Боевые девочки любят длинные стволы. Дилогия (СИ), стр. 30

— Света, ещё не засосал тебя червяк, как погляжу? — Выдал низким голоском и захихикал себе под нос.

— Засосал и выплюнул, — отбрехалась та, не выказывания ни грамма отвращения. — Вот, привела тебе Ваню, забирай.

— А! Это тот самый, который радиации не боится. Наслышан, наслышан. Я — Гриша, техник на третьем уровне, за переработку отходов отвечаю, — руку подаёт, как веточку.

Уже не удивляет, что у инопланетян похожие приветствия. Люди, они и в другой Галактике люди.

— Иван, грузчик первого класса, — представился в ответ.

Стараясь не показывать брезгливости, принимаю приветственный жест. Вроде без усилий пожал, всё равно что–то там у него хрустнуло.

— Ну я пошла, удачи, — попрощалась с нами Света и быстренько ретировалась из этой бани.

— Ну пошли, герой, — со вздохом произнёс Гриша. — Крупный ты, придётся скафандр заматывать. Было бы чем.

Что–то мне его скептический настрой не нравится. В следующем зале уже шлюзовой люк в полу. Сам круговой отсек уже тупиковый, увешан по стенам шлангами, баллонами, комбинезонами, отблёскивающими брезентом. Судя по отдельно висящем шлемам, из этого помойного барахла мне и подобрали скафандр.

В полу по большому периметру впаяны иллюминаторы, через которые уже видна чернота с проклёвывающимися звёздочками.

Не увидев больше помощников, я засомневался, стоит ли доверять этому дохлому работяге. А если он загнётся от радиации во время моего выхода в открытый космос? Как это было с грузчиком, которого Илона списала тут же.

Шевелиться он начал очень медленно, будто уже устал. Но когда в динамике над башкой зарычала глава станции, дело пошло быстрее. Поверх комбеза Гриша помог натянуть скафандр, который поначалу больше походил на дождевой плащ или защитный костюм, в которых учёные ходят в пандемию. Но затем инженер нажал какую–то кнопку на поясе, подкачал рычажком, и тот надулся уже во что–то приличное.

— А почему оно всё такое древнее? — Возмутился я, когда техник начал синим скотчем ноги мне мотать.

— Не древнее, а самодельное, — выпалил Гриша. — Распечатал по старым протоколам и склеил.

— Всё, я пошёл отсюда! — Заявляю в сердцах.

— Да не бойся ты так, — посмеивается Илона. — Гриша своё дело знает.

— Он отходами занимается, — напомнил я.

— Конечно, обеспечивает изолированность системы, — соглашается босс. — Чтоб не утёк ни один кусочек дерь… ну, в общем, ты не пропадёшь, Вань.

— А ты с юмором, да? — Хмыкнул.

— Иногда находит, особенно под выпивку, — выдала.

Да твою ж налево! Нашла, когда пить!

— Я думал, у вас есть надёжные скафандры, которые вы уже обкатали, — ворчу.

— Неа, — отвечает Гриша, продолжая ковыряться с моим костюмом. — Обычно для выхода в открытое пространство используются роботы. А им скафандр не нужен. В данной ситуации тебя просто не жалко, коль Илона роботов зажала.

— Да я уж понял, что вам на меня наплевать. Зачем повторять–то?

— Заткнулся бы ты уже, — бросила Илона неожиданно зло и явно не мне. — Там РД, забыл⁈ Какие в задницу роботы⁈ У меня их едва на обшивку хватает, латают без передышки на износ. Как ни вылазка к Поясу, станция от осколков в решето. Утечку устранять нечем.

— Я всё понимаю. Но РД ему скафандр разъест за минуты, — парирует Гриша. — Ты об этом подумала?

— Подумала, — проворчала женщина. — Вань? Постарайся не измазаться, ладно?

— Ладно, — выдавил.

Вот чёрт, на что я вообще подрядился⁈

— Ну хоть пылесос дала нормальный, — усмехнулся инженер, подтаскивая агрегат. — Вань, ты главное не переживай, если что откачаем. Ну, постараемся, по крайней мере.

— Да идите вы, — простонал.

И сверху шлем накрыл, как крышка гроба. Пара щелчков, и стало глухо. Тонко забил воздух прямо в нос. Гриша поковырялся ещё немного и у правого уха зашипело.

— Слышишь меня, герой? — Раздалось с дребезжанием от техника.

