"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 180

Мама, в свою очередь, проявляла удивительное понимание и терпение, когда их отношения начали ухудшаться. Ситуация усугубилась, когда он унаследовал компанию после смерти Уолтера Хэйза. Теперь его почти постоянно можно было найти в офисе на Манхэттене, и, следовательно, он все чаще оставался на ночь в квартире в Вест-Виллидж. А позже – у своей новой избранницы Сильвии, работавшей экспертом по путешествиям в популярном утреннем телешоу.

С возрастом мои визиты в дом отца и Сильвии становились все реже. Ей вовсе не хотелось принимать меня в качестве члена семьи – это стало очевидно, когда она купила пентхаус для них с отцом, но даже не подумала оборудовать в нем комнату для меня. Однажды, когда мне пришлось остаться у них на ночь, произошел показательный случай. Отец заметил, что мне нужно собственное пространство, где я могла бы создать уютную атмосферу по своему вкусу. Сильвия заявила: «В гостевой комнате есть роскошное постельное белье от “Фретте”. Если ей этого недостаточно – ничем не могу помочь».

Даже если бы Сильвия проявляла больше дружелюбия, отец все равно предпочел бы держать наши семьи раздельно. Он считал более удобным поддерживать индивидуальные отношения с каждым из нас, чем пытаться преодолеть сложности, связанные с объединением. Ему нравилось приезжать к нам в Кротон в пятницу вечером, чтобы мы могли провести время вместе за семейным ужином – только я, он и мама.

Даже когда я стала старше и все чаще проводила вечера с друзьями, отец продолжал наведываться к нам на ужин. Они с мамой гуляли у реки или ездили в Колд-Спринг, чтобы поужинать вдвоем. А порой просто коротали время на крыльце за душевными разговорами.

Их отношения оставались исключительно дружескими. Вскоре после развода мама быстро нашла утешение в обществе Джулиана, он тоже был музыкантом. Их взаимная симпатия вспыхнула мгновенно, и они буквально растворились друг в друге. Мама любила повторять: «Я встретила твоего отца, чтобы у нас родилась ты. А Джулиана я встретила для себя». Что касается отца – именно он стал инициатором их развода.

Беру в руки фотографию с моего выпуска – мама в центре, мы с папой по бокам. Лица родителей излучают умиротворение и непринужденность. К тому моменту они уже десять лет как разошлись, но если не знать, так и не скажешь.

Меня всегда мучили вопросы: почему отец стремился сохранять добрые отношения с мамой даже после того, как я повзрослела? Почему он создавал новые семьи, но при этом не разрывал старые связи?

На мои попытки разобраться мама лишь пожимала плечами и отвечала с усмешкой: «Дорогая, ты просто не знаешь своего отца».

Пятьдесят один год назад

Лиам открыл дверь своей спальни и замер: на пороге стояла кудрявая девушка в изящном зеленом платье. Он невольно отступил, пораженный красотой незнакомки.

– Привет, – произнесла она.

– Тебе помочь? – выдавил он, пытаясь собраться с мыслями.

– Не знаю, а ты можешь?

Голос девушки звучал мелодично, глаза искрились. Но дело не только во внешности – в ее взгляде читалась такая теплота и близость, словно они были старыми друзьями. Лиам никогда раньше не встречал эту красавицу, но в тот момент у него возникло странное чувство, будто он знает ее целую вечность.

– Я Кори.

– Лиам.

Она протянула руку, он пожал ее. Тут из спальни появился Джо, двоюродный брат Лиама.

– Привет, чувак, – сказал он. – Это Кори.

– Я уже понял.

– Она только что перевелась в Мидвуд.

Лиам кивнул, не спуская глаз с гостьи. Джо тоже недавно перевелся в Мидвуд после некоторых неприятностей в своей школе в Винегар-Хилл. Его отец ушел из семьи, а мать – родная сестра матери Лиама, – решила, что сыну необходима смена обстановки и положительное влияние разумного человека. Вот так Джо и оказался на втором ярусе кровати в комнате Лиама.

Кори продолжала удерживать его ладонь в своей.

– Где ты училась раньше? – поинтересовался Лиам.

– К несчастью, в школе Непорочного Сердца.

