Право главного калибра (СИ), стр. 12

— Выводили, конечно. Он нормально летает и работает, — коротко ответила Юна, сжимая пальцами поручень.

— То, что он летает, мы и так видим, а вот в настоящем бою он что умеет? — заметила Селина.

Юна с досадой достала планшет и открыла присланный братом ролик, где «Буря-0» уже в десятый раз за утро по кругу плавно выходила из ворот дока. Сердито закрыв окно, она спрятала прибор обратно в карман. Нашёл ведь время склеить картинку снаружи, а про скорость и оружие не написал родной сестре ни единого слова! На соседнем экране красовался «Белый орёл», и заводской брони на крейсере Мендора было куда больше, чем заплаток на бортах у Корвина. Стоявшая с другой стороны Мия с интересом раздвинула картинку двумя пальцами, увеличивая нос «Бури-0».

— Слушай, а что это у вас там спрятано под глухими броневыми створками? — с горящими глазами спросила она.

— Пушка от старого «Крокодила». Тысяча сто миллиметров, — нехотя буркнула Юна.

— И это на таком маленьком корпусе?! — ахнула подруга.

— Вот и я о том же думаю. В закрытом доке оно, конечно, работало, а как поведёт себя здесь...

Мия тихо присвистнула. От экрана она уже не отрывалась — всё крутила носовой отсек под разными углами и прикидывала размеры казённика, а Селина молча подвинулась на полшага, уступив Юне место прямо у стекла, и ободряюще тронула её за локоть.

Чуть дальше, в креслах для гостей, устроилась компания друзей Мендора, вместе с которыми пришла и Лилея Вьен. Ей досталось место с прямым видом на середину полигона. Не глядя по сторонам, она аккуратно положила сумочку на соседнее пустое сиденье.

***

На мостике «Белого орла» старпом Гаррет заканчивал проверку перед боем. За плечами у наёмного офицера были десятки стычек на границе, так что он спокойно сверял края полигона и заряд батарей. Их крейсер нёс в носу спаренную лазерную установку, которой после залпа требовалось три минуты на остывание. Рисковать хозяйской игрушкой Гаррет не собирался: запас хода позволял вообще не подпускать самоделку барона близко и не спеша распилить её лазерами с дальней дистанции.

— Начинаем сразу с главного калибра. Я хочу, чтобы этот старьёвщик с первой же секунды понял, на кого разинул рот, — потребовал Мендор, постукивая перстнем по спинке кресла.

— Сначала мы разорвём угол и выведем его на удобную дистанцию, господин Хайн, — ровно ответил Гаррет, не отрываясь от карты.

— И долго мне ещё любоваться на это ржавое корыто? — поморщился наследник виконта.

— Ровно столько, сколько потребуется, чтобы чисто поймать его в борт.

Не дожидаясь новых капризов нанимателя, старпом раздал команды рулевым и проверил готовность малых пушек. Экипаж отвечал коротко и без суеты. Мендор недовольно фыркнул, обошёл своё кресло и встал перед экраном внешней камеры. Впрочем, стоило ему ещё раз посмотреть на кривые листы чужой обшивки, как раздражение сменилось довольной ухмылкой.

— Скажи там своим операторам, чтобы записывали момент попадания в самом лучшем качестве. Хочу видеть крупным планом, как у него развалится рубка, — бросил он через плечо.

— У нас и так пишется весь бой от начала до конца, — дежурно ответил Гаррет и снова уткнулся в приборы.

***

На «Буре-0» Корвин стоял у своего кресла, просматривая сводку по отсекам, а в полушаге от него ждала Рагна. Когда они разбирали в доке старые записи чужих боёв, её решения всегда казались простыми и верными. Но одно дело чертить линии на планшете, и совсем другое — вести в бой живых людей, которых он всего несколько дней назад вытащил из тюремных клеток.

Он повернулся к тигрице, передал ей управление боем и сел в кресло. За собой оставил только связь с судьями да право в любой момент остановить поединок.

— Если в бою вылезет хоть что-нибудь, чего не было на наших прогонах, сразу говори мне, — негромко предупредил он.

— Принято, но если ты сам заметишь перекос по реактору, тоже не молчи, — кивнула Рагна.

