Призрак «Х» ранга: Живой товар (СИ), стр. 32

Пока рассматривали эту картину, к полотну подошёл широкоплечий мужчина. Он не полез вперёд, дождался, пока Анна отойдёт, и сверился с каталогом.

— Удачная работа, — произнёс он, обращаясь скорее к Марине. — На фотографии совсем другое впечатление.

— Цвет немного потерялся при печати, — сказала она, подойдя ближе. — И размер там не почувствовать.

Вскоре Пахомов сбежал от настраивающих звук журналистов, вернулся и представил нас друг другу. Аркадий Ланской, владелец крупной строительной компании. Едва наш директор закончил представлять гостя, рядом появился ещё один, желающий обсудить с Аркадием какой-то участок…

Ланской остановил его и указал каталогом на картину:

— Сергей Сергеевич, бога ради, хотя бы сегодня обойдёмся без работы, ладно? Я сегодня покупатель. По работе приходите в понедельник, хорошо? Сядем, обсудим поставки и сроки. Уверен, мы найдём компромисс!

Гость вздохнул и отошёл к группе у прохода, однако за разговором продолжал поглядывать на Ланского. Сам Аркадий попросил Марину рассказать о картине и некоторое время слушал её, не замечая остальных.

В соседнем проходе Пахомов остановился перед камерой, а журналистка придвинула к нему микрофон. Я решил подойти поближе и послушать, что он расскажет. Так-то, если бы я был более публичной личностью, на его месте стоял бы я. Но я ничуть не расстроен своей ролью наблюдателя.

— Юлия Седова, телеканал Рабочий вестник, — представилась журналистка перед началом записи и дождалась сигнала оператора. — Олег Витальевич, вы организовали эту благотворительную выставку и сумели собрать сразу столько видных представителей города. Скажите, испытываете ли вы гордость?..

Мы с Анной остановились сбоку, откуда я мог видеть Пахомова, не попадая в кадр. Директор поправил бейдж, искренне улыбнулся, а в его мыслях промелькнуло истинное счастье. Это куда лучше чем то, что было в нашу первую встречу, когда он сходил с ума от перенапряжения.

— Должен признать, я польщён тем, что на моё приглашение откликнулось столько достойных людей. Надеюсь, сегодняшний вечер всем запомнится и создаст прекрасное настроение, авторы продадут свои картины, обеспечат своё будущее и фундамент для творчества. А деньги, которые мы выручим, отправим через наш фонд и щедрых инвесторов на помощь самым нуждающимся гражданам. Детские дома должны стать обителью любви и тепла, показать детям, что весь город их ценит и желает им всего наилучшего.

— А кому принадлежит идея? — задал вопрос уже какой-то другой журналист.

— У выставки, безусловно, есть идейный вдохновитель, а над проведением работала огромная команда. Отдельное спасибо галерее, городским властям, оперативно выдавшим все необходимые разрешения, и, разумеется, художникам и творческим работникам. Без них этого праздника не получилось бы.

Олег Витальевич продолжал отвечать журналистам, не поворачиваясь ко мне. Спасибо, что уважил мою просьбу и не стал меня светить на широкую аудиторию. Хватит и того, что я пересекусь с важными гостями.

Я отошёл с дороги, пропуская оператора, которому понадобилось сменить ракурс.

Юлия пригласила к микрофону Максима Руднева, заместителя главы города. Именно Руднев курирует социальные учреждения. Он передал бокал подошедшему официанту и встал рядом с Пахомовым.

Я ожидал длинной речи о поддержке культуры, но Юлия задала конкретный вопрос: как именно распределится помощь. Видно, уже подготовились и вопросы разделили, чтобы не повторяться и не тратить время съёмки. Чиновник пригласил в кадр Нину Крылову — директора одного из детских домов. Она до этого стояла неподалёку и терпеливо ждала, пока её позовут.

— Кроме художников, значительную часть суммы получат детские дома, дома малюток и другие учреждения помощи самым социально уязвимым маленьким нашим гражданам. О конкретных суммах речи пока не идёт, согласован процент и налоговые льготы, избавляющие продавцов и организаторов от дополнительных расходов. Все суммы разделят между детьми и авторами, — начала она. — Кстати, приглашаем вас в наш дом малютки девятого августа. Мы будем рады провести открытые уроки и показать, что именно удалось приобрести за счёт щедрости присутствующих людей.

