"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 109
– Сначала все просто с ума посходили, – продолжал мужчина. – Дело было громкое, национального масштаба. Никто такого не ожидал. Ну, то есть в этой стране каждый день теряются дети…
– Я не потерялась, – резко перебила его София.
Это очевидное замечание как будто сбило мужчину с толку. Он заморгал, потом сделал жест рукой.
– Да, конечно, ты права. Трудно сказать, почему одни дела получают огласку, а другие нет. Наверное, все из-за того, что ты красивая девочка; не слишком справедливо, если задуматься. Правда же?
– Несправедливее, чем сидеть взаперти и давиться сухим рисом? Не думаю.
Мужчина усмехнулся.
– Рис у меня неважнецкий, тут не поспоришь. В общем, все жутко переполошились. Даже слишком, на мой взгляд. Каждую неделю ходили с демонстрациями от твоего дома до школы. Твоя мать всегда участвовала, и друзья тоже.
Когда София услышала про друзей, у нее сжалось сердце. Она не сомневалась, что родители будут искать ее без устали, и знала, что друзья не останутся в стороне, но сейчас вдруг ясно представила, как все четверо напрасно ждут в школе хороших новостей, и это тронуло ее до глубины души.
– Вы про каких друзей?
Мужчина приподнял бровь.
– Ну как, про твоих… Дочка Кэмпбеллов, и еще та девочка с видео, Дженис Хобсон. И два парня. Они вчетвером всегда вместе ходят, правда, за главную у них эта Кэмпбелл.
София улыбнулась. Ей захотелось произнести имя подруги вслух.
– Никки.
– Точно, Никки. Она и с репортерами говорила. Сейчас СМИ уже потеряли интерес, не то что сначала. Полиция считает, ты сбросилась с моста Катенари и тело уже не найти. Ну, знаешь, как это бывает…
– А почему полиция так считает?
Мужчина заерзал на стуле, ему явно стало не по себе.
Он состроил недоуменную гримасу, поджав нижнюю губу.
– Не знаю.
София пристально смотрела на него.
– От моего платья был оторван кусок, – сказала она. – Вы бросили его под мост, чтобы сбить со следа полицию.
Мужчина помолчал. Потом, словно размышляя вслух, произнес:
– Надо бы с тобой поаккуратнее. Уж больно ты умная.
– Эту цепь я вряд ли разорву своими нейронами, так что вы в безопасности.
Он снова усмехнулся.
– Ты хотела знать, что происходит снаружи, я все рассказал.
– Мои родители тоже в это верят? – спросила София. – Про мост.
– Я не знаю.
– Черт возьми, да просто скажите.
– Твоя мама не верит. Но какая мать такое примет?
– У вас есть дети?
Молчание.
София пожала плечами.
– Видимо, есть, иначе откуда вам знать, что могут принять родители, а что нет.
Мужчина взглянул на часы и встал.
– Время вышло.
София расхохоталась.
– Ничего смешнее в жизни не слышала.
Мужчина подошел к лестнице и начал медленно подниматься, словно размышляя о случившемся. София следила за ним взглядом. Она хотела разузнать об этом человеке как можно больше, и этот разговор стал отличным началом.
5
Шло время, и они сближались. Мужчина спускался посидеть с Софией три-четыре раза в неделю – всегда на час. С собой он приносил полный рюкзак вещей, и София всегда с нетерпением ждала новой распаковки. Обычно там были книги, одежда, туалетные принадлежности и прочее. Однажды она вытащила старый mp3-плеер с кучей песен и чуть не расплакалась от счастья.
Иногда они играли партию в шахматы, но сначала всегда беседовали – как правило, о книгах, которые приносил мужчина и которые София поглощала с немыслимой скоростью. В основном то были старые романы – он брал их из собственной библиотеки, в чем однажды признался. Ни одного София раньше не читала. Мужчина обладал хорошим вкусом и, похоже, тщательно выбирал, что ей принести. Однако предупредил: если София продолжит читать в таком темпе, хорошие книги скоро закончатся.
