Право главного калибра (СИ), стр. 10
Корвин молча стоял у открытых дверей, не мешая людям обживать новое место. Кира даже ответа дожидаться не стала — ловко поддела шильдик кончиком отвёртки и прижала к стенке. Следом махнула рукой двум подругам — той самой плечистой медведице-артиллеристке и жилистой рулевой из рода куниц со шрамом над бровью.
— Нора, Грейс, тащите вещи сюда! — крикнула Кира, хлопая ладонью по нижней койке. — Тут и вытяжка не свистит над ухом, и до трапа в рубку тридцать шагов по прямой. Когда барон построит нам обещанную эскадру и выдаст мне отдельный борт, будете вспоминать, как я вас с первого дня на лучшие места устраивала!
— Ты сперва на этом борту хоть одну вахту отстой, командирша, — сухо отозвалась Нора, закидывая мешок на верхнюю полку. — Помню я твои лучшие места. Под Седьмым маяком тоже позвала в тёплый каземат у реактора, а потом мы с Грейс полночи ворочали за тебя снарядные ящики, пока ты у каптёрщика банку сливок выпрашивала.
— Между прочим, те сливки с пайковым шоколадом мы слопали втроём, а ворчала ты громче всех! — ничуть не смутилась Кира, усаживаясь на край рундука. — Да и куда ты от меня денешься, Нора? Спорим на первое увольнение: как только у меня появится свой мостик, сама первой придёшь старшим рулевым и ни одну чужую дуру к рычагам не подпустишь!
— Ещё чего не хватало — пускать к твоему пульту кого попало, — фыркнула Нора, но уголок её рта дёрнулся. — С твоей манерой срезать углы у тормозных колец ты в первом же коридоре соберёшь носом все маяки. Ладно, забито: доживём до твоего вымпела — правое кресло у рулей моё. Только чур без твоих дурацких построений по утрам.
Грейс тем временем стояла в проходе и озадаченно вертела в широких ладонях казённый планшет.
— Слышь, Кира, а тут что, совсем нет внешней гражданской волны? — басовито и с неподдельным огорчением спросила она, ткнув когтем в пустое меню. — Одни таблицы стрельбы да караульный устав.
Нора свесилась с верхней койки и с самым серьёзным лицом посмотрела на подругу:
— Только не говори мне, Грейс, что ты посреди военного дока снова ищешь свои сопливые столичные сериалы.
— Никакие они не сопливые! — набычилась Грейс, сердито прижав круглые уши. — В «Сердце под мундиром» настоящая флотская драма! Нас осенью заперли на пересылке ровно перед последней серией: лейтенант Росс должен был либо объясниться с леди Аделиной на балу, либо стреляться с её женихом из гвардии. Я два месяца на баланде гадала — убили его у маяка или они тайком обвенчались на фрегате!
Кира звонко расхохоталась, хлопнув себя по коленям, а Нора со стоном уронила лицо в ладони:
— Мать честная, старший канонир главного калибра... Дай ей пушку в тысячу сто миллиметров — полсектора разнесёт и глазом не моргнёт, а по вечерам ревёт над тем, в каком кружевном шарфике столичный хлыщ полез целоваться под балконом! Да на том его бутафорском фрегате даже маневровые дюзы прилепили задом наперёд!
— На дюзы там смотреть необязательно, там про верность и благородство! — упрямо отрезала Грейс, пряча планшет под подушку. — Выйдем после боя в вольный порт — первым делом найду салон проката и досмотрю всё до конца. А кто станет хихикать под руку, на следующей погрузке будет ворочать зарядные лотки за меня!
За соседними столами девушки с улыбками прислушивались к их перебранке, и лагерная настороженность мало-помалу отступала. Грейс закинула мешок на полку, подошла к Рагне и тихо спросила, правда ли новый капитан станет выкупать остальных девчонок их разбитой эскадры.
— Как только заработаем первые деньги, начнём искать. Вспоминайте пока, кого и куда увезли, потом сдадите мне списки, — ответила Рагна. Кира с Норой уже открыли заметки на планшете и вполголоса сверяли номера тюремных транспортов, куда попали комдив Хельга и ремонтная рота.
Тут из дальнего угла подала голос худенькая связистка со шрамом через бровь: а что будет со всей их сотней, если самодельный корабль проиграет дуэль через неделю? Разговоры вокруг столов стихли. Женщины с тревогой посмотрели на стоявшего у входа барона.
