Наследник (СИ), стр. 5

— Или скорее каменистая пустыня, — пробормотал я, разглядывая высушенную почву. С высоты орбиты, откуда делался снимок, напоминавшую выжженную плешь.

Выглядело не очень привлекательно с эстетической точки зрения, но такова плата за использование земли в качестве площадки для выращивания джавы. Прежде чем созреть, растение иссушало почву до основания, вытягивая все жизненные соки, до которых смогло дотянуться, превращая в пейзаж, где совсем недавно колосились живые растения в мертвые пустоши. Период обратно восстановления занимал годы, а иногда и десятилетия. Сбор урожая происходил одномоментно и требовал строгого ухода, чтобы ни один колосок не был потерян. Ведь для создания чистого концентрата требовалось много изначального сырья.

Часто эффект распространялся на всю биосферу планеты, поэтому для засева как правило находили отдаленные миры, где еще толком не появилась жизнь. И, разумеется, где не жили люди. По крайней мере в больших количествах.

— А если даже и жили, то их протесты мало кого волновали, когда прилетали корабли Великих Домов, чтобы засеять новый урожай на подходящей площадке, обнаруженной поисковыми зондами, — тихо пробормотал я.

В этом случае иногда удавалось договориться, аборигены получали компенсацию, но чаще всем на местных было плевать, слишком ценным продуктом являлась эссенция.

Некоторые Великие Дома имели во владении отдельные миры, игравшие роль ферм, где превращенные в сплошные поля континенты засевались джавой по очереди, чтобы дать соседним материкам отдохнуть для восстановления. На первый взгляд такой подход выглядел прагматичным и оправданным, но с экономической точки зрения оставался невыгоден, потому что слишком долго приходилось ждать, чтобы провести новый сев даже с учетом очередности.

Поэтому искались новые планеты. Но и при таком подходе имелись свои недостатки. Чем отдаленнее мир, тем трудней привезти туда необходимое оборудование. Плюс обслуживающий персонал, плюс охрана для защиты полей, плюс заводы переработки, без которых вся затея теряла смысл, так как изначальное сырье требовалось сразу превратить в концентрат. В общем, сложностей хватало.

Великие Дома, как саранча приходили в миры других звездных систем, пожирали все до чего смогли дотянуться, превращая континенты в бесплодные земли и уходили дальше, в поисках новых мест ради продления собственного существования.

Ведь в конечном итоге результат стоил затраченных усилий. Даже побочные продукты производства уходили на рынке за бешенные деньги, не говоря уже о чистой эссенции джавы. Обычно все запасы уходили в хранилища Великих Домов, но иногда часть все же прорывалась в свободное обращение. Полностью избежать попадания эссенции в продажу не удавалось, как бы отдельные представители Великих Домов не хотели. Но есть спрос, а значит будет и предложение.

Проблема всегда была в количестве и качестве. Пользоваться джавой, как наркотиком или стимулятором, ускоряющим мозговые нейроны, это одно дело, запустить полноценный процесс преображения, да еще поддерживать его на протяжении нескольких поколений — совсем иное. Тут одной покупкой не обойтись.

Разумеется, ходили невнятные слухи о неких счастливчиках, сумевших передать следующему потомству результат долговременного применения эссенции и закрепить его, создав новую генетическую линию крови. Но здравомыслящие люди в это не верили. Слишком сложен процесс, слишком дорог, о таком обязательно бы рано или поздно узнали.

А Великие Дома не терпели конкурентов. Мы даже подобных себе едва переносили, хотя знали друг друга уже тысячи лет. И пользовались любым удобным случаем, чтобы напакостить соседу, подсылая лазутчиков и убийц. Что уж говорить о случайных выскочках, по меркам Великих Домов едва появившихся на свет.

Последняя мысль вызвала на губах слабую улыбку. Да, мы умели подгадить ближнему и знали толк в интригах, порой ожидая годами подходящего момента для удара. Иногда удавалось, иногда нет. Иногда это был кто-то извне, иногда кто-то внутри, желая изменить положение вещей и взобраться на вершину.

