Точка отсчета (СИ), стр. 55

— И кого он премировал до меня? — даже подался вперед Олег. — Ну интересно же!

— Князя Долгорукова Владимира Андреевича, — ответил Арвид. — Генерал-губернатора Москвы. Просто Аристарх патриот своего города, а Долгоруков для столицы очень много чего сделал, вот потому он ему перстень со своей руки и отправил. Поверь, это очень щедрый дар. Аристарх, считай, губернатора под свою защиту взял, и если кто-то из тех, кто живет в Ночи, попробовал бы посягнуть на его жизнь или рассудок, то, считай, приговор бы себе подписал. Не уверен, что генерал-губернатор понял, что именно к нему попало в руки, но тут важен жест, а не последствия.

— Здесь не перстень, — тряхнул мешком Олег. — Поглядим?

— Не-не-не! — сразу отказался Арвид. — Даже не начинай. В машине или у себя в конторе смотри, но не тут у меня. Говорю же — я в дела патриарха ни на дюйм не залезу. И знать ничего не желаю.

— А вообще приятная компания сложилась! — рассмеялся Ровнин. — Генерал-губернатор и мент. Атомная парочка!

— Ну, может, еще кто в нее затесался, — предположил Арвид. — Дела Аристарха как та вода в облацех — темны.

— Говорят, он Годунова и Потемкина на вкус пробовал, — заметил Олег, забирая пакеты, из которых приятно пахло съестным. — И даже товарища Троцкого.

— Все, иди, иди, — отмахнулся хозяин клуба. — И не беспокойся насчет поисков, все, кто надо, этот рисунок получат.

Само собой, ждать до отдела Ровнин не стал, потому развязал веревочку на горле мешочка почти сразу же после того, как машина тронулась с места. Внутри обнаружилась деревянная продолговатая коробка, совершенно немудреная, без лакового покрытия, фигурного замочка, завитушек тонкой резьбы и прочих излишеств.

— Ну-с! — пробормотал оперативник и раскрыл ее, в принципе, уже догадываясь, что именно увидит внутри.

И да, там обнаружилась курительная трубка, еще один мешочек, с табаком, а также зажигалка, правда не «Ронсон», какой был у самого Аристарха, а не менее статусный «Данхилл».

Причем трубка, что характерно, была под стать футляру, в котором лежала. Вроде бы незамысловатая, не составная, без украшений, то есть на первый взгляд рыночная поделка. Но то было обманчивое впечатление. Взяв ее в руки, Олег сразу понял — не-а, не так тут все просто. Встречаются такие вещи, которые словно говорят владельцу: «Поверь, внешний вид обманчив». Эта трубка была из таких, за ее простотой явно скрывалось безупречное мастерство того, кто ее сотворил, его умение создать вещь, которая станет верно служить своему владельцу столько, сколько тому отмерено судьбой годков на земле, а после перейдет к его потомкам. Как Ровнин это понял, почему, отчего — он и сам бы не сказал. Просто к нему пришло знание — и все.

— Скажи, София, мне трубка идет? — спросил Олег у ведущей машину женщины, засунул означенный предмет в рот и стиснул загубник зубами.

— Пока нет, — ответила та.

— «Пока» — это как? — удивился оперативник.

— У вас еще возраст для нее неподходящий, — пояснила София. — Вы уже не мальчик, но все еще молоды. Вот лет через семь-десять, когда морщинок станет чуть больше, а из глаз уйдет баловство, она отлично дополнит ваш образ. Уже опытный, но еще не старый мужчина с трубкой всегда выглядит весьма привлекательно, это очень выигрышный аксессуар. В подобном образе есть шарм и немного таинственности. А если он еще статен, следит за собой и одет со вкусом, то интерес женщин ему гарантирован.

— Ну, я немного другое имел в виду, но спасибо, — почему-то смутился Ровнин и вынул трубку из рта.

— Позволите совет?

— Разумеется.

— Подумайте про очки.

— Про что?

— Чуть затемненные очки, — повторила вурдалачка. — Вам они пойдут. Хотя не это главное.

— Что же тогда?

— Они спрячут ваш взгляд.

— А что с ним не так?

