Возрождение Камелота. Дилогия (СИ), стр. 101

Оливия Винд тоже была приёмной дочерью, только официально признанной герцогом Аргайла. Другая фамилия намекала, что происхождение Искорки никогда особо не скрывали. Или скрывали, но не от всех.

– Что? – Оливия вопросительно подняла бровь, заметив мой пристальный взгляд.

– Ничего, – покачал я головой.

Не тащить же Оливию и Викторию в тёмный подвал ради проведения мистического ритуала, еще и на крови. Во‑первых, подвала поблизости не было. Во‑вторых, после такого объяснения леди Винд сама обеспечила бы и темноту, и подходящую случаю грозу.

Но факт оставался фактом. Виктория смогла открыть прототип Мобильной брони, запечатанный на кровь владельца. На мою кровь.

А так как я не разбрасывался кровью направо и налево, то самое очевидное объяснение – мы близкие родственники. И оно совершенно не укладывалось в голове. Со стороны Русского царства Ника моей роднёй быть не могла.

Наверное.

Виктор Белов вырос в приюте и лишь благодаря памяти предка, знавшего подходящий ритуал, сумел найти родственников на далёком Туманном Альбионе и потянуть за эту ниточку, чтобы оказаться теперь тут. Как безродный русский бастард оказался связан с домом Монро – отдельная история, в которой ясности было немногим больше.

Оставался второй вариант: высокий и благородный дом Монро.

Могла ли Виктория быть ещё одним бастардом? Да. Но зачем отдавать младенца без капли магического Дара в другую семью? Тем более Санлайтам, которым после рождения близнецов и ранения главы рода самим приходилось непросто. Почему они согласились?

Или как раз поэтому и согласились?

Род не бедствовал, но лишние деньги никому не мешают. Приёмной дочери вдобавок нашли личного наставника – друга семьи, который позднее подарил воспитаннице русского «Витязя». Щедрый человек. Можно сказать, что почти святой.

Дело ясное, что дело тёмное.

Предварительная версия выглядела так: Виктория – тайный отпрыск дома Монро, которого передали на воспитание Санлайтам, обеспечив семье поддержку.

Логично? Вполне.

Доказательства? Ни одного.

Следующий туманный момент – сама броня. Даже если временно забыть о кровной печати, эфирный аккумулятор прототипа был заряжен моей энергией. То есть нёс в себе частицу Дара Мерлина.

Виктория впитала этот эфир как родной. Человек без Дара, внутреннего ядра и драконьих жил не должен был так легко воспринимать чужую энергию. Невозможно. Немыслимо. Противоречит всему, что знал Мерлин и помнил я, как его наследник.

И тем не менее реальность имела дурную привычку не интересоваться чужими представлениями о возможном.

От всего этого голова начинала нестерпимо чесаться изнутри.

Что делать с этой загадкой, я пока не понимал. Хуже того, сейчас у меня не было ни времени, ни сил, чтобы заняться ею всерьёз.

– Виктор Белов!

– Да, дорогая, – машинально отозвался я.

И только по наступившей тишине понял, что именно сказал. И кому.

– Чудесно выглядишь, – как ни в чём не бывало, продолжил я.

– Даже не думай, что комплимент тебе поможет.

Судя по мечущему громы и молнии взгляду, оговорку мне, действительно, не забудут. И не простят.

– Это не комплимент, а констатация факта.

Леди Оливия Винд, в самом деле, выглядела великолепно. Не знаю, каким чудом Скарлетт уговорила сестру сменить привычные строгие наряды, но результат того стоил. Тёмно‑зелёное платье оставляло плечи открытыми, асимметричный подол не мешал движению и подчёркивал длинные ноги. Искорка напоминала тонкий цветок, вокруг которого уже собирались грозовые тучи: красиво, изящно и крайне неразумно трогать руками.

Удивительно, но меня не убили на месте. Похоже, Оливия не ожидала искреннего ответа, еще и произнесенного без какого‑то там подтекста, а просто между делом, и теперь выбирала между язвительностью и великодушием.

Следовало срочно похвалить остальных, пока не возникло впечатление, будто я выделяю только одну леди Винд.

– Глава, вы просто огонь.

– А то! – Скарлетт упёрла ладонь в бок и довольно улыбнулась.

