Запретная любовь. Прекрасный дьявол, стр. 5

Тейт пришел к выводу, что я не опущусь до того, чтобы самой собирать документы. Едва сдерживая злость, он подошел к разбросанным папкам, поставил шкаф на место и аккуратно сложил бумаги на моем столе. Я наблюдала за ним сквозь пелену раскаленной добела ярости.

Почему он так сильно меня ненавидел?

Я трудолюбивая сотрудница. В первый год совместной работы была и вовсе покладистой. Но как бы ни старалась, он всегда упорно напоминал мне, настолько я ему неприятна.

Поначалу я думала, что, возможно, была слишком дружелюбной. Поэтому умерила свою веселость, перестала отпускать шутки и оставлять ему выпечку, которую готовила во время одиноких выходных в Нью-Йорке. Но нет, перемена в моем отношении только усилила его ненависть.

Моя следующая теория заключалась в том, что ему не нравилось платить такую щедрую зарплату, но это нелогично – он сам повышал ее каждый раз, когда я пыталась уволиться.

Наконец, я заподозрила, что Тейт унижал меня, потому что я представительница двух рас. Наполовину ямайчанка, наполовину белая кубинка, я нередко сталкивалась с расизмом. Будь то на теннисном корте и за его пределами или на роскошных мероприятиях, я всегда замечала подспудные взгляды, которые на меня бросали люди. Их двусмысленные комментарии.

Мне казалось вполне логичным, если такой бездушный упырь был еще и расистом. Но я не смогла припомнить больше ни одного случая, когда Тейт вел бы себя пренебрежительно по отношению к цветному человеку. Напротив, при всех его недостатках (коих бессчетное множество), GS Properties постоянно хвалили в деловых журналах и прочих изданиях за инклюзивность, разнообразие и современность. Двое из немногих людей, которых Тейт уважал, – финансовый директор Уилл и руководитель группы по судебной практике, Тиффани, – оба чернокожие.

Нет, похоже, у Тейта претензии конкретно ко мне.

Когда он закончил, я сняла пальто и стала разбирать папки. Уже знала, что не найду среди них чертово свидетельство. Я помнила, как положила его на стол Тейта сразу, как его доставил курьер.

Босс удалился в свой кабинет. Наверное, чтобы выпить смузи с кровью младенцев. Я старалась не смотреть на часы, которые тикали над головой, и раскладывала документы по папкам. Но сперва соединяла их скрепками к следующему разу, когда Тейт решит пронестись по офису как ураган.

В полшестого утра я убрала в шкаф последнюю папку и, конечно же, в глаза не видела свидетельство о юридической регистрации «Фонсека Айлендс». Я закрыла шкаф с тихим щелчком.

– Джиа, – прохрипел низкий голос позади меня.

Я подскочила от неожиданности и обернулась. Тейт высунулся из своего кабинета.

– Люцифер, – ответила я.

– Я нашел свидетельство о регистрации. – Он показал документ, расплывшись в беспощадно ехидной ухмылке. – Глупышка. Все это время оно лежало под стаканчиком из «Старбакса».

Глава 3

Джиа

Три месяца спустя

Я крепко сжала привычный браслет с ракушкой и сделала глубокий вдох.

За дверью, вырисовывавшейся впереди, проходила вечеринка века, которую устроил придурок тысячелетия – он же мой босс. До меня доносились музыка, болтовня, смех и звон изящных бокалов с шампанским.

Я пригладила шифоновое вечернее платье лавандового цвета и сглотнула. Мне сейчас совершенно не хотелось веселиться. Строго говоря, меня и не звали. Я всего лишь спланировала торжество до мелочей, наняла персонал и разослала приглашения.

Но я должна срочно поговорить с Тейтом.

Мне нужна огромная услуга.

По спине стекла капелька пота.

Возьми себя в руки, Джиа. Это ради мамы. Приди в себя.

Я расправила плечи, вздернула подбородок, ввела код и распахнула дверь.

Из окон квартиры на семь спален на улице Миллиардеров [4] открывался восхитительный вид на Центральный парк. На первом этаже располагались главная кухня, гостиная, три большие спальни и четыре ванные. Тейт купил эту квартиру в прошлом году, убрал современный футуристичный интерьер и настоял, чтобы я оформила ее по своему усмотрению. Обойтись без услуг самой дорогой и престижной компании по дизайну интерьеров было не в его стиле, поэтому в ту пору я сочла, что он попросту хотел загрузить меня лишней работой и усложнить жизнь.

