Система удвоения (СИ), стр. 47

Хоть каждую минуту себя снимай и в «сториз» во всех соцсетях выкладывай — картинка круче, чем у самых топовых блогерш получится!

И несколько фотографий Ён Соль, всё-таки, позволила себе сделать. Правда, в социальные сети ни одна из них так и не попала. Во-первых, потому что Ён не была дурой, и, вообще, предпочитала о себе лишней информации в сеть не выкладывать. Тем более, в Корее с её нездоровым увлечением созданием дипфейков порнографического характера. Дай только малейший материал — тут же состряпают что-то максимально похабное и распространят, где только возможно. Замучаешься потом доказывать, что не верблюд (причём, иногда и в совершенно прямом смысле — разные были извращенцы на просторах сети…).

А во-вторых: у неё был чётко прописанный пункт в контракте с агентством о том, что любая информация в её социальные сети теперь попадает только с прямого одобрения и после модерации агентством — во избежание, так сказать.

Но уж себя-то порадовать, оставив на память, для личного архива и пользования — можно. Очень уж, «декорации» красивые — жалко упускать.

Сказка длилась… ровно до вечера воскресенья, пока в их идиллию не произошло непредвиденное и довольно наглое вторжение, очень сильно заставившее Ён Соль напрячься.

Дело происходило в одной из лаунж-зон отеля — «The Atrium Lounge», где И Ван с Ён Соль расположились на удобном диванчике недалеко от одного из панорамных окон, которые в этом помещении являлись архитектурной доминантой, создававшей эффект большого открытого пространства с ярким естественным освещением и потрясающим, почти что круговым видом на город.

Сюда они заглянули по пути из ресторана, где провели ранний ужин. Им не хотелось слишком рано возвращаться к себе в номер — всё ж, основной накал «постельных страстей» давно уже был сброшен. И, хоть влечение друг к другу, меньше не стало, но сил на то, чтобы очередной раз перевести его в горизонтальную плоскость, уже не хватало. Нужна была некоторая передышка, и это место, как нельзя лучше, для данной цели подходило: здесь было удобно, красиво, не слишком многолюдно и совсем не шумно. А ещё, тут был вай-фай, и можно было заказать напитки.

И Ван сидел на диване, откинувшись на его спинку, а Ён Соль расположилась у него на коленях, и он по-хозяйски обнимал её за талию, соединив свои руки в кольцо на этой талии.

Настроение у обоих было благостное и расслабленное.

Кто из них первый заметил вошедшего в лаунж человека неопределённо-старшего возраста, трудно сказать, но Ён Соль напряглась, узнав того, даже больше, чем И Ван, с которого мгновенно слетели вся благость с расслабленностью. Хоть, внешне это выразилось только в том, что с его лица сошла, словно истаяв, улыбка, но девушка-то своего мужчину хорошо знала.

— Нет! И Ван, я не хочу, чтобы ты с этим ужасным человеком снова общался! Ты же обещал, что не станешь больше в этом участвовать! — поспешила сказать Ён Соль, когда уже стало окончательно очевидно, что появился этот тип тут не случайно и целенаправленно идёт к ним. Кстати, на входе в лаунж, его ненадолго остановили охранники, которых в каждом общественном помещении этого отеля, было столько, что от их костюмов в глазах рябило… поначалу. Потом, с течением времени, глаз привык, и внимание почти перестало на них останавливаться.

Так вот, его остановили, точнее, заступили ему дорогу двое крепких охранников, но он им, вроде бы, что-то показал или сказал, после чего они неохотно расступились. Причём, пропустила его не только охрана отеля, но и её личная охрана, оставленная здесь агентством.

— Ты всё немного неправильно поняла, — тяжело вздохнул И Ван, расцепляя руки и ссаживая со своих колен девушку.

— Я — ужасный человек? — состроив удивление, указал на себя мужчина, которого И Ван когда-то давно представил ей, как «руководителя отдела Пака». — Какая неожиданная характеристика. — Чем же я вам так не угодил, позвольте узнать?

— Тем, что из-за вас И Ван пострадал! Тем, что вы втягиваете его в свои сомнительные делишки, из-за которых он рискует здоровьем и жизнью! — строго, как суровая школьная учительница, заявила Ён Соль.

