"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 186

– По словам твоего отца, ты категорически не желала иметь дело с его компанией. Игра в догадки о причинах внезапного отказа от сделки, безусловно, увлекательна, но я хочу знать правду. Зачем вы приехали?

– У нас есть серьезные сомнения относительно обстоятельств его смерти, – говорю я.

– В каком смысле?

– Нора… – предостерегающе произносит Сэм. Сисси жестом просит его не вмешиваться.

– Объяснись, – настаивает она.

Я твердо встречаю ее взгляд, не обращая внимания на попытки Сэма меня перебить.

– Мы пытаемся выяснить, вдруг в тот вечер он был не один.

Сисси застывает, ее лицо выражает полное недоумение. Постепенно до нее доходит смысл сказанного. В ее глазах мелькает нечто темное – то ли ужас, то ли ярость.

– Вы считаете, его столкнули?

Сэм поднимает руки, словно защищаясь.

– Разумеется нет! И в мыслях не было. – Ну да, конечно.

– При чем здесь его намерение продать «Нун Пропертис»?

– Мы как раз собирались вас об этом спросить.

Сисси погружается в глубокое раздумье, покачивает головой, словно пытаясь уразуметь, как одно связано с другим.

Она явно искренне огорчена. Отчасти потому я и задала этот вопрос – хотела увидеть реакцию Сисси и понять, так ли она удивлена, как и я сама.

– У нас с вашим отцом были сложные отношения, но я всегда испытывала к нему теплые чувства. Очень теплые…

Она умолкает, будто борется с собой, не решаясь продолжить, но затем что-то заставляет ее нарушить молчание.

– Раз уж зашел такой разговор… Ваш отец пытался со мной связаться. Он не оставил сообщения, и я не знаю, что он хотел сказать. Может, это не имеет значения, но он мне звонил. Дважды.

Сэм мгновенно напрягается, садится ровнее.

– Когда именно?

– Вечером, незадолго до смерти.

Сорок восемь лет назад

– Лиам?

Он узнал ее, не оборачиваясь, – по приглушенному голосу, еле пробивавшемуся сквозь шум снегопада и городской суеты. По едва заметному колебанию воздуха, благоговейно расступавшемуся перед ней. Кори старалась казаться равнодушной, но Лиам чувствовал – это больше, чем просто вопрос.

Лиам вернулся домой впервые за два с лишним года. Последний раз он приезжал в Мидвуд только на выпускной Джо, где, конечно же, присутствовала и Кори. Он хорошо помнил тот день: ее очаровательное платье в цветочек, изящную заколку в волосах. Она была воплощением юности и красоты.

Приняв решение проявить благородство, он свернул в противоположную сторону, позволив ей провести этот день без него. Однако глубинный мотив такого поступка крылся в желании уберечь самого себя. Лиам прекрасно осознавал последствия их возможной встречи – именно такой сценарий разворачивался сейчас в злосчастном винном магазине на авеню Джей, где он не смог удержать в себе бурю эмоций.

Кори закуталась в теплый шарф, из-под лыжной шапочки выбивались роскошные локоны. На черном пальто и бумажном пакете с винными бутылками – россыпь снежинок. Казалось, будто с момента их расставания не прошло и секунды. Где же он был все время? Какие дела могли оказаться настолько значимыми, чтобы заставить его пренебречь этим драгоценным моментом?

– Кори, – произнес он.

– Как дела?

– Хорошо.

Неправда. Еще вчера на подобный вопрос Лиам ответил бы однозначно: лучше не бывает. В университете он преуспевал во всем, что подлежало оценке (лекции, практические работы, факультативные занятия), и в том, что не подлежало, – например, в ежедневной утренней пробежке от общежития до библиотеки. Там, в этих стенах, он чувствовал себя по-настоящему счастливым, не мог нарадоваться своему месту и возможности учиться.

Но стоило увидеть Кори, как весь мир словно растворился. Остались только они двое.

– А у тебя?

– По-прежнему, – ответила она с натянутой улыбкой и пожала плечами.

