Повелитель Стихий. Том 5 (СИ), стр. 1

Повелитель Стихий. Том 5

Глава 1

Утром, как следует отоспавшись после восьми дней у источника, я отправился искать транспорт. Снегоход отыскался лишь на краю ксэдринского рынка, у мутного старьёвщика, который стоял между печными дверцами и гигантскими катушками ржавой проволоки. Странный ассортимент, и будь у меня возможность, я бы предпочел не покупать ничего у такого продавца, однако это была единственная людская машина на весь город. Откуда она здесь взялась, хозяин и сам толком не знал: не то с границы, не то с какой-то давней стычки. Вместе со снегоходом он отдал две канистры топлива, а цену сбивать почти не пришлось. Эларии ездят на барсах, и громоздкое непонятное железо тут никому не сдалось.

Своего барса я оставил Ралису. По скорости со снегоходом считай одинаково, разве что барса надо прикрывать волей в буре, но главная причина была не в этом. Хоть я и не собирался светиться у стен Вардиса, но вдруг какой зевака заметит белый силуэт верхом на звере. Лишняя суматоха была мне не к чему.

Выехал тем же утром и погнал прямиком на север, не заезжая ни к Нейрасу, ни куда-то ещё. Собрание оценщиков ради меня никто переносить не станет, так что каждый день в запасе был на счету. Благо по поим прикидкам, дела в Вардисе много времени съесть были не должны.

Дорога выдалась скучной, чему я был только рад. Старая машина чихала на каждом холодном пуске, зато тянула ровно, а большего от неё и не требовалось. Значительную часть пути я срезал прямо через Бурю, куда не сунется ни один попутчик, но благодаря воле главная опасность Нижних земель не была для меня проблемой. Тёплые всполохи осколков прошивали марево и уходили в сопряжение, капля по капле раздвигая берега озера силы.

К Вардису подъехал к ночи вторых суток. Удачно.

Снегоход я оставил за грядой: загнал за камни в стороне от накатанной колеи и присыпал снегом. На гребень поднялся пешком.

Крепость совершенно не изменилась за время моего отсутствия — над тёмной приземистой громадой торчал обломок надвратной башни, по стене горели редкие огни, а у жилых домишек рядом светились жёлтые окна. Несмотря на доклад Тима, который передал, что причин для беспокойства нет, облегченно выдохнул.

По куче старого камня я, честно говоря, успел соскучиться. И хоть это была моя крепость, внутрь мне предстояло лезть через стену, как вору.

Стена встретила меня знакомым щербатым силуэтом и редкими пятнами огня. Бочки горели через одну, у ближайшей грелась дозорная тройка. Ребята устроились с комфортом: повернулись спиной к Буре и лицом друг к другу, над головами вился табачный дымок. Один как раз заканчивал анекдот. Все трое разом расхохотались. Слов я с такого расстояния не разбирал, да и не требовалось: по расслабленным позам всё было ясно. Стволы висели за спинами, а у одного оружие и вовсе стояло у бочки.

Они, конечно, могли себе это позволить. Твари от стен давно отстали, в том числе моими стараниями, так что дозор теперь стоит больше для порядка. Вот только Корней за такую вахту при мне снял бы со всей тройки шкуру. Причём с каждого по два раза.

Для подъёма выбрал тёмный промежуток между бочками, подальше от весёлой компании. Зачерпнул из сопряжения стихию воздуха: сжатый под подошвами поток толкнул меня вверх, а нить воли зацепилась за выщербленный зубец и дотянула до верха стены. Холод я не трогал: голубое свечение глаз в такой темноте было бы заметно от самого плаца.

Город я знал лучше любого из его нынешних хозяев. Тёмными проулками обошёл плац вместе с ленивым патрулём, часовых у крыльца оставил скучать перед парадным входом, а сам вышел к левому крылу с тыла. Окна моей комнаты смотрели как раз на задворки. Я снова оттолкнулся потоком воздуха и подтянулся нитью воли, повиснув у рамы второго этажа. Нить скользнула в щель и откинула шпингалет. Створка подалась без звука.

Вот я и дома.

Только к удивлению, меня никто не встречал. Пусто.