Корвин открыл возле правой руки схему силовой установки, а левый экран оставил под общую карту боя. Когда Рагна встала к стойке управления, на его мониторе ровно светились знакомые до последнего шва датчики.

Судьи ещё настраивали общую линию связи. Корвин спросил у помощницы, сколько времени ей понадобится на этот крейсер, и та коротко ответила: десяти минут с момента захвата цели хватит с головой. Но сама после таких слов уже в третий раз заставила артиллеристок подтвердить давление в откатнике, так что он с улыбкой поддел её:

— Слушай, ну раз там работы всего на десять минут, зачем же ты снова гоняешь девчонок по всему списку?

— Да затем, капитан, что у нас будет всего одна верная попытка, и эта дура просто обязана выстрелить с первого раза, — Рагна даже бровью не повела и только качнула подбородком в сторону носовой шахты.

Тут из динамиков раздался голос главного судьи. Офицер в последний раз зачитал условия поединка: стрельба ведётся до сдачи одной из сторон или до остановки боя судьями из-за угрозы жизни людей, а проигравший курсант обязан покинуть академию.

— Сторона Айре условия принимает, — сказал в микрофон Корвин.

Следом в связь ворвался громкий и довольный голос Мендора. Правила он подтвердил и тут же полез добавлять какую-то колкость лично для Корвина, но судья сразу отрубил его микрофон, потребовав отвечать по уставу. Рагна на эту выходку даже головы не повернула. По её знаку вахтенные защёлкнули шлемы скафандров, а насосы с глухим гулом откачали воздух из внешних коридоров и орудийной шахты в ресиверы — теперь при пробое обшивки корпусу не грозила взрывная декомпрессия. Дослушав рапорт из задраенной кормы, тигрица доложила о полной готовности.

Корвин проверил зелёные метки гермопереборок на схеме и отправил судьям подтверждение. Прямо перед глазами на всех экранах полигона загорелся красный значок начала дуэли.

Корпус «Бури-0» мягко вздрогнул, выходя на скромный малый ход. Реактор внизу гудел ровно, а в носовой шахте ждала своего часа заряженная пушка, однако Рагна пока не спешила ни давать полный форсаж, ни открывать створки.

— Торопиться не будем. Пускай он сам выберет себе самую удобную позицию для стрельбы, — тихо бросила она, глядя на карту. На другом краю квадрата «Белый орёл» вспыхнул соплами и быстро пошёл на разгон, сокращая расстояние между кораблями.

***

На мостике крейсера старпом Гаррет внимательно следил по приборам за противником. Посудина барона Айре шла вполсилы, и по всем признакам этот неторопливый разгон был пределом для латаного корпуса. Впрочем, наёмник не стал верить первому замеру на слово и выждал ещё четыре засечки локатора: самоделка продолжала ползти вперёд с прежним ускорением.

На большой дистанции носовой лазер их крейсера бил куда точнее и дальше любого старого орудия. Лезть в ближний бой и проверять на своей шкуре, какую пушку курсант спрятал за створками, не имело никакого смысла.

— Уходим на пятнадцать градусов влево и на три километра ниже его плоскости, держим предельную дистанцию лазеров, — скомандовал Гаррет рулевым.

— А почему это мы не идём на него прямо? — недовольно нахмурился Мендор, подходя к столу.

Вместо споров старпом показал пальцем на чистый сектор карты позади их корабля. Там не было ни обломков старых мишеней, ни судейских маяков: отстрелявшись лазером, крейсер мог без помех уйти туда пологой спиралью вне досягаемости ответного огня. «Белый орёл» закончил разворот и лёг на боевой курс.

***

На мостике «Бури-0» Корвин молча наблюдал, как Рагна буквально за руку подводит чужой крейсер к нужному месту. Она продолжала вести корабль ровно и не спеша, вот только старшая рулевая уже полминуты держала пальцы над кнопкой заранее подготовленного рывка под плоскость.

— Как дела в машинном? — вполголоса спросил Корвин.

Из динамика отозвалась старшая мотористка: все трубы прогреты, реактор выдаст полную мощность по первому слову. Рагна не сводила прищуренных глаз с датчиков противника. Через пару секунд приборы наконец поймали резкий скачок энергии в носу крейсера — его лазеры пошли на последнюю накачку перед выстрелом.