"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 65
Ближе к вечеру караван остановился на ночлег, все повозки и карета съехали с дороги, чтобы не мешаться другим путешественникам, которые заранее объезжали их стороной. Мало кто хочет столкнуться на дороге с важной персоной и ее свитой, особенно если ты не знатного происхождения. Флаги же и знамена сразу говорили всем, кто едет в сопровождении королевской охраны. Кленовые листы рода Кленских были повсюду, даже на одежде некоторых слуг, видимо те прибыли сюда с герцогом, но либо их запугали до смерти, что они признали в Алерии дочь своего господина, либо и вправду не узнали.
Для Советников разбили отдельно две больших палатки, человек пять туда влезло бы, но расположили лишь их, каждого отдельно. Для самозванки установили настоящий шатер в тон флагов, человек на десять в общей сложности, а то и больше, размером с одну большую комнату в какой-нибудь гостинице. Разожгли костры, начались приготовление еды. Солдаты сидели в своем круге, за исключением тех, кто должен был нести дозор, слуги все оказались заняты делами, каждый своими. Пока будущая королева не отдала им определенный приказ, они все могли найти себе занятие сами.
Выспавшись за ночь и половину предыдущего дня, Венториэль сидел скрестив ноги у себя, и пытался молиться. Его последняя надежда была лишь на богов, хотя бы за стеной и для других советников. Он не просил позаботиться о тех, что остались в Апатии, лишь боялся за других. Неожиданный шорох полога заставил советника открыть глаза и посмотреть на вход. Там, сложив руки за спиной, смиренно склонив голову, стояла Алерия. По ее щекам стекали слезы, но из-за царившей тут темноты их было почти не видно, но лидер совета заметил их.
– Присаживайтесь, что вас привело сюда? – поинтересовался он, указывая на место напротив себя. Конечно, будь она настоящая герцогиня, то парень ни за что не позволил бы себе сидеть при ней в такой позе, и естественно не дал бы сесть почти на землю. Будь перед ним истинная Миаленика, он наверно пылинки бы с нее сдувал, и глаз не сводил, ведь Венториэль все еще считал, что только она сможет помочь ему остановить брата.
– Пожалуйста, уважаемый советник, не подпускайте его ко мне, не оставляйте меня с ним ни на минуту, я вас умоляю, – сделав неуверенный шаг вперед, девушка упала на колени и уткнулась лбом в его плечо, чем просто обескуражила собеседника. Тот даже в сторону отстранился от нее так, что Алерия чуть не ударилась головой о пол палатки.
– Если вы ищите защиты, то к сожалению обратились не по адресу, я здесь лишь для того, чтобы убить вас, когда придет время. А не делаю этого только потому, что стране не нужна война, – выставив руку вперед, дабы чуть отстранить ее от себя, Венториэль смотрел на заплаканное лицо девушки, освещаемое лишь одной свечой на полу рядом с ним. В одном она несомненно превосходила всех остальных, кого он когда-либо видел. С красотой служанки из гостиницы никто не смог бы сравниться. В свои шестнадцать, она вполне сошла бы за четырнадцатилетнюю, если только убрать слезы и грусть в глазах.
– Тогда, пожалуйста, убейте меня немедленно, я больше не вынесу ни единой ночи рядом с ним, – осторожно взяв советника за руку, она поднесла ее к своей груди, причем вцепилась так, словно если отпустит, то собеседник тут же исчезнет вместе с надеждой на спасение. Нахмурившись, Вент отрицательно покачал головой, у него почти и не было сомнений, что Ронин проделывал с ней по ночам, тем более раз девушка не могла ему ни в чем отказать. В книгах и легендах многие писали, что именно для любовных утех чаще всего себе заводили воскрешенных.
– После извинений перед Андраником Больто, если ничего не сорвется, то я это непременно сделаю, – спокойно повторил и без того известный ей план, лидер совета, пытаясь вернуть себе руку, но пальцы девушки аккуратно гладили его ладонь изнутри. Кожей он ощущал, как поднимается и опускается ее грудь, слишком пышная для обоих ее возрастов. Слезы перестали течь из глаз, но их струйки застыли на щеках, блестя в свете свечи и невольно привлекая к себе взгляды. Кисти девушки дрожали сами по себе, видимо от волнения. Каждое ее движение казалось продуманным до мелочей, четким и в то же время, прощупывающим почву. Наконец она окончательно приложила его руку к тому месту, где у нее сердце, каждый его удар чувствовался подушечками пальцев. Голова советника начинала кружиться от перемешанного запаха воска от свечи и духов Алерии.