— Да.

— Проверка сети, — обозначилась и Илона.

— Слышу, — подтвердил я.

— Вот и славно. Работаем, — заключила главная.

Ага. А мне уже и не хочется! Лучше на педалях накручу себе денег, целее буду. Но поздно, Гриша начинает ковыряться с люком, который вскоре отворяется и впускает меня. По мере спуска сила притяжения падает ещё больше. По лестнице в шлюзовой цилиндр спускаюсь, как пушинка.

В скафандре тяжело шевелиться, очень тесный на сгибах, а там, где не надо — раздутый. В шлеме, смахивающем больше на колпак пчеловода, обзор круговой. Единственная твёрдая часть, на которой всё держится — это обод вокруг шеи.

За мной спускается и Гриша со шлангами. Начинает возиться с настенной панелью, соединяет там что–то на моей спине, вытягивает бобину из щитка. Возится и комментирует, как и что я должен делать, на что обратить внимание. Слишком много мороки, из–за нахлынувшего волнения, ничего не могу запомнить. Самое главное, что кислород мне будет подаваться через шланг, свой запас исчисляется минутами.

— Картриджа только на эти ёмкости хватило, — подаёт мне три синих блинчика, похожих на мусорные мешки, только с ободом с одной стороны и носиком, который надо с пылесосом соединять. — Не забывай клапана переключать, когда переставлять будешь. И карабинами на пояс крепи, иначе в пространство унесёт. Потеряешь один, придётся больше ходок делать. Вопросы? Ладно, по мере проблем разберёмся. Главное страховочный карабин не забывай закреплять за турники.

Моего отклика техник и не ждёт, живенько поднимается обратно, легко оттолкнувшись от дна. Вскоре верхний люк закрывается.

— Откачка! Вроде нигде не пропускается, — комментирует Гриша через динамик в шлеме.

— А вы разве не должны были всё заранее проверить⁈ Ох, ёп вашу мать…

— Отключение грави–компенсаторов! Приготовься, — это раздалось явно запоздало. Я уже поплыл, как воздушный шарк, растеряв весь вес. Естественные движения только ухудшили моё положение. Если бы не шланги, закрутило бы тут же.

— Держись за турники, у тебя хорошо получается, молодец, — посмеивается Гриша в динамике.

— Так, — обозначается Илона. — Выпускай уже.

Створка под ногами разъехалась, обнажая зловещую черноту. Попытался опуститься туда ногами. Но мне подсказали, что проще перевернуться. Что я и сделал неуклюже, оставляя станцию уже под собой.

Отталкиваясь от турников, выплыл с пылесосом и тремя мешками — всё закреплено на поясе.

— Карабин! — Воскликнул Гриша впервые так беспокойно.

Носком сапога зацепился за край кое–как, поплыл обратно.

— Подожди, а ты ни разу в пространство не выходил? — Спохватилась Илона.

— Нет, конечно, — прокряхтел, пытаясь в толстых перчатках разобраться с этим долбанным страховочным карабином.

— Ладно, — вздохнула. — Если что, у тебя пять витков стажа. А то я Компании при оформлении страховки так и сказала. Иначе бы пришлось ещё больше урезать твою плату из–за большего взноса.

— А кто эту страховку получит в случае чего? — Поинтересовался, зацепившись, наконец.

— Как кто? Я, — усмехнулась женщина.

— Всё с вами ясно, — прогнусавил и потащил по внешнему турнику карабин, стремясь поскорее добраться до поверхности станции. А то этот выпуклый цилиндр смахивает на прямую кишку, из которой постоянно что–то в космос высирается.

Спустившись со шлюзового цилиндра, перекрепил карабин на другой турник на обшивке уже более ловко. Хапнув впечатлений, дальше не спешил идти, хоть и знал направление.

Мне нужно было отдышаться, прийти в себя. Осознать свою ситуацию. Убедиться, что я не задыхаюсь, что оба шланга тянутся за мной исправно, что нигде не выходит воздух. Пока нахожусь близко ко входу, не поздно вернуться.

Когда–то я увлекался дайвингом, одиннадцать погружений на моём счету. Начинал с трёхметровой глубины, дошёл до базового уровня в восемнадцать. Пусть этот опыт помог мне быстро успокоиться и собраться, но здесь всё иначе. Всё по–другому. Вакуум и мёртвая тишина усыпляют бдительность. Но в местах, где перемотан скотч, уже начинает подмораживать.