Недобитые. Том 1 (СИ), стр. 70

Шум донёсся с верхней дороги. В железо дважды ударили чем-то тяжёлым, потом крикнули. Сорн не различил слов, зато понял, что оставленный пост обнаружен. Ренар уже стоял у выхода из водосброса и показывал направление вдоль старой кладки.

— Пойдём по низу, за стеной. Верхний подъезд уже проверяют. Нам нужен боковой подход к механизму ворот, иначе сюда придётся возвращаться прямо под копья.

— Водосток заканчивается под грядой, — напомнила Ильва, указывая на край каменоломни. — Дальше есть узкая тропа, её я видела на карте Эйды. Если решётка на месте, Ренар хотя бы посмотрит запор.

— А за решёткой? — Эрдан подошёл к ним, не глядя прямо на Сорна.

— За решёткой старый двор. Если его ворота устроены по рохтскому образцу, снизу будут противовесы. Ильва знает, где держат пленников. Ренар займётся запорами. Эрдану придётся разобраться с цепью, чтобы ворота не закрылись перед нами.

— Без щита и с чужим мечом? — Эрдан проверил, не задевают ли ножны обвалившийся камень. — Сколько там стражников?

— Не знаем. Поэтому и не полезем через главный подъезд. Если увидим, что пройти нельзя, придётся искать другое место, даже если потеряем время.

Сорн попытался поправить съехавший край повязки. Пальцы правой руки едва слушались; Эрдан молча помог закрепить узел и отпустил его руку. — Я буду держать ворота, если найдём способ открыть. Но ты больше не решай за нас, какую правду можно оставить при себе. Особенно когда из-за неё уже кто-нибудь умер. — Эрдан выпрямился, не сводя с него глаз.

— Не стану.

Эрдан пошёл за Ильвой вдоль нижней кладки. Ренар осматривал старую решётку, юноша прислушивался к скрипу механизма за стеной. Сорн замыкал цепочку, придерживая правую кисть и прислушиваясь к звукам с верхней дороги. У сырой стены Ильва остановилась, разглядывая освещённые окна крепости. Сорн подошёл к ней с ножом в левой руке. За решёткой тяжело заскрипела цепь: нижние ворота уже начинали поднимать.

Глава 21

Цепь

«Прежде чем вынуть клин, проверь, куда упадёт груз».

Из наставлений рохтских подъёмщиков

За решёткой натянулась цепь. Железо тяжело заскрипело, и через кладку до Эрдана дошли удары храпового колеса: три ровных, четвёртый с запозданием. Он упёрся ладонью в стену. Отец не позволял оставлять подъёмник с таким звуком даже для пустой клети. Однажды собачка соскочит с зубца — и никто под грузом не успеет отступить.

Ильва наблюдала из-за выступа, прикрыв плащом раненый бок. Ренар возился у решётки ножом, почти не используя распухшую левую кисть. Сорн держался выше по склону с коротким клинком в левой руке. Правая кисть плохо слушалась, а повязка на левом предплечье потемнела от дороги. После признания у водосброса они почти не разговаривали; снаружи крепости каждому хватало занятий.

— Поднимают для повозки, — прошептала Ильва, отступая от края. — С той стороны слышно лошадь. Может, меняют дозор, может, ждут подводы. У нас есть несколько минут, пока наверху заняты воротами.

Ренар счистил с нижней скобы ил и обнажил четырёхгранный штырь с обломанной шляпкой. Вытащить его ножом не удалось, и вор посторонился, пропуская Эрдана.

— Я бы вытащил его за шляпку, если бы она осталась. Кто-то, видимо, уже пытался и отломил половину. У вас в кузнице за такое работу переделывают или просто бьют по рукам?

— Дают новый штырь и велят закончить до ужина. — Эрдан ощупал крепление. — Не тяни его. Он держит нижний угол, а верхний обруч почти расшатался. Если выдернуть оба разом, решётка ударит в стену.

Эрдан ощупал перекошенный верхний обруч и выбитую кладку вокруг крепления. Решётка могла повернуться на оставшейся скобе, если поддеть снизу плоским камнем; слишком сильный рывок сорвал бы её целиком. В кузнице пригодился бы железный рычаг, здесь пришлось работать тем, что валялось под ногами.

— Подай плоский обломок, — попросил Эрдан. — Вон тот, у корня. Ильва, придержишь решётку ближе к верху? Не за край: он острый. Прижимай ладонью через плащ.

