"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 84
Дина Уитмор больше не могла терпеть.
– Это происходит уже не в первый раз, – сказала она, повысив голос.
Дилан вышел из своего транса и с интересом взглянул на нее.
– Что?! – вспыхнул Фрэнк.
– Дина, пожалуйста, – пытался вмешаться Лендерман.
Но Дина не слушала. Пора уже кому-нибудь высказать этому Гаррету всю правду.
– Дилан уже не раз так делал. Он и другие старшеклассники собираются в заброшенном автокинотеатре и снимают себя на видео. Ученики рассказывали мне об этом десятки раз.
– Осторожнее, миссис Уитмор! – сказал Фрэнк. – Вы говорите о частной жизни моего несовершеннолетнего сына, и что он делает вне школы, вас не касается. Вы ходите по краю.
– Я говорю правду, – продолжала Дина. – Они показывают эти видео другим ученикам. Рано или поздно какое-то из них должно было разлететься по всей школе.
– Дина! – воскликнул Лендерман.
Фрэнк Гаррет смотрел на нее как велоцираптор, готовый броситься на жертву.
– У вас есть доказательства, миссис Уитмор?
– Я уже сказала, многие ученики мне об этом говорили.
– Повторяю вопрос, – не унимался Фрэнк. – У вас есть доказательства? Дети много чего болтают. Что-то где-то услышат и повторяют как попугаи.
Лендерман взглядом умолял Дину замолчать.
Фрэнк Гаррет улыбнулся.
– Вот и хорошо, – сказал он. – Я рад, что мы все сходимся во мнении. Пошли, Дилан.
Фрэнк встал, поправил пиджак и молча направился к двери. Дилан – за ним.
Прежде чем выйти, Фрэнк ласково обнял сына за шею.
– Я же говорил, все будет хорошо, – прошептал он ему на ухо. – Горжусь тобой.
Он даже не потрудился закрыть за собой дверь.
Дина была вне себя. Она не верила собственным глазам и ушам.
Лендерман обошел стол и приблизился к ней.
– Иногда остается только уступить, – произнес он.
Дина гневно смотрела на него:
– Зачем вы меня позвали, директор? Вы унизили меня перед этим человеком.
– Я позвал вас, чтобы вы стали свидетелем и поняли, почему я не могу поступить так, как хотел бы. И я вас не унижал, Дина, совсем наоборот. Я не хочу втягивать вас в борьбу, в которой вы можете потерять все.
– Не могу поверить, неужели мы связаны по рукам и ногам? – проговорила Дина, качая головой.
Директор Лендерман печально кивнул.
25
Хорошее интервью – как ограбление банка: ты заходишь, берешь то, что тебе не принадлежит, и удираешь со всех ног.
Чтобы все получилось, надо изучить своего собеседника, как вор изучает схему банка, чтобы разработать безупречный план.
Бывший начальник Камилы говорил: если ты можешь описать самую суть своей жертвы одной фразой, значит, ты готов к ограблению века. Эта разоблачающая правда – как этикетка, которая у каждого из нас где-то спрятана, и настоящий талант хорошего журналиста – умение вовремя ее обнаружить.
Этикетка директора школы, Адама Лендермана, гласила: «Школа Хоукмуна – моя жизнь».
Лендерман был тридцать пять лет женат на Анджеле, имел двоих детей и троих внуков. Пары статей и нескольких интервью на YouTube оказалось достаточно, чтобы Камила почувствовала: она видит этого человека насквозь.
– Простите, что пришла без предупреждения, – снова извинилась Камила, садясь в кресло напротив директорского стола.
Лендерман не спеша обошел огромный стол. Это дало ему несколько секунд, чтобы оценить ситуацию. Он махнул рукой: извинения излишни. Оба понимали, что единственная цель неожиданного визита Камилы – застать директора врасплох.
Лендерман опустился на свой стул. Положил руки на стол и одернул рукава серого пиджака. Спрятав манжеты рубашки, скрестил пальцы, точно проповедник.
– Я думал, вы отошли от дел, миссис Джонс.
– Не верьте всему, что пишут в прессе, – с улыбкой ответила Камила.
Робкий стук в дверь прервал дуэль взглядов.
– Дина, прошу вас, заходите. Миссис Джонс пришла задать несколько вопросов о Софии Холмс.