— Может, дашь нам с ним переговорить? — вздохнув, спросил, или точнее будет сказать, попросил И Ван. — Одним? Принесёшь мне коктейль? Любой, какой выберешь. И себе заодно?

— Нет, я не оставлю вас двоих тут. Я не хочу, чтобы ты больше дрался. Если у тебя остались какие-то долги — я готова их выкупить, и сама ему заплатить. Я теперь могу это себе позволить. Тебе не обязательно продолжать тащить всё на себе. Я могу о нас позаботиться!

— Какой решительный характер у вашей подруги, инженер Ким, — улыбнулся «руководить отдела Пак». — Вам очень повезло — цените её.

— Ладно, — поморщился И Ван и ещё раз тяжело вздохнул. — Повторяю, Ён — ты всё неправильно поняла. Господин Пак — не преступник, хоть и связан с ними. Покажите ей, — попросил он подошедшего к ним человека неопределённо-старшего возраста.

— Что показать? — удивлённо вскинул брови тот.

— Удостоверение покажите, — ещё тяжелее вздохнул И Ван и потёр ладонями лицо. — Оно же у вас с собой?

— Ах, вы об этом… — улыбнулся тот. — А я уж подумал невесть что… — после чего, залез рукой во внутренний карман своего пиджака и действительно достал вышеназванный предмет. Потом раскрыл его и позволил Ён прочитать то, что было написано внутри.

— Национальная разведка? «NIS»? — сами собой в изумлении и испуге расширились глаза девушки. — Что ты… как ты… — затем какая-то мысль промелькнула в его глазах. — Так ты — под прикрытием⁈ — повернулась она к И Вану.

— Ён, — укоризненно посмотрел на неё он. — Может, всё-таки, принесёшь мне коктейль?

— Хорошо, — неохотно согласилась Ён Соль, встала, оправила одежду и пошла к барной стойке, стараясь не слишком явно при этом коситься назад. У неё почти получалось.

А атмосфера между мужчинами, оставшимися позади, как только она удалилась достаточно, чтобы нельзя было услышать, о чём они говорят, резко изменилась и потяжелела. Улыбка сползла с лица NIS-овца. Он стал серьёзным и даже хмурым, что Ён Соль, остановившейся у стойки и повернувшейся так, чтобы продолжать видеть, что там у них происходит, совсем не понравилось.

Однако, сделать что-то в этой ситуации было уже не в её власти: Национальная разведка, и связанные с ней дела — это уже не то, с чем мог бы справиться даже директор Ян, не говоря уж о ней — всего лишь трейни его развлекательного агентства. Оставалось только ждать возле этой стойки заказанного коктейля, бросать тревожные взгляды и изо всех сил скрывать охватившее её беспокойство. Мрачно пытаясь представить, во что же И Ван успел без неё вляпаться?

Хотя, если, как следует, отстранившись от эмоций, подумать (что было сложно в такой ситуации, но Ён Соль в достаточной степени владела собой, чтобы, всё-таки, быть на это способной), то её И Ван, с его тремя иностранными языками, идеальными оценками, выдающейся внешностью, образцовой характеристикой из армии и неподдающейся здравому смыслу физической подготовкой, просто не мог не привлечь внимание подобных структур. Не имел на это ни единого шанса. И тут вопрос стоит, скорее, не в том, почему они с ним связались, а в том, почему не сделали этого раньше?..

Стоп! Остановила сама себя Ён Соль, поражённая внезапной догадкой: раньше⁈

А, с чего она взяла, что это, и правда, произошло только сейчас? С чего она взяла, что И Ван не был связан с разведкой тогда, когда они были вместе? Ещё до этого позорного разрыва?

Ведь, если подумать, то это объяснило бы его странное стремление постоянно казаться «нормальным», нежелание выделяться… Он, что же? Действительно, все эти годы был «под прикрытием»? И всё это: спрятанный результат Сунын, выбор Университета, долгий поиск работы и устройство в KET — это всё его «легенда»? Тщательно проработанная и реализованная только для того, чтобы… чтобы что?

KET… Стоп! А что там говорил вчера директор Ян? Пожар на строящейся фабрике «Хайникс», увольнение И Вана, смена владельца KET, попытка убийства этого нового владельца прямо на пороге «Самсунг», небывалое падение акций больше, чем на двадцать процентов за две недели… В таком ракурсе, вся эта цепочка выглядит уже совершенно иначе!