, что заболела, — Роман взял с полки телефон и протянул его ей. — Ты разве не знаешь, как это делается? — он вскинул бровь.

Мишель на секунду замешкалась, но взяла мобильный. Пока она дрожащими руками набирала номер, Роман пошёл на кухню. Наверняка, он слышал, как неуверенно и отчаянно звучал её голос, однако в его жалости она не нуждалась. Сообщив начальнику о болезни, Мишель получила необходимый отгул и облегчённо вздохнула. Едва она окончила разговор, как Роман вернулся в комнату и присел на край дивана.

— Ну что? Всё уладила? — поинтересовался он.

— Всё, — слабо улыбнулась Мишель.

— На вот, выпей, тебе будет полегче, — Роман передал ей стакан воды и таблетку.

— Спасибо, — Мишель запила лекарство, и с непониманием взглянула на него. — Скажи, зачем ты для меня всё это делаешь?

— Что именно? — уточнил Роман.

— Ну, ждал меня весь вечер в баре, привез домой на свой риск. Вот сейчас ухаживаешь за мной, — пояснила она, перебирая край одеяла. — Ты не обязан, — и она вновь на него посмотрела.

— Потому что, — вздохнул Роман. — Потому что я люблю тебя, Мишель. Я тебе уже сказал это вчера, точнее пытался. Но ты не захотела мне поверить, — коротко напомнил он.

— Не надо пытаться загладить вину. Я всё видела своими глазами, — с горечью прошептала Мишель. Ей было обидно вдвойне, что Роман по-прежнему её обманывал. — Ведь трудности — это не для тебя, и ты при первой же возможности нашёл подходящий вариант, — настаивала она.

— Думай, как хочешь, — не выдержал он и, встав с дивана, направился в коридор.

— Ну, почему тебе не хватает смелости мне признаться? Ведь и так всё понятно! — прокричала Мишель, слыша, как застёгиваются ботинки.

— Я ни в чём не виноват, и мне не за что оправдываться, — ответил Роман и надел пальто. — В отличие от тебя мне пора на работу, и я не могу опаздывать. Запасной ключ лежит в верхнем ящике комода, как-нибудь потом заберу, — холодно сказал он и, не попрощавшись, покинул квартиру.