Повелитель Стихий. Том 5 (СИ), стр. 2

— Ты кто?.. Что… — он вцепился в подлокотники. — Как ты сюда…

— Ты же меня искал, — я прикрыл за собой дверь. — Вот я и пришёл. Сам. Не узнал что ли? Ты ведь только что королю обещал меня найти. Считай, что уже нашёл.

— Что?.. — коротышка моргнул, и тут до него дошло. — Так ты тот самый… Реймонд⁈ Значит, слухи не врали. Ты и правда эларийский выродок.

Объяснять я ничего не стал. Нить воли ещё от порога прошлась по коротышке и обнаружила лишь базовый артефактный щит. Ничто против моей седьмой грани.

Зачерпнул каплю холода, и ледяная игла сорвалась с пальца. Я нарочно сделал её тонкой: портить тело мне было никак нельзя. Белки моих глаз на миг вспыхнули голубым, и этот огонёк коротышка ещё успел увидеть. А вот крикнуть он уже не успел. Игла вошла в сердце быстрее, чем открылся рот.

Маленькое тело обмякло в большом кресле. Подушка под ним даже не сдвинулась.

Я прислушался. Дежурный у дальней лестницы не шелохнулся: крика не было, грохота тоже, падать коротышке было некуда. Всё прошло в лучшем виде.

Рассиживаться я не стал — сейчас еще загваздает мне всё кровью. Усадил коротышку ровнее, положил ладонь ему на грудь и зачерпнул из сопряжения стихию смерти, теперь уже шестой грани. Она пошла тяжело, растекаясь по его жилам до самых кончиков пальцев, а подчиняясь моей воле и заполняя тело необходимым воплощением.

Не знаю сколько точно прошло времени, но озеро силы успело просесть больше чем наполовину — работа была крайне затратная. Однако и результат того стоит.

Несколько секунд ничего не происходило, но потом коротышка открыл глаза.

Моргнул и сел прямо. Взгляд был осмысленным, живым. Кожа сохранила тёплый здоровый цвет, грудь поднималась размеренно. Передо мной в кресле сидел обычный человек, разве что чересчур спокойный для того, у кого в сердце до сих пор находилась ледяная игла.

Получилось⁈ Я, конечно, на это и рассчитывал, но одно дело расчёт, а другое, когда результат сидит перед тобой и смотрит умными глазами. От деревянных кукол с мёртвыми лицами, которых я поднимал в подвале, эта работа отличалась так же, как Красс Шимбота от кладбищенского пугала.

— Встань. Пройдись по кабинету и скажи что-нибудь.

Коротышка слез с кресла, прошагал от стола к шкафам и обратно.

— Что именно прикажете сказать, господин?

Я хмыкнул. Говорил он теми же интонациями, что минуту назад в разговоре с королём. Шаг обычный, руки двигались в такт, без малейшего намёка на деревянную походку. Поставь его сейчас перед строем бойцов его рода, и ни один не почует подвоха. Разве что взгляд вблизи слишком уж спокойный, но кто в этой крепости рискнёт разглядывать наместника в упор?

А значит, с этой минуты за наместника Сэма Рикнула королю докладываю я.

Следующие полчаса я потратил на расспросы. Отвечал он без запинки: сколько наблюдателей, кто где поставлен, как часто уходят доклады, чем в первую очередь интересуется король. Увы, ничего нового я не услышал: кроме слежки за городом и докладов королю, коротышка не занимался вообще ничем. Хозяйство крепости он за месяц даже не тронул, все его дела сводились к ловле беглого самозванца. Разве что поставки из шахты чиза отправлялись теперь в столицу. Меня это вполне устраивало — чем меньше коротышка успел наворотить, тем меньше мне разгребать. Указания уложились в пару пунктов: вести себя как раньше, подозрений не вызывать, и обеспечить скрытое покровительство моим людям.

— Отправь посыльного. Пусть позовут сюда Герту, Брамса, Скифа и Корнея. Прямо сейчас.

Коротышка отошёл к двери и выглянул в коридор. Я отступил к шкафам, чтобы меня не было видно.

— Дежурный! — окликнул он в сторону парадной лестницы. — Разбудить и вызвать ко мне Герту, Брамса, Скифа и Корнея. Срочно.

Из коридора донеслось сонное «слушаюсь», затем удаляющийся топот. Дежурный и бровью не повёл.

