Вперед в прошлое 17 (СИ), стр. 14

Когда все посмотрели на Желткову, она замялась, втянула голову в плечи и окаменела.

— Я… не знаю. Я просто приказала им прекратить, и все.

Дети зашептались. Бледная воспитательница смотрела неверяще. Неловкую паузу заполнил щелчок открывающейся калитки. Вышла леопардовая хозяйка дома, вынесла потрепанный пакет с инжиром и газету, вручила угощение Юлии, которая все не могла отойти.

— Вот инжир, темный и зеленый. Тот, что зеленый, на самом деле спелый, он самый вкусный. Я все помыла, можете кушать. А тот дядька завтра уедет, и больше вы его не увидите. Извините.

Дети мгновенно забыли о происшествии и налетели на угощение.

— Спрячьте! — вскрикнула девочка, которая, визжа, убегала от собак, и кивнула на дорогу. — Второй отряд идет! Съедят!

— А ну идите ко мне, мои цыплятки, — проговорила Юлия Александровна тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Дети обступили ее и вместе с ней неторопливо двинулись к морю.

— А ну-ка расскажите мне, как правильно себя вести, если нападает собака. Алина?

Девочка потупилась и покраснела.

Вася сказал:

— Кричать нельзя, убегать нельзя, нельзя делать резких движений. А ты что сделала? Наташа, Ксюша, это вас тоже касается. Что было бы, если бы собак не остановили?

— Их сожрали бы, — подал голос самый маленький мальчик, худой и бледный, с тонкими, как у кузнечика, конечностями.

— Собаки все равно вас догнали бы — они всегда быстрее, вы не убежали бы, — продолжала втолковывать воспитатель. — Повалили и попытались бы перегрызть горло. Возможно, порвали бы лицо, и у вас остались бы шрамы. Ни в коем случае нельзя убегать от собак! Запомнили? Повторяем: не махать руками, не кричать, не убегать.

Весь отряд монотонно повторил.

— А что делать? — спросил кузнечик. — Стоять и ждать, когда она напрыгнет?

Вопрос застал Юлию врасплох, видимо, она сама не знала, потому просто повторила:

— Нельзя убегать и поворачиваться спиной.

На помощь пришла память прошлой жизни, и я проинструктировал отряд:

— Если собака не напала, а просто рычит, скалится и смотрит недобро, не подходите к ней, не убегайте, не машите руками и не кричите. Может, и обойдется. Можно скомандовать: «Фу!», «Сидеть!», «Место!» — это поможет сбить ее с толку. Если же она наступает или, того хуже, присела, чтобы прыгнуть, проследите, куда она смотрит. Ее взгляд направлен туда, куда она собралась укусить. Дальше надо принять боевую стойку, это вот так, — я прокомментировал позу: — защитить голову и шею, прижав подбородок к груди. Выставить вперед руку. Если зима, обмотать ее чем-то. Если что-то в руках, выставить это перед собой и не сдаваться! Бить собаку надо по носу, в челюсть или в пах. Если получает отпор несколько раз подряд, скорее всего, она признает в вас сильного и уйдет. И еще надо прижаться спиной к забору, чтобы она не сбила с ног, и звать на помощь — если собака напала, уже все равно, кричишь ты или нет.

Дети заглядывали мне в рот. Вдохновившись моим рассказом, Вася изобразил кривенькую «двойку». Ну все, авторитета у меня полные штаны!

Дети стали наперебой рассказывать, как их кусали собаки. Когда истории про собак закончились, пошли истории про котов.

Так мы не заметили, как вышли на морской берег. Я сказал:

— Берем правее, к пристани. В середине пляжа вытекает вонючий ручей, в него впадают деревенские туалеты. Никогда туда не ходите.

— Спасибо, что предупредил, — поблагодарила воспитательница. — Жаль, мы там замок построили.

— Новый сделаем! Вон там! — Стягивая с себя майку, худенькая Алина рванула на берег и поставила ногу на камень. — Чур, это фундамент!

Дети разделись и подошли к кромке воды, ожидая команду заходить. Чуть в стороне расположился второй отряд, третий, и вот уже весь берег полон гомонящих детей. К нам подбежали Чума и Саня-пловец.

Переминаясь с ноги на ногу, Саня прошептал:

— Ты принес маску? Хочу ловить краба.

