Точка отсчета (СИ), стр. 69

Может, у него лапа наверху есть? Или просто он, Ровнин, чего-то не знает и потому не понимает?

Олег откинулся на спинку кресла, достал из стола подарок Аристарха и принялся неторопливо набивать трубку табаком, отметив попутно, что есть в сем действе некая медитативность.

Закончив сие занятие, Ровнин немного поразмыслил да и направился вниз, решив опробовать подарок вурдалачьего патриарха на крыльце. По устоявшейся традиции, как начальник отдела, он, конечно, мог курить и в кабинете, но счел за лучшее сделать это на воздухе. Причем очень правильно поступил, поскольку после первой же затяжки согнулся в лютом приступе кашля.

— Вот же ты чучело! — рассмеялась тетя Паша, сидевшая на крылечке и о чем-то размышлявшая. — Это же трубка!

— И чего? — вытирая выступившие слезы, прохрипел Олег.

— Ей не затягиваются, это же не сигарета. Набрал дым в рот, ощутил его аромат, выдохнул.

— Уфф!

— Вот тебе и «уфф». И вообще табак — зло. Предупреждают вас Минздравы всего мира, предупреждают, а толку чуть.

— Это да, — отдышавшись, согласился с ней Ровнин. — В здоровом теле — здоровый дух.

— Ба-а-а! — произнесла Веретенникова. — Никак новенькие пожаловали?

И верно, во двор вошли двое мужчин. Ну как мужчин? Один, что был широкоплеч, улыбчив и повыше ростом, похоже, бриться только лет пять как начал. Да, уже не юноша, но молодость пока оставалась при нем. Вот второй — тот да, постарше своего спутника, хотя, пожалуй, не так уж и намного.

— Добрый день! — белозубо улыбнулся брюнет, подходя к крыльцу. — Это же отдел 15-К? Верно?

— Экий красавчик, — усмехнулась уборщица. — И ходок, похоже, тот еще, вон глаз как играет. Пропала Галка!

— Мадам, я смущен! — бархатно рассмеялся парень и делано потупился. — Не знаю, что и где вам про меня понарассказали, но я не такой.

— Как тебя звать, шалый? — Веретенникова поднялась с крыльца.

— Герман, — пригладил юноша волосы ладонью, — Стернин. Лейтенант милиции, приписан с сегодняшнего дня к отделу 15-К.

— Лейтенант Павел Михеев, — вступил в разговор его спутник.

— Михеев, — повторил Олег, набрал в рот дыма из трубки, а после выпустил его, точно так, как и говорила уборщица. — Как раз пять минут назад читал ваше личное дело, и возник у меня один вопрос…

— Почему философ решил пойти работать в милицию?

— Именно. Как-то одно с другим не вяжется.

— Ну, все не совсем так. Философы бывают разные. Например, Мелисс Самосский, ярчайший представитель знаменитой элейской школы, во время войны с Афинами прославился как искусный флотоводец, Александр Зиновьев во время Второй мировой летал на Ил-2, а великий Платон свое имя, которое означает «широкий», заработал в военном походе, получив его за атлетическое сложение и великолепное умение вести личные поединки. Ну а что до меня — я пришел работать не просто в милицию, а именно в ваш отдел.

— Неожиданно! — чуть снова не поперхнулся дымом Олег. — И что так?

— Мою жену убили ведьмы, — спокойно объяснил Михеев. — Просто так, походя. Она стала для них сопутствующими потерями, не более того. Да, виновницы ее смерти понесли наказание, но лично мне этого мало.

Уборщица и начальник отдела переглянулись.

— Нет-нет, я не про то, что собираюсь уничтожить всех ведьм на свете, — верно расценил их реакцию Павел. — Просто не хочу, чтобы кто-то еще испытал то же, что я. А поскольку реальные действия я всегда предпочитаю умозрительному…

— Идейный, выходит, — подытожила Веретенникова.

— Идейный. Это плохо?

— Это нормально.

— Меня тогда ваш сотрудник выручил, Василий, — продолжил Михеев. — Можно сказать, жизнь спас.

