Недобитые. Том 1 (СИ), стр. 62
— Ключ носит старший хранитель, — добавил Эрдан. — Он же закрывал футляр. Без него дверь не открыть.
— Тогда заставим хранителя открыть её для нас. — Ренар посмотрел на связку украденных ключей. — У меня от этой железной коллекции уже в кармане тесно.
Сорн оставил Эрдана с Ильвой возле технической двери и осторожно выглянул вместе с Ренаром в служебный коридор. За столом у лестницы сидел пожилой хранитель; на его груди висел длинный ключ с двумя неровными зубцами. Рядом лежали регистрационная книга и пачка неразобранных бумаг. Прямой проход к решётчатому хранилищу просматривался из коридора, где могли появиться караульные, поэтому нападать здесь было нельзя. Ренар заметил боковую комнату за старой счётной машиной и жестом указал на неё Сорну.
Ренар вернулся к остальным и попросил у Сорна несколько минут. Затем снял чужую накидку, расправил воротник своей куртки и подошёл к служебной двери, ведущей к коридору хранителя. Он выглядел измученным, но если держаться в тени, можно было принять его за одного из работников, которых подняли ночью из-за тревоги.
— Внизу у накопителя вода идёт в технический проход, — предупредил он хранителя, остановившись у стола. — Мастер требует проверить стену за хранилищем, пока не намочило описи. Ваше дело, конечно, только потом не говорите, что вас не предупреждали.
Хранитель поднял глаза от журнала, недовольно осмотрел окровавленную кисть и потребовал назвать имя старшего, приславшего его. Ренар не стал придумывать неизвестного начальника.
— Тот, что у накопителя. Старик с разводным ключом. Можете сами спросить, только он сейчас ругается с караулом из-за переполненного бака.
Хранитель поднялся и пошёл к боковой комнате: там был лючок для осмотра кладки. Ренар уступил ему дорогу и вошёл следом. Сорн появился у двери, когда старик наклонился к запору. Тот обернулся на звук слишком поздно: Сорн удержал его у стены здоровым предплечьем, прикрыв рот ладонью, а Ренар перехватил цепочку ключа, не позволяя железу звякнуть.
Старик ударил локтем назад, едва не попав Сорну в раненую руку. Ренар подставил ногу, лишив его опоры, и они осторожно опустили хранителя на пол. Тот пытался вырваться, пока Сорн удерживал плечи, но с каждым движением всё сильнее задыхался от испуга. Ренар связал ему запястья ремнём и вложил между зубами сложенную ткань. Убедившись, что мужчина может дышать, они усадили его за счётной машиной.
— Сиди тихо, и обойдёмся без лишних ран, — шепнул Ренар, снимая ключ с цепи. — Я сам не люблю, когда из-за чужих ошибок приходится чинить замки.
Заперев боковую комнату, они прошли к решётчатому хранилищу. Ключ с двумя неровными зубцами повернулся без усилия. За дверью стояли металлические шкафы и деревянные футляры с бирками поступления. Сорн остался у выхода, откуда мог увидеть лестницу, а Ренар быстро пошёл вдоль полок.
Красная книга лежала на второй полке в закрытом футляре. Ренар снял пряжку здоровой рукой, проверил целость переплёта и убрал книгу в сумку. Здесь хранились изъятые вещи, описи и копии старых решений; никаких действующих приказов о перевозке рядом не было. Зато в футляре лежала карточка с пометкой о передаче дела в канцелярию ночных отправлений. Ренар запомнил номер, вернул пустой футляр на место и вышел к Сорну.
— Бумаги, которые нам нужны, держат отдельно, — шепнул Ренар. — Ночные отправления. Ты видел по дороге дверь с голубой полосой над косяком?
Сорн указал на узкий проём у конца коридора. Сквозь стекло над дверью виднелась лампа, на столе за ней стоял ящик с пакетами. Там должен был работать дежурный писарь, но сейчас помещение пустовало: со стороны лестницы доносился его раздражённый голос, он объяснял караулу, почему запечатанные бумаги нельзя бросать без присмотра даже во время тревоги. Ренар успел заглянуть в маленькое окно и увидел шкаф с надписью «К выдаче». Он не собирался просить у Тасса разрешения на осмотр.