Я дождался наших, свистнул в свисток, привлекая внимание москвичей, и прокричал:

— Внимание! Ребята, кто с нами тренируется и хочет понырять с маской, подходите! Все покажем, расскажем. На каждого выделяется пятнадцать минут.

Так удачно день начался, и чуть не случилась беда. Меня до сих пор потряхивало, и я скомандовал нашим:

— Друзья, внимательно следим за ребятами из лагеря, сразу смотрите: если плохо плавают, плещутся у берега, на глубину не ходят. Хватит с нас происшествий.

Глава 9

Пятнадцать минут счастья

Видя, как к нам тянутся москвичи, желающие приобщиться к подводному миру, я обратился к друзьям:

— У кого есть маска, подходим вот сюда.

Ко мне шагнули Димоны, Егор, я взял ласты Дена и отдал Мановару, у которого была только маска. Гаечка вручила мне свои наборы и шепнула, глядя на собирающуюся вокруг толпу:

— Извини, я пас. Вчера мне хватило.

— А лошадей позлить? — прищурился я, смотри, они к нам собрались.

Гаечка злобно улыбнулась. Я глянул на собравшихся москвичей: и младшие подошли, и наши ровесники, парни и девушки, мальчики и девочки, рты раскрыты, глаза горят. Раскинув руки, я шагнул вперед, отгоняя их:

— Э-э, погодите, нам надо распределиться. — Я посмотрел на Дена. — Есть еще один набор, на взрослого. Подстрахуешь?

— Давай я, — улыбнулся Илья.

Итого четыре набора с ластами, две маски.

— Саша, ты с младшими девочками, — распорядился я, она кивнула, косясь на своих обидчиц, вставших за спинами желающих.

Наконец москвичи дождались своего часа, я повернулся к ним и скомандовал:

— Строимся в шесть очередей. Девушки отдельно, кто плохо плавает, тоже отдельно, вот сюда. Если обманете — дисквалификация. — Я глянул за спину и сказал нашим: — У кого маски и ласты, строимся здесь. — И снова обратился к москвичам: — Девочки, это Саша. Плохо плавающие — к Диме, — я похлопал Чабанова по руке. — И второму Диме, у них маски без трубок, это попроще. Кто хорошо плавает, ко мне, я — Павел, и к Егору, вот он. Старшая группа — к Илье. Если вдруг кто-то не успеет сегодня, завтра поплаваете. Ян, вот тебе свисток, как только мы войдем в воду, засекай пятнадцать минут.

— Так долго ждать! — закатила глаза взрослая Оля из моей группы, которая попала к Гаечке и стояла десятой.

— Я могу завтра с ними поплавать! — прогудел на ухо незаметно подкравшийся Тимофей, который решил к нам присоединиться.

— И я могу, — вызвался Илья.

Дети разбились на шесть очередей, самая длинная выстроилась к растерянной Гаечке. Лошади поняли, что придется к ней обращаться, и повернули назад.

— Запомнили своих инструкторов? Хорошо. Инструкторы, теперь ищите удобное место, где поменьше камней. На глубину не ходить никому.

— И мне? — разочарованно спросил Саня-пловец. — Я умею — с ластами!

— И тебе. Море коварное. Когда посмотрю, как ты плаваешь, буду решать

Дети уже плескались, баламутя воду, визжали и брызгались, и море казалось скорее бело-пенным, чем голубым, а в роли буйков выступали три воспитателя, стоящие по грудь в воде и обозначающие границы дозволенного.

Первым я взял Санька, мы вошли в воду по колено. Демонстрируя осведомленность, Санек поплевал в маску, ополоснул ее и надел, убрав волосы из-под резинки, чтобы не затекала вода. Что поделаешь, это в будущем множество средств от запотевания — антифогов, сейчас самое действенное — слюна. Я похвалил его и рассказал, как обращаться с трубкой, на будущее — как продуваться. Санек надел ласты и под моим присмотром погреб туда, где поглубже, все время оборачиваясь, чтобы я не отстал. Вода была кристальная, какая редко бывает летом, и нашествие москвичей пока не взбаламутило ее.

Вскоре над поверхностью замелькали трубки ныряльщиков и головы инструкторов, то есть наших. И еще плюс немного к репутации с ними: с нами можно на глубину! Не далеко-далеко, но хотя бы там, где по грудь.

— Чумаков! — разнесся крик Нины Игоревны. — Юра Чумаков! Немедленно вернись в зону купания!