"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 89

Наконец вмешались полицейские. Они пробрались к Кейше и уложили ее на землю в ожидании «скорой помощи».

Оператор десятого канала среагировал молниеносно и успел запечатлеть момент сразу после того, как в девочку попал камень. На кадрах, которые на следующий день показали главные местные СМИ, было видно, как чопорный директор Лендерман бормочет что-то у двери школы, затем раздаются крики, камера делает резкий поворот, всё не в фокусе, и вдруг одна школьница падает на землю с окровавленным лицом.

30

Камила вошла в редакцию «Оверфлай» без предупреждения. К ней разом повернулись три лица; одно принадлежало женщине, которую она видела накануне. Камила прошла прямиком в кабинет Тима, даже не потрудившись постучать.

От неожиданности Тим чуть не пролил кофе. Увидев Камилу, он вскочил и попятился, как ребенок, который пытается скрыться с места, где нашалил. Камила была слишком взбешена, чтобы оценить комичность такой реакции.

– Камила, вот это сюрприз! – Тим обошел стол, словно для того и вставал. – Садитесь.

Камила села у стола, не сводя с Тима напряженного взгляда. Казалось, доверие, которое установилось между ними за последнее время, тает на глазах.

– Вы виделись с Лендерманом? – спросил Тим.

– Да.

Камила смотрела на него в упор.

– В школе что-то произошло?

– По правде говоря, да.

Тим встревожился не на шутку. Никогда еще Камила не держалась с ним так холодно. Даже в первую встречу.

– Лендерман был абсолютно предсказуем, – продолжала Камила. – Самое интересное произошло потом. Административный директор, Дороти Морган, перехватила меня на парковке. В школе она говорить не захотела, поэтому мы встретились чуть позже, в парке «Морли». Я только что оттуда.

– Я такой не помню. – Тим на мгновение задумался. – Я не раз бывал в школе, но кроме Лендермана общался только с Диной Уитмор. Морган? Честно, не помню.

Камила задержала взгляд на постере за спиной Тима: «ПРАВДА БЕСЦЕННА, ПОЭТОМУ МЫ ЕЕ ДОЗИРУЕМ».

– Между Диланом и Софией есть связь, – сказала она.

Тим поднял брови.

– Помимо того, что она устроила против него митинг?

– Еще раньше.

Тим молча смотрел на нее. Потер подбородок.

– Раньше? – наконец переспросил он.

– Дилан подсунул Софии в шкафчик анонимную записку. А она это выяснила. Через несколько дней у Гаррета крадут телефон и рассылают видео.

Тим нервно замахал руками в воздухе.

– Подождите секунду… Откуда Морган все это знает? И что было в записке?

– София посмотрела школьные камеры, Дороти Морган тоже. – Камила наклонилась вперед и надавила пальцем на стол. – Вот какая связь между Диланом и Софией: у них что-то произошло. Морган не знает, что было в записке. А вы, Тим, знаете?

– Я?! Откуда мне знать?

– После того как София исчезла, – продолжала Камила, – Морган решила пойти к Дилану домой и поговорить с ним. Это было за десять дней до того, как его убили.

Тут Тим заметно напрягся. Поднес ладонь ко рту.

– Ей удалось с ним поговорить? – спросил он.

Камила сделала паузу.

– Дилана не было дома. Его брат сказал, что он может быть на озере Гордон. Дороти поехала туда и увидела Дилана с каким-то мужчиной. Тогда она решила уйти.

Камила вызывающе посмотрела на Тима.

Тот молчал. Левой рукой потер подбородок.

– Это были вы, Тим, – закончила Камила.

Он по-прежнему молчал. Потом закрыл глаза и легонько сжал пальцами переносицу.

Камила не отрываясь смотрела на него.

– Она меня узнала?

– Так вот что вас беспокоит? Ответ – нет.

Тим кивнул. Подошел к окну и уставился на улицу.

– Я собирался рассказать вам, Камила, правда. Таков был план. Я просто не думал, что вы так быстро согласитесь и так плотно возьметесь за расследование.

Он обернулся.

– Никто не знает, что я встречался с Диланом в тот день, – сказал он. – По крайней мере, так я думал до сих пор.

– Даже полиция?

Тим помотал головой.