— Не проиграем, — ровно ответил Корвин. — А если вдруг — все долги и неустойки на мне, вас в клетку никто не вернёт.
— А чтобы этого «вдруг» не случилось, мы с вами до последнего винтика разберёмся, как устроена эта машина, — спокойно и твёрдо добавила Рагна. — И отработаем каждое движение на вахте так, чтобы любой номер мог без заминки подменить соседа.
Она не стала ждать, пока пустые страхи разрастутся, и по памяти начала называть назначения по отсекам: Грейс забирала носовой расчёт главного калибра, Нора садилась за правый пульт рулей, а Кира принимала кормовую вахту и перегрузку батарей. Когда одной из девушек досталось знакомое место старшей на разводке питания, та забыла про тревогу и деловито уточнила с места, какого поколения тут стоит автоматика. Рагна велела ей после ужина подняться в рубку и сбросить себе на планшет схемы разводки. Худенькая связистка тоже подалась поближе и получила место у передатчика, а Корвин кивнул первой помощнице и вернулся наверх настраивать допуски к пультам.
Через час первая смена получила вахтенные куртки и поднялась по трапам к боевым постам. Едва фронтовички расселись по местам, работа пошла без лишней суеты — команды Рагны здесь понимали с полуслова.
Возвращаясь по коридору к открытым дверям рубки, Корвин услышал спор двух вахтенных о незнакомом переключателе на панели продувки. Стоявшая рядом с ними Рагна молча ткнула когтем в экран и велела обеим открыть схему третьего контура. Через минуту оттуда уже неслись чёткие доклады: девушки вдвоём проверяли запасную цепь. Корвин даже притормозил у порога. Впервые за три недели глухой тишины на палубах его корабля звучали живые голоса.
***
Перед самым выходом из дока Корвин прошёлся по мостику и оглядел посты. Пол и пульты уже отмыли до блеска, хотя на обшивке кресел ещё виднелись потёртости от прежних хозяев. У его новых вахтенных следы прошлого были куда свежее: стоило рулевым положить руки на панели, как из-под рукавов показались красные ссадины от недавно снятых ошейников.
Рагна подошла к его креслу и коротко доложила о готовности отсеков. В чистой, подогнанной по фигуре куртке она казалась ещё выше и опаснее, чем там внизу у клетки: белые волосы туго убраны назад, шрамы на шее и скуле открыты, жёлтые глаза смотрят прямо.
Корвин задержал на ней взгляд, невольно любуясь этой выправкой, затем кивнул и отправил запрос диспетчеру порта. На экране связи зажглось разрешение выводить «Бурю-0» в учебный квадрат полигона.
— Всем по местам. Убрать захваты, маневровыми — малый вперёд, — ровно скомандовала Рагна.
По корпусу прошёл глухой удар. Захваты разомкнулись и ушли в стены, а старый бокс медленно пополз назад, оставаясь за кормой.
Корвин смотрел через бронестекло на знакомые фермы доков, которые ещё недавно разглядывал только из окна учебной аудитории. Теперь перед ним светился собственный пульт. Под ногами мерно гудел корабль, собранный своими руками из списанного лома, и в груди поднялась такая горячая волна радости, что пришлось вцепиться пальцами в подлокотники кресла, иначе он бы точно не усидел на месте.
Первые полчаса они кружили на малом ходу, проверяя векторные решётки и маневровые сопла. На третьем развороте молодая рулевая с левого борта немного занервничала и поторопилась с докладом, выпалив готовность раньше времени.
— Отставить. Повтори команду и назови мне точный угол, — даже не повышая голоса, остановила её Рагна и встала прямо за спинкой кресла. Рулевая сперва вжала голову в плечи, но потом опустила глаза на приборы, перевела дух и правильно назвала положение корабля.
— Вот так и работай дальше в своём темпе. Мне нужен точный ответ после проверки, а не быстрый доклад наугад. Выполнять, — сказала тигрица, убирая руку с кресла.
На следующем повороте рапорт с левого борта пришёл на две секунды позже обычного, зато без единой ошибки. Сидевшая рядом девушка за пультом питания наконец перестала коситься на чужие руки, выпрямила спину и целиком ушла в свои приборы.