— Он погиб, — произнес Олег.

— Вот как?

— Да.

— Печально.

— Место у нас такое, случается, сотрудники гибнут. Кстати, я вспомнил ваше дело. «Медведки», прошлый ноябрь? Верно?

— Все так, — кивнул Павел.

— Там Антонов и Морозов работали, — обратился к уборщице Ровнин. — Три ведьмы из молодых решили бизнес замутить, стареющим зажиточным дамам красоты за немалые деньги подогнать. И жена нашего нового коллеги, я так понимаю, попала в число не ведающих о том доноров.

— А Александр Анатольевич… — услышав знакомую фамилию, встрепенулся Михеев.

— Он тоже погиб, — даже не дослушал его Олег.

— Однако! — почесал затылок Герман. — И еще на горячечный бред немного похоже.

— Чем же? — уточнил начальник отдела.

— Так ведьмы? Вы же про них на серьезных щах говорите, будто они на самом деле есть.

— Поверь, есть, — заверил его Михеев. — Хотя лучше бы их не было.

— Капец! — проникся Стернин и тут же следом заявил: — Но мне нравится! Слушайте, а они какие? Просто если по кино судить, то вроде красотки, а потом раз — и жуткие старухи. В «Вие» точно так. Кстати, когда в детстве, лет в восемь, его по телику смотрел, то чуть не обосрался. Фредди Крюгер не напугал, Джейсон тоже, а бабка эта с бородавкой, которая на Куравлеве верхом ездила, — прямо сильно. Да! А зомби тоже есть?

— Один балабол ушел, другой народился, — философски констатировала тетя Паша. — Воистину свято место пусто не бывает.

— Павел, еще один вопрос, — обратился к Михееву Олег. — А как вы именно к нам попали? Просто это не так легко.

— Я никогда никого ни о чем не люблю просить, — помедлив, ответил мужчина, — но тут гордыню за пояс заткнул и позвонил дяде. Он человек весьма влиятельный, нажал на какие-то рычаги, после чего мне присвоили звание лейтенанта и распределили сюда, к вам.

— Понятно, — кивнул Ровнин и выбил трубку в урну. Удовольствия от курения он не испытал, но как аксессуар она пришлась Олегу по душе. Нравился он сам себе с ней. Теперь осталось только новым костюмом разжиться да купить очки с простыми стеклами, как София посоветовала.

Он же начальник, надо соответствовать.

— О, еще один новенький, — сообщила ему Павла Никитична. — Кучно пошли.

И верно, из арки вынырнул юноша в ладно сидящей на нем милицейской форме и спешно приблизился к ним.

— Лейтенант Вячеслав Запрудский, — отчеканил он, козырнув. — Прибыл к месту несения службы.

— Экий бравый! — одобрила его тетя Паша. — И по форме одет, не то что эти двое. Так что, даже несмотря на имя, — молодец.

— А что с именем не так? — опешил Запрудский, ожидавший от нового места чего угодно, только не того, что его имя может не подойти.

— Пока все. Но ты не переживай, просто в нашей избушке у каждого свои погремушки.

— Ладно, что мы тут стоим? — обвел взглядом новых сотрудников Ровнин. — Прошу в здание. Сначала побеседуем, познакомимся поближе, а после я вас по рабочим местам распределю. Только есть одно «но» — один из оперативников квартирует внизу, в дежурке. Количество мест в «оперской», увы, ограничено.

— А, так туда Славка пойдет! — ткнул пальцем в направлении Запрудского Герман.

— Почему это? — чуть покраснел тот. — Я что, рыжий?

— Не! — расплылся в улыбке тот. — Ты опоздавший.

— То есть крайний, — поддержал его Михеев. — Все справедливо.

— Не расстраивайся, — Олег спустился с крыльца и хлопнул паренька по плечу, — дежурка не каторга. Я тоже с нее начинал, в результате главным тут стал. Кстати, да, забыл представиться — Ровнин Олег Георгиевич, начальник отдела 15-К. А теперь — пошли внутрь. И Павел, вот еще что: не сочтите за труд, откройте дверь.

Конец пятой книги