Пока посыльный бегал по крепости, я устроился в кабинете. Подушку из кресла закинул на шкаф — извини, Сэм, насиженное место придётся вернуть. Сел за собственный стол, провёл ладонью по знакомой столешнице и с удовольствием вытянул ноги. Сколько недель я прожил по чужим домам под чужими именами, а тут за минуту вспомнил, как сидится на своём месте. Коротышку поставил в угол за шкафом, куда не доставал свет настольного светильника: с порога его там не разглядеть.

Вскоре в коридоре загремели торопливые шаги нескольких человек.

Дверь распахнулась.

Первой вошла Герта, за ней Корней, следом Брамс, а Скиф просочился последним. Четыре пары глаз упёрлись в элария за хозяйским столом.

Ствол слетел со спины Герты раньше, чем я успел вдохнуть. Корней вскинул пистолет, Брамс перехватил поудобнее монтировку, которая первой попалась ему под руку. И откуда он только умудрился ее вытащить? Скиф по старой привычке укрылся за широкой спиной Герты.

— Тихо-тихо, ребята, — я поднял раскрытые ладони. — Герта, убери пушку. Брамс, монтировку тоже. Корней, Скиф. Своих не узнаёте?

Говорил я ниже, чем прежде, а лицо у этого тела было чужое. Но то, как вытянулись их лица, когда незнакомый эларий назвал всех четверых по именам, стоило дорогого.

Герта прищурилась. Ствол она не опустила ни на палец.

— … Рей?

— Да. Долго рассказывать, но да.

Ствол в её руках медленно пополз вниз. Герта разглядывала меня, как разглядывают снегоход после капитального ремонта: машина вроде та же, а узнать её трудно.

Первым прорвало Скифа — болтуна убедить оказалось легче всего.

— Босс! Босс, живой! — он вынырнул из-за Герты, расплывшись в улыбке до ушей. — А я говорил! Я с самого начала всем говорил: босс вернётся! Я в кабаке на пять осколков спорил, что вернётесь, мне никто не верил, Фрол вообще крутил пальцем у виска…

Герта, не глядя, отвесила ему подзатыльник. Скиф булькнул и заткнулся.

— Командир… — Брамс опустил монтировку. Щека у него дёрнулась, раз, другой. Больше он ничего не сказал, но я и так всё понял.

— Ваша милость… — Корней убрал пистолет в кобуру и вытянулся так, что хрустнула спина. Руки он прижал по швам, как на смотре.

— Босс, — Скиф всё-таки не удержался, — а чего вы… синий?

— Побочный эффект одного средства. Привыкай, теперь я такой. Пока не разберусь с королем.

Скиф понимающе закивал. Спорю, к утру у него уже будет придумана история про запретные эликсиры минимум на полчаса пересказа.

Повинуясь моему мысленному приказу, которой я передал по жгуту смерти, соединяющему меня с умертвием, из-за шкафа шагнул коротышка.

Оружие взлетело снова: сначала ствол Герты, а следом всё остальное. Скиф сдавленно пискнул. Четыре взгляда заметались между наместником короля и мной.

— Ваша милость… — Корней первым обрёл дар речи, хотя пистолет не опустил. — А как же… Это же наместник. Что вообще происходит?

— Сэм, — вместо ответа усмехнулся я. — А сделай-ка сальто.

Коротышка присел и сделал с места заднее сальто. Сапоги мелькнули над столешницей. Приземлился он мягко, почти без звука, после чего одёрнул мундир и застыл с вежливым, ничего не выражающим лицом.

В кабинете стало очень тихо. Брамс медленно опустил монтировку. Скиф открыл рот, закрыл и на всякий случай прикрыл его ладонью. Герта смотрела на коротышку так, словно тот у неё на глазах снёс яйцо.

— Не волнуйтесь, всё под контролем, — усмехнулся я. — Сэм теперь полностью в моей власти. Проблем с ним больше не будет.

— Эларий меня дери, — Герта наконец закинула ствол за спину. — Внушение, что ли, какое?

— Что-то вроде. Подробности вам знать ни к чему, спокойнее спать будете. А теперь слушайте внимательно, времени у меня не особо много.

Стульев на всех в кабинете не нашлось. Герта привалилась к шкафу, Брамс присел на подоконник. Корней остался стоять, как стоял. Скиф примостился было на край стола, поймал взгляд Герты и сполз обратно.

— Первое. Для родовых бойцов Сэма и людей короля ничего не изменилось. Наместник как командовал, так и командует, меня здесь не было. Кто проболтается хоть по пьяни, утащит на дно всех остальных. Это понятно?