Замок на двери был проще архивного. Один из ключей помощника повернулся, но дверь не подалась: перекошенная от сырости пружинная защёлка зацепилась за коробку. Ренар вытащил из подкладки чужой накидки жёсткую булавку, которой держался ворот, и поддел язычок через щель у притвора. На всё ушло несколько мучительных попыток правой рукой; левой он мог лишь придерживать дверь предплечьем. Сорн стоял за углом и дважды предупреждал его о проходящих людях. Когда засов отступил, они вошли в комнату ночных отправлений и прикрыли дверь.
На столе лежали подготовленные к отправке пакеты, сложенные по направлениям. По номеру с карточки Ренар нашёл связку бумаг к старой крепости. Под верхним листом находилось распоряжение вывести две крытые повозки с удерживаемыми работниками до следующего рассвета. Отметка о сменных лошадях была свежей; приказ уже прошёл регистрацию. Ренар взял его вместе с накладной и копией распоряжения Тасса о проверке нижнего двора. Запрета на вывоз людей там не было.
В боковом ящике хранились чистые бланки для срочной переписки. Печать младшего писца лежала не среди бумаг, а в запертом жестяном коробе, прикреплённом к столу. Ренар поддел замок тонкой булавкой, надорвав кожу у большого пальца, и вынул небольшую служебную печатку. Ею подтверждали прохождение письма через канцелярию; приказывать страже или отменять решения Тасса она не позволяла. Вор забрал несколько бланков и печатку. Складывать всё аккуратно он уже не успевал: со стороны лестницы вновь послышались голоса.
В коридоре Сорн ждал возле служебной двери. Ренар затянул сумку и показал ему верхнюю строку найденного приказа.
— Отправку перенесли. До рассвета. Причём приказ уже оформлен, так что ждать нас никто не станет.
— Значит, времени ещё меньше, чем мы думали. Уходим. Остальное прочтём там, где нас не схватят снова.
Они прикрыли дверь ночных отправлений и вернулись в технический проход. Со стороны лестницы кто-то потребовал проверить опечатанное хранилище: сторожа уже начали понимать, что беглец мог спуститься вниз. Ренар ускорил шаг, насколько позволяли рёбра. Ильва и Эрдан встретили их возле труб; увидев красную книгу, девушка сразу посмотрела на его больную руку.
— Если сейчас кто-нибудь предложит нести меня, я оставлю книгу первому встречному. Мне уже хватило добрых людей на сегодня.
Ильва молча взяла у него тяжёлую сумку за ремень, чтобы тот не натирал повреждённые рёбра. Ренар открыл рот, но спорить не стал: плечо действительно болело так, что каждый шаг отдавался в спину. Эрдан подошёл ближе, желая что-то сказать, однако вор остановил его коротким жестом.
— Даже не начинай. Я вернулся за своей книгой. Она стоила мне слишком дорого, чтобы оставить её Тассу.
— Я понял. — Эрдан придержал дверь, пропуская Ренара первым, и больше ничего не добавил.
Сорн сверил дату на приказе и убрал бумагу за пояс. По главному коридору пробежали стражники, и четверо отступили в нишу за трубами. Ренар показал на низкую хозяйственную дверь, которую заметил возле механизма. Верхнюю лестницу наверняка уже проверяли, а этот проход вёл в сторону заднего двора.
— Здесь можно обойти главный коридор и выйти к заднему двору. Если дверь в конце закрыта, придётся искать другой путь. Но сначала давайте уйдём с места, где нас ловят каждые несколько минут.
Они двинулись вдоль низкой стены, избегая горячих труб. Ренар шёл впереди с прикрытым фонарём, Сорн замыкал группу. У последней двери Ильва внезапно остановилась и положила ладонь на стену. Ренар едва не наткнулся на неё; девушка подняла палец, требуя тишины. За досками негромко разговаривали женщина и ребёнок. Их слова не разобрать, но Ренар услышал испуганный всхлип и шорох, будто кто-то придвинул к двери тяжёлую скамью.
— Там люди, — прошептала Ильва, не отнимая ладони от стены. — Их держат взаперти.
Ренар поднёс фонарь к замку. Времени оставалось мало, сзади уже слышались шаги, но по лицу девушки он понял, что просто пройти мимо не получится. Вор пригасил свет и присел у двери, стараясь рассмотреть устройство запора.