Повелитель Стихий. Том 5 (СИ), стр. 32

Однако на последнее грех было жаловаться.

По итогу, я значительно повысил собственные силы. Самой ценной прибавкой обзавелся свет — каким-то чудом удалось найти сразу несколько крупных глыб с этой стихией, и теперь росток разросся в полноценное деревце.

Четвертая грань.

Следом шел воздух, который я поднял до пятой.

А вот с холодом и с смертью дела обстояли плачевнее.

Руды первой стихии найти удалось, однако для седьмой грани, которая у меня уже была, всё это что капля в море.

Ледяное дерево подросло на парочку сантиметров, не больше, и так и осталось на своей грани.

А вот руды смерти на всю пещеру не нашлось не одной. Печально, но повторюсь — жаловаться на такое «невезение» крайне глупо.

Особенно меня радовал свет. Если владельца второй грани можно считать лишь новичком, то четвертой — уже опытным пользователем. И теперь мой арсенал воплощений значительно расширился.

Проверять новые возможности я начал сразу, не выходя из пещеры. Зачерпнул силы из сопряжения и пустил свет обтекать ладонь, формируя воплощение. Затем поднёс конечность к глазам.

Руки не было.

Точнее, рука была на месте — пальцы слушались, даже суставы хрустели. Но взгляд проходил насквозь, и там, где положено темнеть рукаву, виднелась стена лишь пещеры.

Воплощение преломляло лучи и уводило их в обход ладони.

Вот это уже дело. Прежнее обесцвечивание было фокусом для бедных — на однотонном светлом фоне ещё работало, но края рябили, и любой внимательный глаз цеплялся за яркое пятно.

Здесь совсем другой разговор.

Расширил воплощение на всё тело и опустил взгляд. На каменной крошке виднелись только две вмятины там, где стояли подошвы. Ни ног, ни куртки я не видел.

Прошёлся вдоль стены туда и обратно. Идеальной новая маскировка всё же не была: на ходу по контуру пробегало лёгкое марево, которое внимательный наблюдатель заметил бы в упор. Да и держать воплощение на всём теле выходило ощутимо дороже, чем на одной ладони. Но по сравнению с прежней рябью это был другой класс работы.

Я снял маскировку и взялся за второе воплощение, с которым пришлось повозиться дольше. Из яркого плотного света я слепил шарик размером с ноготь и отправил его через пещеру, к дальней стене.

Спустя несколько секунд перед глазами повисла полупрозрачная картинка, прямо в воздухе, как голограмма с визитки Оннара. Прекрасно.

Теперь я обзавелся разведчиком, способным отдаляться от меня на большее расстояние, чем пятнадцать метров воли.

Чуть поигрался с светлячком, наблюдая, как транслируемая им картинка меняется, и напоследок выпустил воплощение наружу, за пределы пещеры.

Картинка тут же утонула в сплошном сиянии, в котором не читалось ничего, кроме марева и осколков.

Чуть погонял шарик вправо и влево, затем поднял выше и опустил к самому камню. Ничего не изменилось. К сожалению, в плотной Буре мой новый разведчик был слеп, как обычный эларий.

Ладно, для начала хватит и этого.

Развеял воплощение и в последний раз оглядел пустые стены. Мне пора домой.

Обратная дорога далась куда легче спуска. Элементалей я больше не трогал — разрешение воздушного облака я трактовал скромно и провоцировать местных не собирался, пока где-то за маревом стоит Ортхаль с его населением. Редкие светящиеся силуэты проплывали в стороне и не обращали на меня внимания.

Пятая грань воздуха тоже оказалась крайне полезна. Больше мне не требовалось осматривать каждый метр в поисках сокровищ, да и на местности я стал немного ориентироваться. Поэтому можно было ускориться.

Поток воздуха подхватывал на каждом шаге и подталкивал в спину. Сквозь Бурю я уже не шёл, а бежал длинными пружинящими прыжками. Отвесные стены между ярусами проходил по старой схеме — нить воли вытягивала меня наверх, подошвы упирались в камень.

Ярусы замелькали один за другим. Вниз я добирался почти двое суток, наверх управился меньше чем за половину дня.

