Доктор Оскоров. Трилогия (СИ), стр. 142
Я расценил так: «Я врач. Передо мной пациенты. Людей я обследовал и назначал лечение. Так что в транспортировке их к месту лечения в ФАП нет никакого преступления. Тем более что транспортировка пациентов в больницы Города была основной работой всех бригад нашей ЦРБ».
Проследовав за корпусом хирургического отделения, по аллее мы вышли к просторной, полупустой площадке для автотранспорта. За шлагбаумом, на стоянке для начальства, сверкал в лучах солнца джип Васька. На парковке для обычных смертных, как всегда, ожидали своих владельцев полдюжины стареньких автомобилей. Напротив этих побитых жизнью машин было место для автотранспорта медицинского учреждения: «Газели» скорой помощи и легковой автотранспорт для выездов на дом.
Как назло, на этом месте находился только один автомобиль – старый уазик‑буханка. Он выглядел как почтенный старец – серо‑седой, с выцветшими красными крестами с каждой стороны ржавого корпуса. Проблесковых маячков на нём не было. Машина стояла, поднятая на домкрате, – водитель менял заднее колесо на запаску.
– Добрый день, уважаемый, – привлёк я внимание пожилого мужчины.
Он неспешно повернулся в мою сторону и внезапно улыбнулся. Это был суровый мужчина с нависшими густыми бровями над высохшим морщинистым лицом. Он не привык улыбаться, так что в обычном своём виде уголки рта мужчины всегда были опущены вниз. Оттого его улыбка выглядела неестественно, натяжно, искусственно.
– Доктор Оскоров! – воскликнул он. – Какая приятная встреча!
– Мы знакомы? – немного удивился я. – Вы меня знаете?
– Да кто ж вас не знает, – усмехнулся водитель, вытерев физиономию грязным рукавом, отчего, как показалось, лицо стало только грязнее. – Но нет, мы не знакомы.
– Петя. – Мужчина протянул мне чумазую мозолистую руку.
– И я Пётр! Тёзки, получается.
Мы скрепили знакомство крепким рукопожатием. Мужчина был в возрасте. Наверное, в два раза старше меня. Но силища в его хватке чувствовалась безграничная.
– Помогите мне пациентов транспортировать? – Я кивнул в сторону стариков из хутора. – Не в службу, а в дружбу?
– Насколько я знаю, у доктора Оскорова не бывает «не в службу»! – всё смеялся пожилой водитель, вытирая руки грязной тряпкой. – Вы же всегда на посту!
Мужчина нажал на кнопку электрического насоса, и целую минуту мы слушали треск и жужжание прибора. Когда стрелка достигла зелёного спектра, водитель отключил насос.
– Запрыгивайте, коли надо!
Мы степенно разместились в машине. Мой таймер показывал 01:08.
Пожилой водитель вставил ключ в замок зажигания, переключил коробку передач на первую скорость и попробовал завести машину. Она недовольно заурчала, тоскливо загудела и смолкла. Водитель выругался и попробовал снова. Результат оказался тот же.
– Придётся заводить ручным стартером. – Повернулся ко мне мужчина.
– Не надо больше слов, – улыбнулся я. – Где «ворот»?
Это дело мне было знакомо. Не раз и не два я пользовался этим инструментом, чтобы доехать к пациентам. Так что, выскочив из машины, я принялся крутить пусковую рукоятку. Запуск шёл туго. Я держал рукоять, не обхватывая инструмент в кулак. Оборот на 180 градусов и убрать руку. Если нет результата – повторить попытку. В голове сидела озорная мысль: «Не исключено, что и в прошлой жизни я заводил эту же развалюху». Отчего сам по себе подкатывал смех.
Вдруг машина задрожала, мотор заурчал, из выхлопной трубы вырвался сноп дыма. Машина завелась.
– Доктор, запрыгивайте! Едем!
00:55
Отлично. Времени ещё полно. Успею пациентов доставить и даже раздать им назначенные лекарства. Васька ждёт очередное поражение.
Машина шла медленно и жёстко, подпрыгивая на каждой кочке.
– Рессоры ни к чёрту, – оправдался наш водитель.
– Главное, что едем, – вежливо ответила Марфа Андреевна.