Я стоял посреди собственной комнаты и не слышал ничего, кроме ветра за окном. Кровать была заправлена так, как её заправляла прислуга ещё при мне, без единой складки. Стол покрывал тонкий слой пыли.

А я ведь был уверен, что коротышка, новый владелец крепости, обосновался именно здесь. Это была лучшая и самая комфортная комната цитадели, обставленная артефактами с климат контролем и прочими удобставми. Я готовился увидеть чужие вещи на своих полках и сапоги у кровати, а нашёл комнату, в которой месяц с лишним никто не ночевал. Боится спать в постели самозванца и бандита, про которого сам же рассказывает городу страшилки? Или…

На окне воля ничего не почувствовала, но… И правда, под дверью обнаружилось воздушное воплощение-сигнализация, которое подало бы сигнал, если бы кто-то переступил порог.

Что ж, неудивительно — меня тут ждали, и поэтому коротышка тут не спал. Но тогда где?

Ладно, поищем этажом ниже. Высунулся наружу и скользнул внутрь через соседнее окно, после чего уже спокойно вышел в коридор через другую комнату.

Цитадель спала. За стеной не слышалось ни шагов, ни голосов, только ветер шумел под кованым козырьком крыльца. Я выждал с минуту, спустился по тёмной лестнице и выглянул в коридор. Нить воли скользнула вдоль него и нашла одного человека — на дальнем конце, за поворотом к парадной лестнице, на табурете дремал дежурный. Он дышал глубоко и ровно, а лестницу для прислуги с его места не было видно. Зато под дверью кабинета лежала жёлтая полоска света, а из-за двери доносился голос.

Кто это работает затемно⁈ Полночь на дворе, а он сидит в кабинете.

Ковровая дорожка заглушила мои шаги. Между дверью и косяком оставалась щель в палец шириной. Из неё тянуло теплом и запахом бумажной пыли. Я осторожно заглянул внутрь.

За моим столом, в моём кресле, вполоборота ко мне сидел маленький человек. Под ним лежала подушка, без которой он, похоже, проваливался в сиденье по самые плечи, а ноги в начищенных сапогах не доставали до пола. Над столешницей висел развёрнутый к нему экран артефакта связи. С моего угла было видно только сияние да бледный отблеск на лице коротышки. Изображение я разглядеть не мог.

Зато голос из артефакта я узнал с первого слова. Он звучал негромко и вкрадчиво, слова падали по одному, как камешки в колодец. Я слышал его лишь однажды, на ужине во дворце. Да и к кому ещё коротышка обращался бы «ваше величество»?

Гораций Флектор. Собственной персоной.

— Как идут поиски?

Значит, король обошёлся без посредников и канцелярии. На Третьей высоте уже наступила глубокая ночь, а король Деймонда тоже не спит и слушает доклад из самой дальней дыры своего королевства. Сильно же он хочет меня найти.

— Ваше величество, результатов пока нет, — спина коротышки выпрямилась ещё сильнее. — Город под полным наблюдением. Всех, с кем мальчишка был связан, мы нарочно оставили на свободе, чтобы ему было к кому прийти. Но эти люди ни с кем подозрительным не общаются — слежка за ними усиленная.

Я и раньше подозревал, зачем моих оставили в покое, а теперь услышал прямым текстом. Приманка. Герта, Брамс, Скиф, Корней, да даже Фрол. Каждый на виду и каждый на крючке — любой нормальный беглец рано или поздно сунулся бы к кому-то из них за помощью, тут бы его и взяли.

Жаль только нормальным беглецом меня назвать ой как сложно.

— Он придёт, — сказал король. — Если я правильно понял его характер, то расстаться со своим имуществом мальчишка так просто не согласится. Так что он обязательно придет. Главное не пропусти момент.

Тут ты, твоё величество, даже не представляешь, насколько прав. Я уже пришёл. Стою за дверью и слушаю.

— Ваше величество, я вас не подведу. Мальчишка будет найден.

Экран мигнул и погас. В кабинете остался гореть только настольный светильник. Что ж, пора.

Я толкнул дверь.

Петли скрипнули. Коротышка крутанулся в кресле и уставился на меня. Несколько секунд он просто смотрел, а потом его глаза полезли на лоб — посреди людской крепости, в запертой на ночь цитадели, в дверях кабинета стоял эларий с синей кожей и белыми волосами.