– К несчастью, ты училась в школе Непорочного Сердца, или к несчастью, ты теперь томишься в Мидвуде?

– А что не так с Мидвудом? – с любопытством спросила Кори.

– Долго рассказывать. У тебя есть время?

– Вообще-то я собиралась уходить.

Лиам откашлялся.

– Кори – это сокращение? – спросил он. – Звучит как мужское имя.

– Ты первый, кто заметил, – с легкой иронией, но без злости ответила девушка. – Сокращение от Корделии. Полное имя мне не нравится.

– Корделия? Как в «Короле Лире»?

– Точно. Моя мама преподает литературу в Бруклинском колледже.

Ничего себе.

– А чем занимается твой отец?

– В основном пьет.

Девушка одарила Лиама той самой особенной улыбкой. Он изо всех сил старался удержать ее взгляд, опасаясь, что она растворится в воздухе.

Кори высвободила руку, поправила волосы. Какое удивительное ощущение – стоять рядом с ней.

– Я тебя уже видела.

– Где? – удивленно спросил Лиам.

– В библиотеке, после уроков.

Как он мог ее не заметить? Впрочем, ничего удивительного. Школьный психолог сказала про Лиама, что за тридцать лет работы не встречала столь сосредоточенного ученика. Вроде бы комплимент, а вроде и не очень.

Словно прочитав его мысли, Кори доверительно склонилась к нему и сказала:

– Ты был погружен в себя.

– Вовсе нет.

– Не стоит извиняться за сосредоточенность. Джо говорил, ты в следующем году поступаешь в Йель?

Только сейчас они заметили, что Джо куда-то исчез – то ли спустился вниз, то ли вернулся в спальню. В общем, пропал из виду.

– А ты? – поинтересовался Лиам.

– У меня еще два года учебы впереди, так что есть время подумать.

– Ты встречаешься с Джо? – не удержался он от вопроса.

– Может быть. Пока не уверена.

Лиам молча кивнул. Джо красивый – пожалуй, даже слишком. Высокий – шесть футов два дюйма [13], с роскошными кудрями, волевым подбородком и прекрасно развитой мускулатурой. Именно внешность во многом определяла его судьбу и отношение к жизни: Джо считал, что стараться необязательно. Впрочем, Лиам вовсе не урод. Пусть не такой высокий и крепкий, но у него тоже твердый подбородок и красивые добрые глаза. А еще он на пару лет постарше, и в некоторых ситуациях это дает определенное преимущество. Но все же он не мог сравниться с Джо.

– Просто хочу предупредить, – произнес он наконец. – У Джо куча подружек.

– У тебя тоже есть, по крайней мере одна.

Лиам удивленно взглянул на Кори:

– Откуда ты знаешь?

– Она была с тобой в библиотеке. Пыталась тебя отвлечь.

Лиам почувствовал, как кровь прилила к лицу, а щеки вспыхнули румянцем. Его отношения с Кристиной длились уже почти два года. После окончания школы она планировала устроиться на работу в отцовский магазин одежды и постоянно заводила разговоры о свадьбе. Однако Лиам был полон решимости покинуть родной дом, выбраться из захолустного района Бруклина, откуда до Нью-Йорка бесконечно далеко. Любая привязанность к этому месту казалась ему капканом. В памяти всплывали знакомые картины: старый телевизор, который родители не могли починить из-за нехватки денег; тазик, в котором отец отмачивает отмороженное плечо; одноклассники, чей предел мечтаний – растить детей на тех же улицах, где выросли сами. Все это казалось бесконечным циклом: намылить, смыть, повторить.

Подобная перспектива внушала Лиаму отвращение. Школьный психолог назвала его целеустремленным, после того как в первый же месяц учебы в старшей школе он пришел к ней и поделился своими амбициозными планами. Лиам был готов на все ради достижения своей цели – построить совершенно иную жизнь.

– А вы с братом после выпуска продолжите жить вместе? – прозвучал неожиданный вопрос.

– Нет, – решительно ответил он. – Ни в коем случае.

Кори рассмеялась:

– Не хотела наступать на больную мозоль.

– Пустяки. Я просто не намерен ничего отсюда забирать.