"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 134

– Интервью должна вести ты, – заявил Тим Камиле.

Она улыбнулась.

– Я ведь больше не работаю… Поверь, так будет лучше.

Тим смотрел на нее так, словно пытался расшифровать иероглиф.

– В чем дело? – спросила Камила.

– Мне кажется или это и был твой план с самого начала? Ты не собиралась возглавлять расследование.

– Возможно, – отозвалась Камила. Ее глаза говорили куда больше.

Тиму казалось несправедливым, что все лавры достанутся ему. Но он понимал: Камиле лучше оставаться в стороне. После событий в подвале она слишком тесно связана с делом. Даже Тим не знал до конца, что им с Софией пришлось пережить той ночью.

В гараже стояло два кресла для Тима и Софии и осветительные приборы, которые одолжил друг Тима, фотограф. На заднем фоне они повесили белую ткань, чтобы нельзя было понять, где проходит съемка.

Запись началась в десять утра. В гараже были только трое: Камила, Тим и София.

– София, спасибо тебе большое, что согласилась со мной пообщаться, – начал Тим. – Ты пропала на триста сорок дней. Все это время полиция и многие люди считали тебя погибшей. Десять раз собирали поисковые отряды, пытаясь тебя найти… и вот ты здесь. Расскажи нам, что произошло двадцать седьмого мая, когда ты пошла с друзьями в кино и не вернулась.

София начала описывать события того дня. Это было несложно: ничего скрывать и придумывать не пришлось. Она рассказала, как ушла из кино, чтобы встретиться с Диланом Гарретом, но по пути ее перехватили.

– Зачем ты собиралась встретиться с Диланом?

– Он записал мою подругу на видео без ее согласия. Видео разослали по школе, я его посмотрела и заметила, что Дилан прячет рюкзак моей подруги, на котором приколот значок с гербом нашего города. Тогда я подумала: а вдруг видео предназначено для кого-то другого? Конечно, я тогда и представить не могла, что за этим стоит целая преступная сеть, но мне захотелось узнать побольше. Поэтому я и договорилась встретиться с Диланом.

– Ты успела рассказать ему о своих догадках?

– Я намекнула. Он подсунул мне в шкафчик записку и велел прекратить задавать вопросы. Тогда я вызвала его на разговор в школьном спортзале. Он стал защищаться, и я поняла: он что-то скрывает.

Камила была поражена тем, как держится София. Они с Тимом беспокоились, не будет ли девочка выглядеть заносчивой всезнайкой, но ее манера общаться даже мыслей таких не вызывала. При этом не хотелось, чтобы София играла роль жертвы – хотя, безусловно, именно жертвой она и была.

– Итак, – подытожил Тим, – тогда ты просто догадывалась, что за тем видео может стоять кто-то еще. Но раз Дилан согласился с тобой встретиться, логично предположить, что он хотел рассказать тебе правду.

– Я никогда не узнáю, что хотел рассказать мне Дилан. Может быть.

– Если бы он признался, что отец регулярно заставляет его записывать видео и продает их другим людям, – продолжал Тим, – что бы ты сделала?

– Думаю, позаботилась бы о том, чтобы об этом узнали все. Для начала поговорила бы с родителями.

Тим помолчал.

– Но тогда, – рассуждал он, – ты невольно поставила бы под угрозу операцию против сети педофилов, которую ФБР готовило несколько месяцев.

София кивнула.

– Я ничего об этом не знала.

– Конечно нет. Мужчина, который похитил тебя в тот день…

– Он меня не похитил, – перебила София. – Он меня спас.

Разумеется, этот диалог был спланирован. Камила одобрительно кивнула. Она следила за тем, чтобы интервью выглядело естественно. Пока все шло, как и задумано.

– Он тебя спас, так как знал, что, если ты все расскажешь, твоя жизнь окажется под угрозой? Он сам тебе это сказал?

– Да.

– София, ты можешь назвать имя этого человека?

– Агент Карсон.

Тим выдержал паузу.

– Ты знаешь, что агент Карсон погиб во время одного из арестов, верно?

– Да, знаю. Это стало для меня большим ударом.

– Агент Карсон, – продолжал Тим, – говорил тебе, что похитил тебя по приказу ФБР?

