Сердце дракона. Путешествие (ЛП), стр. 49

Несколько раз Гее приходилось щипать себя за руки, чтобы убедиться, что пешая прогулка реальна. В последние несколько недель ей часто снилось, как она идёт по тёмным коридорам неизвестных зданий, через леса, полные обгоревших деревьев, или через подземные лабиринты, замысловатые, как мысли безумцев. И каждый раз в этих тёмных, бесплодных, запутанных и безумных извилистых путях она искала Аргона.

Только сейчас это был не сон. Она чувствовала боль, когда щипала себя. Могла сосчитать пальцы. Видела своё отражение, не размытое. Обычно во сне это у Геи не получалось.

Итак, она действительно вышла из своей комнаты и отправилась на поиски Аргона в его спальню, но там было пусто. Поэтому Гея спустилась по главной лестнице, ведущей в вестибюль, и на ощупь побрела по зданию. Несколько зажжённых свечей, расставленных вдоль коридора, подтверждали, что она двигается в правильном направлении. Слуги, несомненно, оставили свечи зажжённым, чтобы хозяин мог легко передвигаться.

Ещё свет пробивался из-под закрытой двери в конце длинного коридора. Стены коридора украшали гобелены с изображением драконов. Гобелены были очень пыльными и выглядели удивительно старыми. Кто знает, развесил ли их Аргон, или же предыдущий владелец тоже питал страсть к этим благородным диким созданиям.

Будь на улице день, а настроение Геи спокойнее, она бы остановилась, чтобы полюбоваться этими огромными произведениями, которые покрывали каждую стену до потолка, словно художник хотел увековечить драконов почти в натуральную величину. Но была ночь, и спокойствие отсутствовало в её сердце. От нервозности сердце колотилось.

Подойдя к двери, девушка на мгновение замерла, испытывая неловкость. Затем она попыталась постучать, но, возможно, слишком тихо, потому что ответа не последовало. Ни приглашения войти, ни запрета.

Гея решила рискнуть. Если дверь окажется заперта, она отступит. Но дверь медленно приоткрылась, не издав ни звука.

Гея вошла в библиотеку, похожую на лабиринт. Высокие полки, заполненные, несомненно, древними томами, возвышались словно драконы. Она пересекала небольшие залы, следовавшие один за другим и освещённые тусклым светом факелов, которые почти догорели до конца. Пару раз Гее пришлось возвращаться, так как она натыкалась на тупиковую стену. Там тоже, в узких промежутках между книжными полками, висели картины всех видов, посвящённые драконам.

Затем Гея увидела свет, чуть ярче, чем слабые факелы, расставленные вдоль пути, и услышала голос Аргона. Он что-то сбивчиво произносил за открытой дверью, которая, скорее всего, вела в зал, предназначенный для чтения. Гея ускорила шаг, опрометчиво испытывая счастье.

И тогда счастье, уже бессмысленное, такое же безосновательное, как вздох облегчения у приговорённого к смерти при скрипе удавки, отдалилось от Геи так далеко, как самая отдалённая планета от Земли.

Да, это был читальный зал, но никто не читал.

Там в кресле сидел Аргон. Вытянувшись на сиденье с закрытыми глазами и запрокинув голову, его руки свисали с подлокотников, брюки спущены до лодыжек, а живот обнажён. Из горла мужчины вырывался хриплый звук дикого наслаждения. Женщина с длинными чёрными волосами стояла на коленях между его бёдрами, её рот был непристойно открыт в намерении доставить удовольствие эрегированному члену. Обнажённая женщина, не особенно красивая или молодая, выглядела лет на сорок, но была пышногрудой и, явно, очень искусно давала Аргону то, чего он хотел.

Гея притаилась за стеллажом — достаточно, чтобы остаться незамеченной, но не настолько, чтобы не видеть происходящего.

Щёки девушки вспыхнули огненно-красным. Несколько мгновений Гея пребывала в кататоническом состоянии, словно её душа покинула тело, и она больше не знала, кто она и где находится. После этого состояния, похожего на транс, она отступила в полной тишине, шаг за шагом, шаг за шагом, шаг за шагом, а затем поспешно убежала.