– Но почему?

– Вы сами только что сказали. Через десять дней его убили на том самом месте. Если бы стало известно о нашей встрече, я автоматически превратился бы в подозреваемого. Потом задержали Кита Хобсона, и признаваться уже не было смысла.

– Но то, что Дилан сказал вам у озера, заставило вас взяться за дело всерьез, так?

– Да.

– Что же он сказал?

31

Дилан сидел на берегу озера Гордон и смотрел в никуда. Тем утром он не рыбачил. И больше никогда не будет.

Тим сделал небольшой крюк, чтобы не напугать его. Когда он был метрах в пяти, Дилан медленно обернулся.

– Меня зовут Тим Доэрти. Я редактор газеты «Хоукмун оверфлай». Мы можем поговорить, Дилан?

– Нет.

Тим уже опускался на землю. Дилан с любопытством взглянул на него, а потом снова уставился в даль, туда, где сквозь туман едва проступали очертания моста Катенари.

– Я расследую исчезновение Софии Холмс. Написал о нем несколько статей в газету.

– И?

– Я бы хотел поговорить с тобой о ней.

– Мне нечего вам сказать. Всего хорошего.

– Если позволишь…

– Черта лысого я вам позволю. Если вы сейчас же отсюда не уберетесь, завтра будете разговаривать с моим отцом.

Тим не сдвинулся с места. Он помолчал несколько секунд и попробовал зайти с другой стороны:

– Мой отец любил рыбачить. Он и мне пытался привить эту любовь, купил мне полное снаряжение и все такое, но ничего не вышло. Меня интересовало другое. Он ездил на реку Дуглас и часами там рыбачил. Иногда я приезжал туда на велосипеде и следил за ним, сам не знаю зачем. Он был хорошим отцом, я им восхищался. Когда мне было лет одиннадцать, его бизнес начал рушиться. Пошли долги, судебные иски – полная катастрофа. Но самое ужасное – никто об этом не знал. Папа ничего не говорил ни маме, ни друзьям. Никому. Мы продолжали жить как обычно, пока однажды пузырь не лопнул и не открылась правда. Была настоящая трагедия, мама не смогла простить такого предательства. Но знаешь что?

Дилан не отвечал. Но, по крайней мере, он слушал.

– Я мог бы догадаться сам, – продолжал Тим. – В последние месяцы, когда я тайком подсматривал за отцом, он больше не рыбачил. Просто сидел на берегу и смотрел на воду.

Дилан нахально взглянул на Тима.

– Прекрасная история.

– Я часто гуляю по холму со своим псом. И не раз видел, как ты тут рыбачишь. Как ты уже понял, у меня всегда вызывали любопытство люди, которые выбирают себе такое хобби. Но последние несколько недель ты не ловишь рыбу, а просто сидишь, совсем как мой отец. И я не хочу повторять одну ошибку дважды.

Дилан устало усмехнулся. Достал сигарету и невозмутимо закурил.

– Как же меня достали взрослые, которые считают, что они все знают, – проговорил он, выпустив дым в сторону.

– Я так не считаю. Но я знаю одно: тебя что-то тревожит и не дает покоя. И еще я знаю, что это связано с Софией.

– Я не собираюсь ничего вам рассказывать.

– Я журналист, Дилан, ты можешь поговорить со мной «не для протокола». Я не имею права ничего публиковать против твоей воли. Но я могу напечатать все, что нужно, и никто не заставит меня раскрыть источник.

Его слова подействовали. Тим не сомневался. Дилан вслушивался в каждое слово – неужели появилась возможность сбросить с себя тяжкий груз?

– Допустим, мне есть что сказать. Почему я должен вам доверять?

– А кому еще? – тут же парировал Тим. – Я живу в этом городе, здесь рядом, и никуда не денусь. Если что-то знаешь, но не хочешь «светиться», поговори с журналистом или с адвокатом. Но адвокатам я доверять не советую.

Дилан снова усмехнулся.

– Мой отец – лучший адвокат во всем чертовом городе. Зачем мне говорить с журналистом?

– Возможно, ты не хочешь, чтобы твоя семья была в курсе, – отвечал Тим. – А если обратишься к любому другому адвокату… сам понимаешь, все дойдет и до твоего отца.