Стальной рыцарь 3 (СИ), стр. 44

Тогда, перед походом на крепость, она не отравилась — обманула, боясь, что нагрузки, связанные с шагоходом и будущими боями, могут сказаться на ребенке, погубить эту крохотную жизнь, каким-то чудом проросшую в ней. И чтобы ее сохранить, выносить, родить, она была готова буквально на все: обмануть, предать и, если надо, даже убить. Да и брала она, по сути, свое. Отец же должен заботиться о будущем ребенке, так что,считай, Ваня выплатил алименты на все годы вперед. А Давид… А что он? Всю работу, по сути, сделал Ваня — это он вытанцовывал под снарядами английской батареи, гася одно орудие за другим. Она видела дыру, оставленную британским снарядом. А без него Давид на своем тихоходе даже до первой линии траншей не дошел бы — разнесли бы его на куски.

Она могла бы остаться здесь, но что ее тут ждало? По сути, из боевого пилота она превращалась в обузу, в уязвимость — то, что связывало бы Ваню по рукам и ногам. Да и рожать в воющей, по сути, стране, где непонятно, что ждать от завтра, она не готова. А с ним… она коснулась бриллианта — у нее есть будущее. Она сможет найти тех, кто подготовит ей документы, переберется куда-нибудь потише и безопаснее. Шестьдесят тысяч лян — это почти двести тысяч рублей. Она сможет помочь и своей семье, оставшейся в Риге, вызвав их к себе. Купит поместье где-нибудь на Кубани, где о прорывах слышали только из газет, и будет спокойно растить дочь, читая о подвигах ее папы из газетных статей.

В том, что эти двое не пропадут, она даже не сомневалась. Они меньше чем за три месяца сумели столько заработать, а в воющей стране найти применение для двух одаренных будет совсем не сложно. Успокоив себя, она сделала глоток воды, проверила крепления болтов и легла, расстелив предварительно на полу плед, положила под голову рюкзак. В последнее время ей постоянно хочется спать.

Десять лет назад у него отняли магию, семью и жизнь. Теперь он вернулся в город, который его ненавидит, чтобы найти убийц семьи и заплатить по всем старым счетам. https://author.today/reader/629303

205

Глава 21

Глава 21

— Госпожа посажена в дирижабль и замаскирована надлежащим образом, — начальник охраны, курировавший эту операцию, закончив доклад, протянул небольшой тканевый мешочек своему господину.

Чжу Эн высыпал жемчужины на стол, пробежался по ним взглядом, пересчитал, затем толкнул одну из них через стол в качестве награды своему помощнику.

— Я убью ее! Вырву ее гнилое сердце! Ваня, ты слышишь меня⁈ Я задушу эту тварь своими руками! — вопли Давида разносились по всему дворцу. Очнулся он почти час назад и до сих пор не мог успокоиться.

«Госпожа Виктория сделала весьма неожиданный ход», — подумал Чжу Эн. Он не знал о бриллианте. Если бы знал — до дирижабля она бы не доехала. Но сейчас выдать ее — это подставить себя. Иван не дурак, он поймет, кто помог ей с организацией побега. А это разрушит тот хрупкий мост доверия, что начал выстраиваться между ними. Так что пусть. Ставки в игре, задуманной им, намного выше, чем какие-то жалкие шестьдесят тысяч лян. Главное, что фигура, мешавшая развитию всей партии, наконец убрана с доски. И можно приступить к следующему этапу. Хотя для этого и пришлось немного постараться: пара задушевных разговоров, легкое ментальное внушение, чуть заострить угрозы жизни в Поднебесной — и беременная девушка почти самостоятельно приняла решение уйти.

А пока он, чуть задумавшись, машинально убрал жемчуг в шкатулку, вынутую из стола. Возможно, так даже лучше: наемники без денег гораздо легче согласятся на то, что он хочет предложить им еще.

— Петр Иванович, взгляните, — механик подозвал одного из аэронавтов, указав на «Ласточку». — Здесь же все в порядке с запчастями и фиксирующими элементами. Зачем мы их с собой тащили из России?

Тот так же недоуменно посмотрел на дирижабль, ничего не понимая, и пожал плечами. Прилетев вчера вечером, они едва успели сгрузить, доставленные для ремонта дирижабля и шагохода материалы и инструменты. И только сейчас, с утра, отправились изучать фронт работ и предстоящего ремонта. И не увидели ничего, что бы нуждалось в нем.