Перед глазами мелькнуло старое воспоминание.

… мертвые тела и кровь на мраморном полу, крики в отдалении, сухой запах озона вперемешку с запахом сырого железа и вспышки выстрелов излучателей…

Я тряхнул головой, прогоняя видение. Хватит думать о прошлом, надо сосредоточиться на сегодняшнем дне. Завтра меня вызовут на совет, где объявят решение о назначении в качестве главы делегации на Кавела IV. Отправят послом, в роли официального представителя Дома.

У любого стороннего наблюдателя подобное решение вызвало бы недоумение, потому что на такие миссии посылали более подготовленные кадры, хорошо разбирающиеся в торговле и дипломатии. К тому же, и это, пожалуй, главное, сама причина выглядела наигранной. В такую поездку, напоминающую заурядную инспекцию для уточнения деловых вопросов, обычно ездили специалисты, хорошие, но из числа рядовых сотрудников отдела внешних сношений. Присутствие кого-то из членов Великого Дома для подобной поездке банально не требовалось. А тут целый наследник. Не сходится.

— Да, не сходится, — медленно вслух повторил я.

Однако и отказаться нельзя, иначе это используют против меня, как обвинение в неспособности исполнять обязанности наследника Великого Дома.

Разумеется, сразу лишить статуса после этого не получится, потребуется кое-что больше, чем нежелание ехать на другую планету. Но определенный эффект будет достигнут, возникнут сомнения, их будут тщательно взращивать пока наконец не используют против меня.

— Ехать нельзя, но и не ехать не получится. Классическая ловушка в ловушке, — я криво усмехнулся, подумав, что кто бы это не затеял, он знал толк в интригах.

Я подошел к столу и выключил голо-проектор, подумал и вставил новый инфо-блок, найденный на полке у стены. Там располагалась коллекция, содержащая самые разнообразные сведения, как в обычном виде, так и в формате карт памяти для мнемо-дисков.

Голо-проектор засветился вновь. Экран чуть дернулся, подстраиваясь под изменившиеся размеры. Я уселся в кресло, забросив ноги на стол, так и оставшись лишь в одном повязанном вокруг бедер полотенце.

Начался фильм. Первым появилось изображение стеклянных колб, размером чуть больше сжатого кулака обычного человека, внутри плавали небольшие зародыши. План укрупнился, показались лабораторные столы. Странные сложные конструкции, змеящиеся трубки, уходящие к точкам энергопитания провода.

Безжизненный механический голос за кадром принялся объяснять процесс репродукции новых особей по готовых лекалам, хранящимся в генетических банках данных.

Как и любой представитель аристо я досконально знал процесс производства норнов, как и все дети Великих Домов. Изучил через мнемо-диски в числе другой важной информации, имеющей ограниченный доступ среди широких масс обычного населения.

Но сейчас меня интересовал определенный мир — Кавела IV. Ложиться в ментальный транс чтобы узнать общие сведения казалось чрезмерным, можно и через обычный фильм.

Равнодушный искусственный голос за кадром продолжал сопровождал показ, рассказывая об измененной биохимии организма выращиваемых клонов. Колбы исчезли, вместо них появились прозрачные емкости больших размеров — агрегаты, обеспечивающие внематочное развитие и взросление эмбрионов до нужных кондиций.

Когда фокус сместился, стало понятно насколько огромно помещение, края терялись в невообразимой дали и все свободное пространство было заполнено механическими матками — длинные шеренги, уходящие в глубину огромных залов.

Голос продолжал бубнить. Картинка вызывала внутри скрытое беспокойство. И это у меня, уже видевшего подобные записи ранее. Что уж говорить об обычных людях, они бы это просто не выдержали, испытав одновременно шок и отвращение от показанного на экране.

Тем временем выращенные особи проходили этапы рождения и появлялись на свет. Сначала совсем крохотные, потом постепенно достигающих нужных размеров, взрослея и развиваясь. Именно тогда начинался процесс обучения и психокоррекции.