Слепая бабочка с раненым крылом в последний день своей короткой жизни двигалась бы гораздо менее неуверенно, чем Гея.

Она изо всех сил пыталась найти обратный путь, натыкаясь на тупики, образованные полками, что упирались в стену. Наконец, Гея вернулась в коридор, где доминировала зловещая тень металлических доспехов у основания лестницы. Гея посмотрела на лестницу. Посмотрела на входную дверь.

Колебание длилось меньше времени, чем потребовалось ей, чтобы мысленно произнести фразу «Я тебя ненавижу».

Быстрым шагом Гея вышла за дверь; платье отчаянно шуршало вокруг тела, подпитывая её безумие. Временами это шелковистое шипение почти звучало как тонкий стон. Печальный тихий стон, однако, отличающийся от высокомерного стона Аргона, пока незнакомая женщина, казалось, питалась его телом.

Гея перешла по всё ещё опущенному подъёмному мосту и продолжила бежать. Она была настолько потрясена, что не могла остановиться и не знала, куда именно бежит.

Она бежала в неизвестном направлении, но точно в сторону, противоположную той, где находились драконы. Куда именно — Гея не знала. Она бежала, пока лёгкие позволяли ей дышать, не задыхаясь, и пока сердце выдерживало, не разрываясь. Гея была молода и охвачена печалью, которая шла рука об руку с гневом, поэтому бежала долго.

Остановившись, Гея наклонилась вперёд, чтобы перевести дыхание, и, делая это, оглянулась. Замок был не виден, и не только потому, что неумолимо приближался закат, поглощая каждую деталь. Она отошла очень далеко. По приблизительным подсчётам, удалилась от замка как минимум на пару миль. Более того, Гея вошла в какую-то рощу странных, скелетообразных деревьев с белой корой, больше похожих на скрученные кости, вкопанные в землю, чем на растительность.

Она смотрела в пустоту, там, где должен был быть замок, словно на заднем плане чего-то не хватало. Словно самая серьёзная потеря была внутри неё. Пустота, похожая на любовь, которую вырвали руками.

Она плюхнулась на сухую землю, несмотря на то, что одежда была совершенно неподходящей для таких условий. Какая ей разница, во что она одета, какое ей дело, где она находится, какое ей дело до холодной ночи, от которой пробирала дрожь?

Гея не могла перестать думать об Аргоне и той темноволосой женщине. Для него важен был только секс, только он.

Внезапно начался дождь. Обычный грязный дождь, который ничего не питал. Гея поднялась на ноги, потирая глаза ладонями, как ребёнок. Ей нужно было где-то укрыться, или, может, вернуться в замок.

«Я не хочу возвращаться назад.

Не могу двигаться вперёд.

Я не знаю, куда идти.

Теперь я совершенно одна».

В этот момент она поняла, что заблудилась. Закат подошёл к концу, и повсюду опустилась кромешная тьма. Гея даже не могла различить тонкие, похожие на кости силуэты деревьев. Она какое-то время шла беспорядочно, вытянув руки перед собой, чтобы не наткнуться ни на какие препятствия.

И потом, в этой густой темноте, казавшейся стеной, Гея услышала человеческое дыхание. Человеческое дыхание, совсем рядом. В этом выжженном лесу кто-то был. Определённо кто-то был. Кто-то, кто тоже заметил её и молчал.

— Кто здесь? — спросила Гея, измученная темнотой, от которой казалось, будто она в гробу. Это было хуже, чем колодец, где она пряталась в детстве: там, снаружи пробивался слабый свет, а здесь сплошной мрак.

Никто ей не ответил, но Гея почувствовала отчётливое ощущение опасности. Она сделала ещё несколько шагов в неопределённом направлении, и затем... затем она услышала голос совсем рядом. Позади неё.

— Как знал, что будет проще, если разобью лагерь в одиночку, — прозвучал голос, который Гея уже слышала раньше, но не смогла определить кто это. — Конечно, я не ожидал, что ты окажешься в моих объятиях. Но так лучше. Как ты оказалась здесь?

Тогда она поняла, и это озарение было подобно ведру ледяной воды, полному гвоздей.

Это был Коперник, командир венаторов.