Кори сделала все, чтобы ему было легче от нее отступиться. В первые недели в колледже Лиам звонил, но она не брала трубку. Временами он представлял, как садится на поезд и едет к ней домой, однако так и не решился на этот шаг. Постепенно учеба поглотила его целиком, он перестал предаваться пустым мечтам и в конце концов сумел вычеркнуть Кори из своих мыслей.

– Джо сказал, ты поступила в Бруклинский колледж, – произнес он. – Ну как тебе?

– Нравится.

– А что стало с Уэллсли [17]? Помнится, ты собиралась туда ради какого-то профессора.

– В Бруклинском колледже мне предложили стипендию, я могу ездить на занятия прямо из дома, так что…

Лиам кивнул. Кори пристально взглянула на него:

– Ты разочарован?

– С чего бы?

– Я же тебя знаю. Ты считаешь, я могла бы выбрать что-то более престижное, чем колледж через дорогу.

– Бруклинский колледж – достойное учебное заведение, – возразил он.

– Но совсем не то, о чем ты мечтал для меня, – тихо добавила она.

Лиам отвел взгляд. Все складывалось не так, как он себе представлял. Чего же он желал на самом деле? Признаться честно, ему хотелось взять Кори за руку, будто у него есть на то право. Наклониться к ней ближе, ощутить ее нежное прохладное дыхание. Прижать к себе, укрывая от пронизывающего ветра и падающего снега, словно она действительно нуждается в его защите.

– Зашел за покупками? – неожиданно спросила Кори.

– Что?

Она кивнула в сторону винного магазина.

– Джо сказал, у вас сегодня рождественская вечеринка. Он меня пригласил.

– Не совсем вечеринка. Только родители и пара их друзей…

– Не переживай, я не собираюсь приходить.

– Я и не переживаю.

– По-моему, ты лукавишь.

Кори улыбнулась – своей искренней улыбкой, разбившей ему сердце. Два года, четыре месяца и восемнадцать дней. Неужели время не притупило его чувства?

– Приходи, – неожиданно для себя произнес он. – Я буду рад. Заберемся на крышу, выпьем пунша.

Кори молча кивнула, не удостоив столь убогое приглашение ответом. Два года. Четыре месяца. Восемнадцать дней.

– Рада была повидаться, Лиам. Всего хорошего.

Крепче перехватив пакет с вином, она зашагала по авеню Джей в сторону дома. Он не сказал ей: «И я рад был увидеться», потому что в глубине души хотел произнести совсем иные слова – о том, как невыносимо больно видеть ее сейчас, как тяжело осознавать, что каждый день без нее становится все мучительнее.

Лиам стоял и смотрел ей вслед, жадно ловя взглядом каждый изгиб ее фигуры, каждую прядь волос – все то, что теперь было для него недостижимо. Пусть уходит, пусть… Он резко развернулся и вошел в магазин. Душный воздух, пропитанный запахом ментоловых свечей, вызвал приступ тошноты. Звякнул дверной колокольчик. К черту все…

И тут за спиной раздался ее голос:

– Хотя, знаешь, я готова рассмотреть другое предложение.

Слава богу! Лиам обернулся – Кори стояла у входа.

– Что же у тебя на уме? – поинтересовался он.

Она неопределенно повела плечами.

– Ни к тебе, ни ко мне идти не хочу. Давай лучше найдем какое-нибудь другое место.

Он отошел от двери магазина, и та с тихим стуком захлопнулась. Жаркая духота осталась позади, сменившись прохладой зимнего вечера. Они стояли так близко, что он чувствовал тепло ее кожи, видел каждую черточку ее лица.

Лиам забрал у Кори пакет с бутылками, свободной рукой обнял за талию.

– Отлично, давай пойдем в другое место.

Старый друг лучше новых двух

– Жуткая женщина, – ворчит Сэм.

– Мне она жуткой не показалась.

Он упрямо качает головой:

– Потому и жуткая.

Мы возвращаемся к машине. Темное небо усыпано звездами, главная улица опустела. Сэм слишком взволнован, чтобы рассуждать здраво. Забираю у него ключи. Зачем отцу понадобилось звонить Сисси в тот вечер? Сказать, что передумал насчет сделки? Возможно. Однако лично мне кажется, в таком случае он связался бы с ней по более официальным каналам. Например, через дядю Джо.