На первом ярусе Буря ощутимо поредела. Между порывами появились просветы, осколки били лениво, вразнобой. Я сбавил ход и снова слепил светляка — пора было проверить игрушку здесь.

Картинка больше не тонула в сиянии. Марево мутило её, как грязное стекло, но камни и цепочку колышков магистрали я различал уверенно.

Что ж, первую проверку светляк прошел. Теперь надо разобраться с дистанцией.

Я отправлял шарик всё дальше. Он плыл над магистралью, картинка подрагивала, но держалась, а расстояние между нами давно перевалило за километр.

Вот только вместе с расстоянием рос и расход. Светляк тянул силу из сопряжения всё жаднее, будто каждая сотня метров вешала на него по лишней гире. Я шёл примерно посередине первого яруса, а он уже подлетал к выходу из шахты. Дальность отличная, но долго держать его на таком поводке не выйдет — он осушит озеро силы за считаные минуты.

Но даже так, я был доволен как свин, которого привели к огромной луже грязи.

Уже собирался сворачивать воплощение, когда светляк проскочил последний коридор перед заставой. Эм… А что тут происходит?

У выхода из шахты сидела толпа.

Десятки элариев расположились у самой заставы и дальше, на подходах со стороны рудного торга. Все были вооружены, и никто не прятался. Они расселись на ящиках и камнях вдоль стен. Кто-то жевал, двое резались во что-то на расстеленном плаще. И каждый из них нет-нет да и поглядывал на выход из шахты, а двое ближайших вообще неотрывно смотрели в сторону выхода. Видимо, дежурные.

Это что ещё за комитет по торжественной встрече?

Я подвёл светляка ближе, насколько хватало наглости, и принялся рассматривать пояса. На костяных бирках некоторых я узнал резьбу дома Клос. Бирки Тайри так же встречались, но чуть реже.

Ага. Вот, значит, как.

Похоже, потерю отряда кто-то принял близко к сердцу, и вся эта живописная компания сидит тут по мою душу. Утверждать на все сто не возьмусь: мало ли кого ждут у шахты полсотни вооружённых элариев двух враждебных мне домов. Может, у них совместный пикник.

На пикник это сборище, впрочем, не тянуло. У стен высились штабеля припасов. Эларии расположились так, что мимо заставы и мышь не проскочила бы, и уходить явно не собирались. А по журналу мой срок подходит к концу, так что им оставалось только ждать, когда одиночка Фальк вылезет из шахты.

Я свернул светляка. Разведка на такой дальности обошлась недёшево — озеро силы просело на добрую четверть, и это тоже стоило держать в голове, прикидывая расклад.

Первый вариант был прост — пройти напролом. Сил у меня сейчас столько, что на секунду мысль показалась даже соблазнительной — внаглую пройти сквозь них, а если нападут, то доступно объяснить, что они кое-что не рассчитали. Только вот в таком случае за мной закрепится слава кровавого мясника. А я вообще-то и дальше собирался жить и торговать в этом городке, и не хотелось бы, чтобы от меня шарахался каждый второй.

Второй вариант — опробовать маскировку. Однако проводить первый тест сейчас я был не готов. Если что то пойдет не так, и меня обнаружат, то все сводится к варианту номер один. И я вновь окажусь с испорченной репутацией. Да и кто сказал, что у двух богатых домов не найдётся артефакта или воплощения, заточенного под поиск невидимок?

Тоже не особо.

Зато вот последний вариант звучал очень интересно. У меня же есть собственный выход в Бурю! Лаз под домом, дыра в своде кратера, которую мои работники пробили из подвала.

Конечно, он находится где-то на своде пещеры, но это не значит, что у меня не получится туда забраться.

Я свернул с магистрали и пошёл поперёк яруса, прикидывая, где сейчас надо мной стоит город. Дом находился в квартале у старого спуска, и дыра в своде кратера выходила где-то над теми же местами, вдали от любых маршрутов. Камень под ногами тянулся и тянулся, пока я не уперся в обрыв на второй ярус. Вроде где-то здесь.

Зачерпнул из сопряжения стихийной силы и закрутил под собой воздушный вихрь. Плотный столб воздуха упёрся мне в подошвы и понёс вертикально вверх, сквозь марево.