Повелитель Стихий. Том 5 (СИ), стр. 49

Над флагом мигнули застывшие цифры. Красный цвет сменился белым, и отсчёт продолжился.

Развеял воплощение. Серебристая плёнка сошла с кожи, тело вновь стало привычно лёгким. Отряхнул ладони и повернулся к дереву, под которым продолжали лежать несколько десятков пикси.

Судя по всему, они внимательно следили за дракой, и даже бородач перестал гневно сопеть.

Подошёл ближе и присел рядом на корточки. За время драки матершинник немного успокоился, но стоило мне устроиться на траве, как он опять сердито уставился на меня.

— Ну что, готов поговорить?

Нить воли на его рту ослабла.

— … да я тебе эту поляну на голову обрушу, дылда синемордая! — тут же заорал бородач так, что с соседней ветки снялись птицы. — Убери свои невидимые верёвки! Отпусти, кому говорю, а то я тебя!..

Нить легла обратно, и он прервался на полуслове.

— Слушай, — начал я, устраиваясь поудобнее. — Хочешь дальше лежать и молчать — лежи и молчи. Но я не понимаю, в чем смысл страдать, когда можно просто со мной поговорить. И после этого я вас всех освобожу.

Я сорвал с ветки ещё один золотистый плод и захрустел. Время у меня есть, фруктов тоже хватает. Бородач следил за каждым моим движением с таким видом, будто я ел его любимый фрукт. Последний.

Ладно, попробуем еще раз.

— Да как ты вообще посмел меня заткнуть! — загремел бородач. — Меня! Да чтоб у тебя борода на пятках выросла, синеголовый убл!..

Я снова закрыл рот. Вздохнул и подпёр подбородок кулаком. Ладно, пусть полежит. Может, сам сообразит, что орать на того, кто может в любой момент тебя заткнуть — так себе затея.

Делать было нечего, так что выждав еще немного времени, предпринял очередную попытку.

— Попробуем ещё раз, — предложил я. — Правила простые — ты не орёшь, я тебя не затыкаю. Готов?

В третий раз убрал нить. Бородач пыхтел, раздувал ноздри, но больше не ругался. Прогресс налицо.

— Другое дело, — кивнул я. — Как звать?

Бородач ещё немного покривился и позыркал на меня, но всё-таки ответил:

— Пырей.

Пырей так Пырей. Подходящее имечко.

— Вот и познакомились. Теперь расскажи мне, Пырей, что это за место.

— Лес, — бородач дёрнул плечом, насколько позволяла нить. — Сам не видишь?

— Вижу, но хотелось бы знать чуть больше подробностей. Что находится рядом, где это место вообще территориально располагается.

— Откуда мне знать? Мы за границу никогда не выбирались. Лес закрыт по кругу защитными воплощениями. Куда ни полети, выйти не получиться.

То есть их здесь заперли. В целом, тоже вариант — зато ценная раса никуда не сбежит, а в твоем распоряжении будет иметься такое удивительное место.

— Ладно. А чего ты такой злой?

— Злой⁈ — Пырей аж дёрнулся всем телом. — Будешь тут злым! К нам постоянно кто-то приходит. Постоянно! А иногда вообще толпами, как сегодня. Шляются по лесу, у деревьев сидят сутками, ломают тут все!

— И давно это длится?

— Да всю жизнь! Сколько себя помню, столько и ходят.

Толпами. Раз в пять лет, надо думать, как раз под турнир.

— А ещё, — продолжил бородач, — иногда заявляются сами хозяева этого места! Самопровозглашенные! Ходят как короли, обирают все деревья до липки, даже плоды моей любимой цианиты под ноль вычищают!

Это он, видимо, имел в виду то самое дерево, плоды которого я всё это время уплетал за обе щеки. Хорошо, понять его поведение и правда можно.

— Теперь про вас, — я присмотрелся к бородачу. — Почему вы такие странные пикси?

— Это мы-то странные⁈ — возмутился Пырей. — На себя посмотри!

— Мужчины среди пикси. Пыльца, которая вытягивает стихию. Так не бывает.

— Не знаю я, — он насупился. — Мы всегда такими были. А ты что, знаешь каких-то других пикси?

Знаю. Те при виде чужака прятались куда подальше и никакой пыльцой не раскидывались. Только рассказывать об этом я не собирался.

— Вопросы тут задаю я, — я кивнул на шест с полотнищем. — Лучше скажи: эта штука у вашего дерева давно стоит?