Котлов, подойдя к ним ближе и узнав причину обсуждения, недоуменно пожал плечами. За Соболевым он прибыл лично, едва узнал, что эта тварь не только сумела выжить в Китае, но и успела изрядно помешать их союзникам и друзьям — настолько, что те напрямую через посла и от своего имени потребовали прояснения обстановки, а самое главное — ответа на вопрос почему в Поднебесной объявились русские шагоходы с одаренными. Учитывая, что никто не знал, что они вообще там есть, пришлось достаточно долго выяснять, как они там оказались и что там делают. А чертовы курсанты словно с цепи сорвались. Сначала ликвидировали Золотую королеву — весьма перспективное биооружие, на которое делались большие ставки. А затем уничтожили Красных кулаков, которые по планам их хозяев в ближайший год должны были взять власть в провинции.

У Котлова даже руки подрагивали от предвкушения, что он наконец-то встретит своего врага. Он уже начал банально бояться того, что опять что-нибудь произойдет: гром с небес, ангелы Господни, наводнения, землетрясения — да что угодно, — и мальчишка, раз за разом уходивший у него буквально из рук, опять куда-нибудь исчезнет.

Но нет. Цокот копыт — и во двор въезжает целая кавалькада всадников. Полсотни монголов окружали высокого гиганта на белом скакуне в дорогом шелковом халате, украшенном вышивкой. Он даже сразу и не узнал в нем того, за кем прибыл. Высокий, статный — не тот щуплый заморыш, которого он видел на фотографии. Даже глаза изменили цвет. И если бы не черты лица — хрен бы он его узнал.

Легкой пружинистой походкой он направился к ним. И Котлов, отбросив посторонние мысли, взял себя в руки. Сейчас главное — себя не выдать и заманить этого гада на борт. А там он с ним справится. Главное — бить быстро и наверняка, вырубить, потом вколоть подавитель, лучше усиленную дозу, даже если будет поврежден дар. И наплевать — живым после допроса у князя он уже не выйдет. Тот ему лично пообещал его жизнь. Но здоровый, оценил он мощную фигуру Соболева: может быть опасен, но главное — что подвоха не ждет.

— Соболев Иван? — сопровождающий их офицер, сверившись с фотокарточкой, на всякий случай все же решил уточнить, с кем имеет дело. И лишь дождавшись утвердительного кивка, уточнил: — А где шагоход и Эристави с Лещинской?

— Понятия не имею, — последовал ответ. — Лещинская скрылась от нас в неизвестном направлении, предварительно обокрав. Так что я бы и сам хотел с ней пообщаться. Эристави тяжело ранен после нападения бандитов в горах и находится на излечении. Врачи опасаются за его жизнь, транспортировка его пока невозможна. А я пока решил остаться здесь — в рамках своего долга дворянина и человека. Хочу помочь местным жителям в защите их от двуногих, четвероногих, прыгающих и летающих чудовищ. Став, так сказать, передовым отрядом нашей родины в этих местах.

— Вы с ума сошли⁈ — сорвавшись на крик, заорал офицер. — Вы хоть понимаете, что это военный трибунал⁈ Это дезертирство!!!

— Да, да, — закивал Иван, со всем соглашаясь. — Я все понимаю, все осознаю. Но мой долг человека все же превыше всех законов и обязательств.

Теряя самоконтроль, Котлов подлетел к нему, вцепившись в плечо:

— Щенок! Ты пойдешь со мной и сядешь в этот чертов дирижабль, иначе…

Звук передергиваемых затворов винтовок заставил его замолчать и вскинуть голову. Оглядевшись вокруг, он увидел, что на него были направлены как минимум пол сотни винтовок и даже пулемет. До этого скучавшие на вышке солдаты, плевавшиеся семечками вниз и о чем-то болтавшие между собой, внезапно посерьезнев, развернули пулемет, направив его ствол вниз. Во дворе стало как-то очень тихо — слышно было только дыхание людей. Десятка три солдат за спиной, внезапно оказавшихся во дворе, полсотни конников, обступивших своего командира полукругом, один пулемет на вышке, второй на стене — и все смотрят сейчас на них…