– Нет, не говорил. Он скрывал все до последнего. Впервые рассказал мне о сети только через несколько месяцев. Если честно, я думаю, он действовал по собственной инициативе, но я точно не знаю.

– София, теперь, когда стало известно, кто тебя… спас, нас всех волнует вопрос: где он тебя держал и как с тобой обращался?

– Я сидела в подвале какого-то дома, точнее сказать не смогу.

– Почему?

– Агент Карсон привез и увез меня на машине, с завязанными глазами. Он не хотел раскрывать мне точное место.

– Когда ты видела агента в последний раз?

– В день операции. Он высадил меня на окраине города.

В этом месте рассказ Софии расходился с реальностью. Они не собирались обнародовать то, что произошло в подвале той ночью.

– Как тебе жилось в том подвале?

– Очень хорошо, – твердо сказала София. – Агент Карсон прекрасно со мной обращался и делал все, чтобы мне было как можно комфортнее. Я знаю, все это было ради меня, и я всегда буду ему бесконечно благодарна.

Тим выждал, пока девочка справится с эмоциями.

– Твое отсутствие причинило много боли, – продолжал Тим. – В первую очередь твоим близким. Как ты думаешь, поставив во главу угла расследование, не пренебрег ли агент Карсон другими вещами, в частности твоим благополучием?

– Я так не считаю. Моим родным было бы намного больнее, если бы со мной случилась беда, – ответила София. – К тому же на кону стояли вещи поважнее моего благополучия: жизни множества других подростков. Так что, по-моему, агент Карсон поступил совершенно правильно.

– Может быть, ты хочешь что-то сказать нашим зрителям?

– Да. Я очень прошу уважать частную жизнь моей семьи. Я рассказала все как есть. Агент Карсон был достойным человеком, а еще он стал мне другом. Мне очень горько от того, что с ним произошло. Мы все перед ним в долгу.

– Большое тебе спасибо, София.

Камила остановила запись и подняла большие пальцы вверх.

– Умоляю, выключи эти лампы, а то я растаю.

Тим подошел к Софии и положил руку ей на плечо.

– Все хорошо?

Девочка кивнула.

– Когда вы это выложите?

– Сегодня же.

42

Всего за несколько часов интервью посмотрели миллионы человек. О деле говорили буквально на каждом углу, каждый стремился высказать мнение.

Конечно, встречались и те, кто не верил Софии. Некоторые считали, будто девочка замалчивает жуткие вещи, происходившие с ней в подвале; кое-кто даже подозревал, что, воспользовавшись смертью Карсона, она все придумала, лишь бы не рассказывать правду.

Истории подобного масштаба неизбежно вызывают самые разные домыслы. Но подавляющее большинство зрителей и авторитетных журналистов приняли слова Софии на веру. В конце концов, за исключением некоторых деталей, она рассказала чистую правду.

Агент Карсон, погибший от ударной волны гранаты, которую взорвал Конрад Холт, стал героем посмертно. ФБР не делало официальных заявлений, и многие полагали, что Карсон действовал в обход руководства – это еще больше возвышало его в глазах народа. Агент не только руководил ликвидацией одной из мощнейших педофильских сетей в стране, но и позаботился о четырнадцатилетней девочке, которая могла поставить под угрозу расследование – да и собственную жизнь. Вдова Карсона дала интервью, в котором вспоминала погибшего мужа только добрыми словами. О Софии Холмс она ничего не знала, но совершенно не удивлена: ее муж был исключительно великодушным человеком и всегда заботился о других. Еще она рассказала, что после этой операции Карсон собирался уйти в отставку – он больше не мог постоянно иметь дело со злом.

Место, где месяцами находилась София, было окутано мраком неизвестности. Сама девочка никаких наводок дать не могла; Карсон унес эту тайну в могилу. Возможно, рано или поздно дом бы нашли или на него указал бы кто-то из причастных, но пока никто не знал о нем ровным счетом ничего.

Дело привлекло внимание к Тиму Доэрти. Кто этот неизвестный журналист, похожий на Хью Джекмана? В соцсетях женщины беззастенчиво обсуждали его внешность, но еще больше зрители восхищались его работой. Сам Тим не знал, что думать и как реагировать на посыпавшиеся предложения. Сейчас ему хотелось одного: отдавать все силы делу Софии.