Ильва сложила плащ под ладонь и придержала решётку сверху. Ренар подложил камень; Эрдан надавил коленом, пока прутья не отошли от стены на ширину плеч. Скоба скрипнула и выдержала.

Внутри открывался наклонный ход с низким потолком. По его дну текла вода, глубиной едва до щиколотки, а наверху, за уступом, темнела сухая площадка. Эрдан посмотрел на спутников и только теперь заметил, как тяжело дышит Ильва. Она не жаловалась, но под ладонью у неё дрожало железо: держать вес было труднее, чем казалось.

— Сначала Ренар. Потом Ильва. Если заклинит, я снаружи подтолкну. Только ноги берегите: на дне камни с острыми краями.

Ренар протиснулся первым. На середине он задел плечом прут и негромко выругался, однако сумку с бумагами пронёс над водой. Ильва прошла следом, задержав дыхание, когда повязка зацепилась за неровность камня. Эрдан остался у решётки, ожидая Сорна. Тот уже спускался со склона, но вдруг остановился и поднял здоровую руку.

Эрдан замер. По сухой дорожке над водостоком шли шаги. Часовой переставлял копьё по камням и временами шаркал сапогами, сбивая грязь. Грохот ворота заглушал его шаги, но он мог заметить отогнутую решётку.

Сорн указал Эрдану на нишу у входа. Юноша спрятался за выступом и увидел, как на насыпи показался часовой с копьём, щитом за плечом и закрытым фонарём. Мужчина наклонился к повреждённой скобе.

Сорн вышел из-за выступа у него за спиной, пока часовой разбирался с повреждённым креплением. Вместо широкого замаха он шагнул почти вплотную и ударил ножом в открытое место под челюстью. Часовой дёрнулся, выпустил фонарь и попытался оттолкнуть противника щитом. Сорн перехватил ремень у самой пряжки, но повреждённая правая кисть не выдержала рывка. Щит ударил о кладку. Эрдан успел подхватить падающего стражника за пояс и потянуть в нишу; от веса у него прострелило плечо, а сапоги соскользнули на мокрых камнях. Мужчина ещё дышал, захлёбываясь кровью. Сорн придержал ему голову, пока судороги не прекратились.

Фонарь катился к водостоку. Эрдан остановил его носком сапога прежде, чем стеклянная створка разбилась о камень. Сверху донёсся окрик, обращённый к кому-то во дворе, но к водостоку никто не вышел. Ворот всё ещё грохотал; похоже, шум щита и падения затерялся за работой цепей.

Сорн снял с убитого щит, копьё и пояс с ключами. Эрдан забрал оружие и осмотрел щит: деревянный, с железным умбоном, с надорванным нижним ремнём. Эрдан продел левую руку под уцелевший ремень и обхватил поперечную рукоять. Копьё положил у водостока, а меч Корена оставил на поясе.

— Готовы? — Сорн вытер клинок о полотно с пояса стражника. — Тело найдут при следующем обходе. До того нам нужно оказаться за воротом.

— Замечательная находка. Только ремень поправь. Он держится на честном слове, а честные слова мы сегодня уже оценили в канцелярии.

Эрдан подтянул потрескавшийся ремень. В тесном проходе щит мешал двигаться, но бросать его не хотелось. Наверху снова прозвучал окрик; они поспешили под стену.

Водосток расширился в нишу с деревянным настилом. В углу стоял ржавый крюк, из отверстия над головой тянуло тёплым воздухом, а за стеной тяжело перекатывался барабан воротного механизма.

Ренар нашёл обитую железом дверцу и проверил связку ключей. Третий вошёл в замок. За порогом обнаружилась лестница, откуда доносились голоса двух мужчин.

Один наверху требовал прибавить ход, другой жаловался, что собачка пропускает зуб и барабан отдаёт в рычаг. Эрдан узнал интонацию мастера, которого торопят закончить опасную работу.

— Там двое, — прошептал Ренар, прикрывая дверцу. — И ещё кто-то за стеной ворочает цепью. Мимо них не проскользнуть.

— Один у рукояти, другой проверяет ход. Если полезут сюда, придётся задержать. Но раньше осмотрим, куда выходит дверь справа.

В кладке возле лестницы имелось осмотровое отверстие. Эрдан увидел каменный противовес, двигавшийся по узкому пазу, и цепь, уходившую к барабану поднятой решётки. На грузовых башмаках металл блестел, зато каменные швы почти не пропускали воду. Кладку сложили рохтские мастера; у основания шахты сохранились широкие страховочные пазы.