— Не все, но многое. У вас взгляд охотника. Может, он не всегда таков, а только сегодня, но лично я это сразу заметила. Голос, интонации — с ними все обстоит отлично, ими вы владеете в совершенстве, но вот взгляд выдает. Вы сами этого не замечаете, что совершенно нормально, но те, с кем вы общаетесь, обратить внимание могут. Может, не все, но что это меняет? С учетом вашей профессии подобное не очень выгодно.

— Хм, — озадачился Олег. — Удивили так удивили.

— Мало того, очки не только спрячут взгляд, они добавят внешней мягкости и трогательности. Это как трость с клинком внутри — вроде бы просто аксессуар, но если надо, то она замечательно справится с задачей, отличной от помощи при ходьбе. Да и тип лица у вас для этого подходящий, очки ведь далеко не всем идут, но в вашем случае это то, что нужно. Трубка, костюм, очки — и вот перед нами импозантный мужчина, скорее всего, добрый и даже чуть романтичный. Идеальное прикрытие.

— София, а вы кем были до того, как стали помощницей Арвида? — осведомился у вурдалачки Олег. — Если не секрет.

— Не секрет. Имиджмейкером. Говорят, что неплохим. Знаете, кто такие имиджмейкеры?

— Разумеется, и это многое объясняет. В шоубизе работали?

— Нет, с политиками. Вернее… Неважно.

Сработали инстинкты, и Олег тут же попытался припомнить, кто из более-менее видных политиков отправился в Страну Вечной Охоты за последние пару лет. В голове всплыли три фамилии, причем две из них отлично подходили к той ситуации, которую ему недавно описал Ленц, там мужчины были нестарые, с активной жизненной позицией, из числа тех, про которых нет-нет да и всплывают в желтой прессе разные скабрезные побасенки.

Впрочем, продолжать разговор на эту тему он не счел нужным. Зачем дразнить гусей? Ну да, вроде бы эта невозмутимая женщина изъявила желание людей за шею не кусать, но, если ее разозлить ненужными вопросами, нежизненная позиция и поменяться может.

Но вообще, по-хорошему, ее следовало бы к финишу привести, а Ленцу последнее предупреждение вынести, поскольку эта красавица не какого-нибудь англичанина или немца умертвила, а гражданина страны, которой он, Олег Ровнин, служит. И то, что он на произошедшее глаза прикрыл, говорит о его неполном служебном соответствии.

— Причем очки вам нужны не те, что нынче в моде, то есть узкие, а скорее немного старомодные, достаточно большие. Серию «Авиатор» от «Рей-Бэна» знаете?

— Да.

— Вот что-то в этом роде. И обязательно с тонкой золотистой оправой, она вам пойдет.

— Спасибо за совет, я подумаю, — поблагодарил Софию Олег. — Нет, правда подумаю. Более того, попозже, когда закончу текущие дела, попрошу вас сходить со мной в салон оптики, правильную оправу подобрать. Ну, если вы не против, разумеется.

— Об этом надо спрашивать не меня, а мастера, — произнесла София. — Мои желания и возможности определяет он.

Олег восхитился как тонкости плетения фразы, так и тому, что Арвид, похоже, сам того не ожидая, вытащил счастливый билет, а затем убрал трубку в коробку и уложил ее обратно в холщовый мешочек, после чего уставился в окно.

— Откуда такая красота? — это было первое, что спросила тетя Паша, когда Олег начал выкладывать на стол пластиковые тарелки с нарезанной ветчиной, колбасами и сырами, фрукты, а также невероятно аппетитно выглядящий свежевыпеченный хлеб. — Хотя что я спрашиваю? И так ясно.

— Ну да, из ресторана, который примыкает к клубу, — не стал выкручиваться Ровнин. — Владелец того и другого Арвид Ленц. Это что-то меняет?

— Для меня нет! — мигом заявила Галка, причем интонационно она приятно напомнила Олегу Лену Ревину, которая тоже никогда от еды не отказывалась. — Тем более что из всех московских вурдалаков Ленц самый внятный. И, пожалуй, симпатичный.

— Водочку тоже он положил или ты ее по дороге купил? — уточнил Баженов, который тоже уже вернулся в отдел.

— Да. Сказал, мол, помяните друзей вечером.

— Хорошо, что он тогда, в двухтысячном, из Москвы смотался, — хмыкнул Славян, — а то пришибли бы мы с дедами его за милую душу. Странно только, что так вовремя тогда город покинул, но чего уж теперь разбираться? Столько лет прошло.