С тех пор как начались эти визиты, жизнь в подвале полностью изменилась. Теперь у Софии было множество вещей и занятий, которые скрашивали ей заточение. Она много читала, писала песни в тетради, училась играть в шахматы, принимала ванны с солью, делала зарядку; иногда к концу дня она так уставала, что буквально падала на матрас и тут же проваливалась в сон.
А потом из соседнего помещения начали доноситься звуки. София уже успела забыть о существовании другой комнаты и давно не подходила к двери, пытаясь заглянуть в замочную скважину. Сначала звуки были негромкие – то кто-то прошагает по деревянному полу, то протащат какой-то предмет. Потом стало ясно: за стеной идет ремонт; временами доносился стук молотка и жужжание каких-то моторчиков. София колотила в дверь и громко кричала, но ей ни разу никто не ответил.
Когда она спросила у мужчины, что происходит в соседнем помещении, тот ответил уклончиво, мол, узнаешь в свое время.
Ее похититель отказывался отвечать на многие вопросы. Стоило Софии затронуть определенные темы, как он начинал нервничать и переводил разговор на другое. Так было, когда София спросила о соседнем помещении, а также при любом упоминании о личной жизни мужчины. София не знала даже, как его зовут.
Еще одной запретной темой было само похищение. София часто пыталась о нем разузнать, в основном за шахматами, но так и не смогла ничего выяснить. Однажды вечером, во время особенно напряженной партии, София упомянула кое-что вскользь, надеясь застать мужчину врасплох.
И ей удалось.
– Вы знали, что в тот день я собиралась встретиться с Диланом Гарретом, да?
Не отрывая глаз от доски, мужчина едва заметно кивнул.
И тут же замер.
– Ты же знаешь, я не люблю говорить о том дне.
– В тот день я получила разряд электрошокера, – отчеканила София. – Думаю, у меня есть право знать.
Мужчина выдвинул центральную пешку вперед.
– Иначе было никак.
– Ответьте на вопрос. Вы знали, что я собиралась встретиться с Диланом?
– Нет.
София пристально смотрела на него.
– Не верю.
– Твой ход.
София, почти не глядя, передвинула ладью на другой край доски.
– Если не знали тогда, то наверняка узнали потом, когда Дилан рассказал об этом публично.
– Хочешь знать, что рассказал этот придурок? – Мужчина вышел из себя. – Ничего. И я прекрасно понимаю, чего ты добиваешься, так что давай закончим разговор.
– Рано или поздно он это сделает. Дилан признается, что собирался со мной встретиться. И тогда никто уже не поверит в историю с мостом.
Мужчина хмыкнул.
– Вот видишь? Не надо было тебе рассказывать, что говорят снаружи.
– Почему?
– Потому что это ничего не изменит!
Он резко вскочил и смахнул доску со стола. Фигуры, ударившись об стену, разлетелись в разные стороны.
– Я почти выиграла, – заметила София.
Мужчина молча поднимался по лестнице. Дойдя до верхней площадки, он обернулся. На его лице застыла глубокая печаль.
– Гаррет ничего не расскажет, потому что он мертв.
6
Если Дилан мертв, думала София, то правда может не вскрыться никогда.
Неужели?..
София уже немного изучила мужчину и знала, что добиться от него правды можно только одним способом – вывести его из себя. Поэтому она и провоцировала его время от времени и понемногу узнавала о том, что происходит снаружи.
Стало быть, вполне возможно, так и есть.
В голове у Софии крутились тысячи вопросов, но она знала: ответов не предвидится. Ее единственный источник информации – вспыльчивый человек, который теряет терпение легко, как ребенок. Следующие несколько дней они почти не общались. Мужчина только приносил ей еду и снимал ненадолго цепь, чтобы она приняла душ и переоделась. Вечером забирал мусор и оставлял кое-какие продукты. София пыталась завести беседу, просила что-то из вещей – туалетную бумагу или какой-нибудь перекус, – но так и не смогла его разговорить. Их вечерние встречи на час и шахматные партии прекратились.
Когда София рассказала мужчине, что изучила вариант Найдорфа в сицилианской защите, ей показалось, будто на его лице промелькнула улыбка, но даже тогда он не смягчился. София понимала, что придется подождать: теряя самообладание, мужчина говорил лишнее, но когда контролировал себя, то и слова не произносил, не подумав дважды.