Но это вышло ему боком. Оформление его квартиры стало для меня отдушиной, возможностью снять стресс после суматошного рабочего дня и личных проблем. Я выбрала смелые, текстурные обои и наняла художника для росписи стен. Сама подобрала антиквариат, картины эпохи Ренессанса и готическую мебель. Зеркала в золотых рамах и потолки, как в соборах. Средневековую лепнину и вычурную отделку. Получилось эффектно, броско и мрачно. Это олицетворяло Татума Блэкторна и все, за что он ратовал.

О квартире написали в самых роскошных журналах о дизайне, назвав ее вызывающей, шокирующей и изысканной.

Тейт так и не поблагодарил меня за этот проект.

Чувствуя, как сердце рвется из груди, я поднялась по изогнутой лестнице на второй этаж.

А потом на третий, последний. Это была высочайшая точка в жилой недвижимости Манхэттена. Наверху располагался банкетный зал с панорамными окнами, из которых открывался вид на город с высоты птичьего полета.

Зал был битком набит парами, которые кружили на танцполе. Яркие вечерние платья пастельных цветов шуршали над полом, а официанты обходили гостей с высокими бокалами шампанского и канапе.

Я заметила Кэл и Роу, которые танцевали и всецело воплощали сказку о любви. Рядом с ними были Райленд и Дилан, еще одна парочка моих любимых друзей. Рай закружил Дилан, и та беззаботно рассмеялась, запрокинув голову. Дилан была моей близкой подругой. Если так подумать, пускай Тейт – отродье сатаны, друзья у него – настоящее сокровище, и я чувствовала глубокую связь с каждым из них.

Но сегодня вечером я искала не их. А его.

Мне в руку сунули бокал с розовым шампанским, и я сделала щедрый глоток, смочив пересохшее горло шипучим напитком. Окинула зал взглядом, высматривая его.

И нашла.

Тейт стоял в самом углу. Золотой свет огромной люстры озарял черты его точеного лица, подчеркивая их красоту. Черный костюм-тройка с бархатной оторочкой сидел на нем как вторая кожа, отражая его непревзойденный вкус и самодовольную манеру держаться. С нагрудным платком с узором пейсли и винтажными карманными часами в руке мой босс выглядел как самый страшный грех и сладчайшее спасение.

Тейт расположился рядом с Ферранте – новой, но нежеланной частью его жизни. Я не знала, что свело их вместе. Ферранте – полноправные члены нью-йоркской мафии. Опаснее хот-догов из уличной забегаловки.

Макиавелли – сокращенно Велло – отец семейства и дон, которому на вид было под семьдесят, и два его старших сына, Лука и Ахиллес. Все высокие, темноволосые, одетые с иголочки и безумно пугающие. Они всегда приезжали с такой охраной, какой хватило бы на пятерых действующих президентов.

Я подавила неловкость и поспешила к ним, пробираясь через плотную толпу.

Остановилась перед Тейтом, который разговаривал с тремя мужчинами, и стала ждать, когда он обратит на меня внимание. Он бросил мимолетный, безжалостно холодный взгляд и снова сосредоточил его на Велло Ферранте.

Тейт намеренно игнорировал меня.

– Тейт. – Я выдавила улыбку.

Встала на цыпочки и слегка коснулась его руки, затаив дыхание, будто он ядовитый. Мы никогда не относились друг к другу по-дружески и уж тем более не допускали прикосновений.

Он замер, и его усмешку сменил бесстрастный взгляд.

– Джиа. – Тейт скривил губы, произнося мое имя. – Что привело тебя сюда? Уж точно не приглашение.

Он взял мой метафорический белый флаг и поджег его.

– Я надеялась поговорить с тобой.

– Как и каждая вторая женщина на этом континенте. – Тейт посмотрел на свои карманные часы, а Ферранте повернулись к нам спиной и заговорили на итальянском, чтобы не мешать. – Увы, тебе придется подождать до утра понедельника. У меня есть окошко с девяти тридцати трех до девяти тридцати шести. Как видишь, сейчас у меня прием. – Он указал на переполненный зал.