Как только она это произнесла, автомобиль взвыл, чихнул и смолк. Из‑под капота повалил пар. По инерции УАЗик проехал ещё пару метров и замер.
– Всё, приехали. Дальше пешком, – вздохнул водитель.
Делать было нечего. Сегодня всё играло против меня. На таймере было 00:49. А мы не проехали и половины пути. Дорога огибала ту аллею, по которой мы шли от набережной к поликлинике. А значит, выиграть время у нас не получилось.
Старики устали за целый день суеты и не могли быстро идти. Они часто останавливались на отдых. В итоге пешая прогулка стоила мне ещё 19 минут!
К лодке мы подошли, когда оставалось всего полчаса. Я уже начинал нервничать. По времени никак не получалось добраться вовремя. А тут ещё миссис Ветрова в процессе спуска «на борт» схватилась за поясницу. Женщина лежала на моём покрывале и стонала от боли. Она держалась за поясницу, ограничивая движения.
Осмотр показал, что пожилая женщина потянула мышцу. Это радовало, так как проблемы с позвоночником нам были не нужны. Но в то же время это значило, что нужен местный противовоспалительный и обезболивающий препарат, которого в моей аптечке не было…
– Павел Павлович, купите, пожалуйста, любую мазь НПВС? – Я бросил бывшему главе колхоза свой кошелёк. – А мы пока с господином Ветровым поколдуем над Марфой Андреевной…
00:24
Я не стал терять времени – уколол пациентке обезболивающее. После чего мы с Матвеем аккуратно спустили страдающую женщину в лодку. Она тихонечко постанывала, облокотившись о плечо мужа. Уткнулась носиком в его плащ и посапывала от боли. Однако мужественная старушка не жаловалась. Она молча и терпеливо сносила навалившиеся на неё неприятности.
Прошло почти двадцать минут, когда вернулся Пал Палыч. Он тяжело дышал от проделанного пути, но в его руках был заветный тюбик кетопрофена. Он справился с возложенной на него задачей.
– Ох, доктор, и тяжело же было найти аптеку! Всё закрыто! – вздохнул мужчина.
Значит, Васька всё же выполнил наш уговор. Ещё одна победа, ещё один шажок к улучшению жизни в районе. Это была поддерживающая, согревающая мысль.
Но победы очень часто идут бок о бок с поражениями.
У меня оставалось всего 4 минуты.
Не успеваю, – тяжело вздохнул я.
Без спешки и суеты мы нанесли мазь на место растяжения, усадили Марфу Андреевну поудобнее и отшвартовались.
Против течения лодка шла тяжелее. Я не нагружал мотор и не разгонял позаимствованное ветхое судно. Форштевень разбивал низкие волны. Мелкие брызги летели нам в лицо. Чувствовалась усталость и опустошение. Старики сидели с закрытыми глазами. На их лицах застыли умиротворённые улыбки.
Мы возвращались домой после насыщенного и очень тяжёлого дня. Сегодня нами было доказано, что оказание рутинной медицинской помощи в некогда отрезанном хуторе – это вполне посильная задача. Конечно, в процессе поездки были выявлены проблемы и неудобства, которые следовало откорректировать. Однако стоило признать сей опыт успешным.
Дзынь‑дзынь! Дзынь‑дзынь! Дзынь‑дзынь!
Мой таймер известил об окончании отведённого времени. Мы проплывали дачу Андрюхи. До Медвежьего Угла оставалось полчаса пути…
Наконец показались очертания моего ФАПа. Мы медленно и аккуратно пришвартовались к пристани. Лодка легонько качалась на волнах.
Мы все смотрели на моё пристанище.
В ФАПе горел свет…
Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/
Глава 16
Пожилая чета уходила влево, Пал Палыч вправо, а меня ждали на рабочем месте. Дверь ФАПа затворена, машины рядом нет.
Интересно, куда делся Баранкин? Не мог же Васька отправить водителя по делам… Не станет же главврач оставаться в нашем захолустье надолго…
Всё это было странным.
Надо было решить, как вести себя в конфликтной ситуации – нельзя позволить начальнику застать меня врасплох. Нужно жёстко и неуклонно гнуть свою линию, делать это так уверенно, чтобы не вызвать подозрений. Я должен заранее знать все ответы на предполагаемые вопросы. Где мог быть? Чем мог заниматься?