– Пожалуйста, советник, я бы могла даже остаться с вами, вместо него, пожалуйста, что угодно…– она приблизилась в его лицу, губы налились в ожидании страстного поцелуя, одна из оставленных ладоней тем временем аккуратно направляла руку Венториэля вниз, дабы устроить ее на груди, второй же самозванка потянулась к капюшону. Разум помутился всего на секунду, этого не хватило, чтобы произошло непоправимое. Свободная ладонь лидера совета резко перехватила кисть девушки, а он сам вернул себе украденную руку и даже вытер ее об одеяло рядом стоявшей кровати. На лице самозванки выступило искреннее непонимание. Проведя пальцем по своему вышитому имени, лидер сделал глоток воздуха и встал на ноги.
– Я отдам распоряжение, чтобы в вашу палатку никого не пускали, кроме слуг и меня, можете спать спокойно. Еще раз попытаетесь снять с меня капюшон, и я не буду ждать до исполнения вами вашего долга, – сообщил он, отодвинув полог палатки и сделав приглашающий жест в сторону улицы. Явно нехотя, Алерия встала и вышла прямиком в сторону своего навеса. Последовав за ней, лидер совета отдал распоряжение охране, но оно мало чего стоило, ведь если Ронина припрет, он попросит свою воскрешенную приказать впустить его. Добавив, что в случае изменения приказа, пусть сперва, позовут его, Венториэль с чистой совестью удалился обратно.
На самом деле ему жутко не понравилось то, как помутился его разум, пусть всего на секунду, но он был готов поддаться на намеки девушки. В очередной раз проведя пальцем по имени справа на плаще, Вент убедился в том, что пока еще является собой. Подобные вещи требовали внимания, причем серьезного. Сам он уже плохо помнил подробности воскрешения, а вернее все побочные явления, да и жутко удивлялся, откуда парню в возрасте Ронина о нем известно. Спрашивать напрямую означало бы потерять остатки уважения в его глазах, а значит, контролировать советника станет просто невозможно. Прокручивая в голове волнующий его момент, Венториэль очень боялся, что это лишь начало, а самое трудное боги припасли для него на конец.
Глава 27.
Как ни странно, но в себя она пришла от жуткой жгучей боли в боку. Не помня как и при каких обстоятельствах вообще отключилась, девушка вскрикнула и хотела привстать, но сильные мужские руки вернули ее обратно в лежачее положение. Перед глазами все плыло, от боли хотелось вопить изо всех сил, но она лишь прикусила язык. Теперь Миа прекрасно понимала состояние Рэндалла, ибо сама в него попала. Из такого положения место ранения взгляду оказалось недоступным, так что посмотреть, что там да как не вышло. Пришлось довериться знающему свое дело Микалису, не даром он был лекарем в замке совета. Чувствуя под своей головой что-то мягкое, девушка расслабилась, как только могла и осмотрелась по сторонам.
Судя по окружающим каменным стенам и потолку, находились они в пещере где-то в горах. Видимо парень вытащил ее из замка и унес как можно дальше от него. Стояла глубокая ночь, свет луны не проникал в каньон – единственный выход из долины, да и спутник устал тащить ее. Здесь же был разведен костер, и теплые языки пламени то и дело норовили обжечь руку, что лежала рядом с ним. Места оказалось мало, и приходилось жаться друг к другу. Чувствуя, как Флор что-то делает с раной, Миаленика прикусила губу, предполагая о скором резком приступе боли. Ожидания оказались верными. Заглянув ей в глаза, парень предупреждающе кивнул. Слезы брызнули из глаз, девушка замычала от боли, стараясь не закричать в голос. Руки сжались в кулаки, хотелось долбиться ими о землю, стены, обо что угодно, лишь бы эта боль прекратилась хотя бы на секунду. Любой посторонний звук мог выдать их, парочка и так сильно рисковала разведя огонь, но иначе было никак. Других подручных средств у Микалиса с собой не было. Парень выбрал хорошее место, свет отсюда не бросался в глаза с улицы, а значит, Виктору потребовалось бы время, чтобы найти их.