— Согласен. — Руднев повернулся к Пахомову: — Отчёт будет открытым, и мы поместим его на сайте городской администрации, чтобы ни у кого не возникло мысли о том, что деньги пойдут в какие-то чужие карманы.

— Я вам даже больше скажу, — добавил Пахомов, — мы договорились с логистической компанией «Неонтранс». Они за свой счёт организуют все перевозки приобретённых товаров для детских домов: мебель, игрушки, продукты, оборудование. Даже кирпичи и бетон, если кто-то решит потратить деньги на строительство нового корпуса. Конечно, если наших скромных усилий хватит на то, чтобы обеспечить финансово такую работу. Цены на стройматериалы который год бьют рекорды… — рассмеялся Пахомов, и остальные поддержали его не менее дружными улыбками, ощущая причастность к хорошему делу.

И я даже удивился, когда не заметил ни капли корыстного желания поживиться этими деньгами со стороны чиновников. Кажется, они и впрямь вознамерились отбелить по максимуму свою репутацию. Мои садоводческие усилия прошлых лет с десятком посаженных коррупционеров, наконец, принесли плоды.

Крылова продолжила отвечать журналистке на уже другие вопросы. Рассказывала о том, как обстоят дела в детских домах, что есть сложности… С учётом того, что по городу опять бродят слухи о проблемах с беспризорниками, звучат её слова на удивление к месту. Словно заранее приносит извинения за то, что не всё гладко. Ну и самый главный вопрос прозвучал: будет ли на аукционе представлена хотя бы одна работа воспитанников детского дома?

Да, такая будет. Причём нарисовали её сто тридцать семь юных художников. Полотно «Счастье» из множества отпечатков детских ладошек будет финальным лотом аукциона.

— Анна? Не ожидал вас здесь увидеть.

Я повернулся на голос и увидел подошедшего генерал-майора Огнева. Ким сразу выпрямилась, хотя до этого стояла расслабленно.

— Добрый вечер, товарищ генерал.

— Добрый. Сегодня можно без этого. — Он посмотрел на её платье и улыбнулся: — Вы же отдыхаете. Отдыхаете ведь?

— Стараюсь.

Огнев протянул мне руку, и я назвал имя, прикинувшись скромным спутником капитана. Он почему-то слишком долго смотрел мне в глаза.

Я ненадолго коснулся его мыслей, пытаясь понять причину интереса.

«С ним пришла… У Кречетова, значит, всё-таки получилось? Или она просто отдыхает? Нет, торопиться не надо… Вряд ли Призрак бы сюда пришёл сам по себе…»

Дальше полезли предположения, и я сразу убрал щуп. Пусть гадает, что хочет. Я же продолжу разрывать шаблоны своего поведения.

Отдельно греет мысль, что ни Кречетов, ни Ким меня не сдали. Мои документы и участие в работе вместе с капитаном при управлении теперь выглядят, как если бы из столицы очередного помощника прислали на смену Гарееву.

— Хороший вечер организовали, — посмотрел Огнев на зал. — Давно здесь столько народу не видел.

— Надеюсь, художники тоже останутся довольны.

— Уже остаются. На входе мне показали несколько проданных работ. За приличные цены…

К нему подошёл сотрудник нашей службы безопасности с коротким докладом, и генерал извинился и отступил на шаг. Не понял, нас охраняют его сотрудники? Ким подсуетилась?

Капитан не особо желала проводить в его компании время. Дождавшись, пока он закончит, она попрощалась, и мы двинулись к свободной части зала. Я хотел ещё посмотреть картины, но сперва…

Отставил пустой стакан и присел на край банкетки.

— У тебя всё нормально? — Анна остановилась рядом.

— Силы ещё толком не восстановились… Ты по залу ничего неприятного не чувствуешь?

Анна присела рядом и ответила тише:

— Пока никого проблемного не заметила. К охране подключились ребята Огнева, тут всё спокойно.

Ясно, значит, мне не показалось…

— Не знаю, где ты силы потерял, но раз так — не перегружайся. Мне сразу показалось, что ты лимон выжатый. Посиди немного, я сейчас вернусь, — добавила она.