Белое платье с алыми вставками спорило с её волосами за право первым притянуть взгляд. Верх казался достаточно строгим для официального приёма, зато многослойная юбка расходилась языками пламени при каждом движении. Скарлетт сделала шаг, ткань качнулась следом, и на мгновение показалось, что вокруг неё, действительно, вспыхнул огонь.

Судя по уверенной позе, леди Маккой собиралась выиграть и этот поединок.

– Я сама выбирала, – сообщила она, заметив мой взгляд. – Алиса только убрала три лишних ленты, две броши и не позволила добавить настоящий огонь.

– Платье могло сгореть и тогда случился бы конфуз, – сухо пояснила Оливия.

– Зато было бы эффектно, – задорно улыбнулась Скарлетт.

– Глава, вы собираетесь представлять Академию, а не устраивать пожар во дворце.

– Одно другому не мешает.

Вот за что я ценил нашу команду: некоторые споры здесь были вечными и потому почти успокаивали.

– Леди Мария, вы настоящий свет для глаз, – продолжил я.

Правила ордена, возможно, и запрещали послушницам праздничные наряды, но у одного ушастого профессора имелось собственное мнение на этот счёт. Будущая паладин сменила привычную форму на белоснежную мантию с серебряной вышивкой. Рядом с ней профессор Блэк в чёрном с серебром выглядел тёмным чудовищем, приставленным охранять сад прекрасных цветов.

– Учитель… – я осмотрел Алису с головы до ног. – Нет слов.

– Разумное решение, ученик. Иногда молчание, действительно, украшает мужчину.

Герцогиня Глостерская выглядела так, как и полагается одному из сильнейших архимагов Британии: царственно, опасно и совершенно недоступно. Тёмное платье сидело на ее фигуре безупречно, а среди украшений поблёскивал подаренный мной кулон. Мелочь, но самолюбие довольно замурлыкало.

Маркус ограничился строгим костюмом, в котором походил на молодого аристократа, случайно забывшего дома фамильный замок. Ни яркой вышивки, ни лишних украшений – только серебряная булавка с гербом Блэков и безукоризненно повязанный галстук.

– Сэр Маркус, вы сегодня пугающе респектабельны.

– Я каждый день такой, – невозмутимо ответил он. – Просто обычно вы это не оцениваете.

– Пока вы не прекрасная леди с выдающими достоинствами, моя невнимательность целиком и полностью оправдана, – подмигнул я ему.

– На его месте я бы обиделась, – заметила Оливия.

– Он уже привык, – отмахнулся я и повернулся к следующему участнику. – Сэр Кай…

Кай Санлайт, она же Герда, всё ещё скрывала настоящую личность и потому выбрала мужской наряд. Тёмно‑зелёный камзол сидел на ней чуть свободнее, чем требовала мода, скрывая фигуру, а волосы были привычно убраны под иллюзию. Я невольно пожалел об этом. Не прячься она за именем брата, вполне могла бы встать рядом с остальными красавицами.

– Выглядишь достойно, – всё же сказал я. – Только плечи расправь. Наследник рода Санлайт не должен просить у комнаты разрешения войти.

Герда послушно выпрямилась, сразу став выше и увереннее.

– Так лучше?

– Намного.

– Изабелла, – одобрительно кивнул я высокой стройной девушке, державшейся поближе к родственнику.

Скарлетт, а может, и Алиса, совершили ещё одно чудо. Из застенчивой первокурсницы с лёгким флёром сумасшедшей ведьмы они создали юную леди, нисколько не уступающую Оливии. Даже Маркус время от времени поглядывал в её сторону, после чего демонстративно начинал изучать стены.

– Как вы вообще ходите на этих штуках? – раздался недовольный голос Виктории.

Я окинул взглядом её платье, затем туфли, на которых Ника балансировала с выражением человека, впервые вставшего на ходули.

– Бесплатный совет. Не бегай, – с вполне серьезным лицом произнес я.

– Очень смешно, – тихо пробурчала девушка.

– Я совершенно серьезен. Лестница перед залом мраморная, а целителей на приёме меньше, чем аристократов. Рисковать не стоит.

– Сама дойду, – буркнула она, но на всякий случай взяла Герду под руку.