— Недавно понатыкали! — Пырей опять завёлся. — Пришли дылды и воткнули свои артефакты возле каждого нашего дерева! Возле каждого, слышишь⁈ И теперь у любого дерева кто-то да сидит!

Ага. Значит, дело не в моём везении.

Задумка организаторов оказалась довольно изящна. Флаги специально устанавливали возле деревьев пикси, таким образом они не могли избежать их недовольства и теряли силы. К концу третьего часа сопряжение у многих должно опустеть, и сопротивляться чужим атакам станет крайне сложно.

Забрать флаг получится лишь в двух случаях. Либо если ты очень сильный, и сможешь дать отпор даже в ослабленном состоянии, либо очень удачливый, и найдешь флаг в таком укромном месте, что кроме тебя на него никто не наткнется.

Также важно было и другое. Флагов в лесу сотня. Если возле каждого находится дерево пикси, то колония здесь огромная.

Неплохо было бы каким-то образом забрать их к себе. Пользы от них не меньше, чем от хорошего стихийного источника. Да и разобраться с их необычной пыльцой тоже было бы интересно.

— Слушай, — решил закинуть я удочку. — А если вам здесь так не нравится, может, переберётесь куда-нибудь? Где поспокойнее.

— Куда⁈ — Пырей вытаращился на меня. — Какое ещё место? Что ты несёшь, дылда? Мы не можем выйти из леса, я же только что объяснил!

— А если я скажу, что могу это устроить?

— Эларии только врут. Других я за свою жизнь не встречал.

Пикси дружно запищали. Надо же, какое единодушие.

— Ну, я немного отличаюсь от элариев. И вообще, сам посуди — я вам ничего не сделал. Связал аккуратненько, вы даже не поняли как. Хотя вы очень старались оставить меня без силы.

— Мало ли что ты умеешь, — пробурчал Пырей, упрямо глядя в сторону. — Какая разница.

Упрямый бородач. И как с тобой договориться?

Припугнуть? Он, конечно, заговорит, только помогать мне потом вряд ли захочет. Что-нибудь пообещать? Не верит он обещаниям. И правильно делает.

Ладно, попробуем зайти с другой стороны. Пикси, несмотря на размеры, благодаря своей особенности притягивать стихию жизни, живут долго. Крайне долго.

А значит, кое что может сработать.

Достал из пространственного кольца костяную бирку с открытым глазом.

— А вот это тебе о чём-нибудь говорит?

Пырей скосил глаза на бирку и перестал сопеть. Присмотрелся, пожевал губами.

— Видал такой знак, — нехотя признал бородач. — Слышал что-то. Давно только.

Отлично, значит имя дома Вейр может ему что-то сказать.

— То есть ты знаешь про дома элариев?

— Естественно! — Пырей задрал бороду. — Я тут живу сто миллионов тысяч лет! И всё это время тут одни эларии и шастают, как мне не знать!

Полагаю, про сто миллионов тысяч лет бородач загнул, но в том, что его возраст легко может перевалить за несколько веков, я ничуть не сомневался. Даже несмотря на его неприятный характер.

— Тогда, может, слышал про мой дом? Что мы живём в скрытых городах, куда никто посторонний не попадёт, хоть сто лет ищи.

— Что-то такое слышал, — буркнул Пырей. — И какая разница?

Ворчал он уже тише. Кажется, ему стало интересно. Вряд ли кто-то из охотников на флаги раньше с ним об этом разговаривал.

Город у Утёса Ветров всё равно пустует. А пикси там пригодятся — устроим плодородные земли посреди ледяной пустыни.

— Такая, что я могу поселить вас в своём скрытом городе. Всю вашу колонию. Будете жить спокойно. Никаких гостей, никаких артефактов у деревьев.

— Врёшь, — неуверенно сказал Пырей. — Да и в городе всё равно будет жить кто-то, кроме нас.

— Может быть, — не стал отпираться я. — Однако это мой город, и уж выделить вам приватный закрытый уголок я смогу.

Пырей надолго замолчал. Смотрел то на меня, то на своих. Судя по тому, как он задумался, вопрос с переездом явно его зацепил. Однако доверять мне от этого он не стал.

— Я бы, может, и согласился, — протянул он. — Мне это место так надоело, что я уже куда угодно готов свалить. Только, во-первых, я тебе не верю. А во-вторых, раз ты такое предлагаешь, значит, тебе что-то нужно взамен. Угадал?