Лендерман представил Камиле школьного психолога; та с непроницаемым лицом уселась в кресло.
– Вообще-то… – начала Камила, вытаскивая из сумки свою книжечку, – сначала я бы хотела поговорить о Дженис Хобсон.
Директор изменился в лице. Он нахмурился, словно услышал фразу на незнакомом языке.
Камила пояснила очевидное:
– Дженис Хобсон. Дилан Гаррет. Видео, которое ходило по школе…
– Я прекрасно знаю, кто такая Дженис Хобсон. Просто я думал, что вы хотите поговорить о смерти Софии…
Лендерман вспыхнул. Дина Уитмор поднесла руку ко рту.
– Об исчезновении Софии Холмс, – поправился Лендерман.
– Все в порядке, – сказала Камила. – Я знаю, многие думают, что София мертва. Возможно, так и есть. А вот про Дилана Гаррета доподлинно известно, что его убили. Они с Дженис Хобсон вместе снялись на видео, а Дженис – одна из ближайших подруг Софии. Вывод напрашивается сам собой: с видео все и началось, вам так не кажется?
– Впервые слышу что-то подобное. Честно говоря, я не вижу тут связи, и, осмелюсь предположить, полиция тоже не видит. Послушайте, миссис Джонс, школа Хоукмуна активно участвовала в поисках Софии. Мы формировали поисковые группы из родителей и старшеклассников, опрашивали множество друзей и знакомых девочки. Мы не были обязаны этого делать, но решили, что так правильно. Наша школа – это одна большая семья. Поверьте, исчезновение Софии подействовало на меня так же, как если бы пропала моя родная внучка.
Лендерман взглянул на фотографию у себя на столе. Там были они с женой в окружении улыбающихся детей – мальчика и двух девочек.
– Что вы хотите узнать о Дженис Хобсон? – терпеливо спросил он.
– Мистер Лендерман, – впервые вмешалась Дина. – Вам не кажется, что нам стоит пригласить сюда школьного юриста?
При этих словах руки Лендермана нервно заметались по столу, ухватились за край, потом заскользили по гладкой поверхности.
– В этом нет необходимости, – сказала Камила. – Я всего лишь хотела узнать, как отреагировала школа на такую серьезную проблему, как утечка видео с участием двух несовершеннолетних. Никто не расскажет об этом лучше, чем вы.
Дина начала было что-то говорить, но Лендерман жестом ее остановил.
– Школа действовала безукоризненно, – заявил директор.
– Вы были первым, кто говорил с Дженис о видео, не так ли?
Лендерман сокрушенно кивнул:
– Все верно. Дженис сидела прямо там, где сейчас сидите вы. Мы с Диной пригласили ее поговорить, как только она пришла в школу. Видео разослали на выходных, и в понедельник утром со мной связались сразу несколько родителей. До семьи Дженис мы дозвониться не смогли и поэтому решили подождать, пока она придет сама.
– Среди этих родителей была и Кэролайн Холмс, верно?
Лендерман молча кивнул. Еще одна связь между двумя историями.
– Как восприняла это Дженис?
Дина Уитмор терла виски. Интересно, подумала Камила, сколько еще она выдержит, прежде чем снова потребует позвать адвоката. Ждать явно оставалось недолго, и Камила сразу перешла к сути:
– Почему Дилана Гаррета не исключили из школы?
Хотя вопрос был вполне логичным, Лендерман изобразил удивление. Его подвижные руки скользнули к краю и исчезли под столом.
– Дилан Гаррет не имел отношения к рассылке видео. У него украли телефон. Об этом сказано в заявлении, которое он подал за несколько дней до того, как… Гаррет тоже стал жертвой ситуации.
Дина Уитмор опустила плечи и затаила дыхание.
– Директор Лендерман… – начала она.
– Нет, Дина, уж позвольте мне высказать миссис Джонс все как есть. Я не люблю, когда меня подозревают в недобросовестности.
Камила торжествовала. Ей удалось вывести директора за рамки политкорректной беседы.
– То видео было снято по обоюдному согласию двоих несовершеннолетних, – продолжал Лендерман. – Почти четыре месяца спустя кто-то украл телефон и разослал видео по школе.
– Дженис четырнадцать лет. Вы смотрели видео?