Написать Империю 6 (СИ), стр. 35
— Но не думай, что деньги — единственное, что ты получишь от службы. И не думай, что они станут единственной причиной остаться.
Офицер ненадолго замолчал. В его взгляде мелькнуло что-то далёкое, словно он вспомнил событие, о котором не собирался рассказывать посторонним.
— Однажды ты можешь обнаружить, что всё, ради чего ты пришёл сюда, стало для тебя не самым важным.
Дарен не понял этих слов.
Как вообще могло существовать что-то важнее возможности прокормить себя и близких?
Однако спрашивать он не стал.
— Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать доверие, сэр.
— Посмотрим.
Офицер направился к выходу, но Дарен окликнул его:
— Простите, сэр. Теперь, когда мы прошли испытания, можем ли мы хотя бы узнать ваше имя?
Мужчина остановился и обернулся.
— Бихолдер.
Он произнёс это имя просто, без всякой торжественности.
— А теперь отдыхайте. Набор в этом городе длится три дня. Как закончим, будте готовы садиться на поезд. Там для вас всё начнётся по-настоящему…
Глава 28
Три дня спустя после завершения отбора на железнодорожной станции собрались семь человек.
Всего семь.
Дарен несколько раз пересчитал их, надеясь, что он ошибся. Но нет. Семеро кандидатов, несколько военных в форме и поезд, который, судя по всему, должен был увезти их неизвестно куда.
Никто не объяснил, что ждёт их впереди. Военные лишь проверили документы, пересчитали прибывших и приказали садиться.
Дарен не возражал. За последние три дня он успел привыкнуть к тому, что в его жизни происходили вещи, о которых никто не собирался спрашивать его мнение.
Наверное это и значило — стать военным…
Хотя кое-что изменилось к лучшему.
Сразу после отбора ему выплатили сумму, которую он раньше не смог бы заработать и за несколько лет. Денег хватило не только на то, чтобы обеспечить Лиоре спокойную жизнь, но и на то, чтобы перевезти её в новый дом. Ей больше не приходилось думать о завтрашнем дне, искать случайные заработки или соглашаться на сомнительные предложения ради лишних рублей.
Более того, вместе с деньгами Лиора получила особый статус. Теперь её имя значилось в документах Империи как человека, связанного с одним из отобранных кандидатов. Дарен не до конца понимал, что это означало на практике, но успел заметить перемену в отношении окружающих. Люди, которые прежде едва обращали на неё внимание, теперь были вежливы. Чиновники становились учтивее, торговцы предлагали лучшие товары, а некоторые двери, прежде наглухо закрытые, вдруг открывались без лишних вопросов.
Лиора даже попыталась пошутить, что теперь ей стоит самой записаться в армию — исключительно ради того, чтобы получить ещё один дом.
Дарен тогда рассмеялся.
А потом, оставшись один, долго смотрел на деньги, которые ему выдали, и впервые за много лет почувствовал, что может не бояться за её будущее.
Теперь у него была другая проблема.
Он совершенно не представлял, куда его увезут.
— Как думаешь, мы хотя бы останемся в Империи? — спросил один из кандидатов, усевшийся напротив.
— Надеюсь, — ответил Дарен. — Не хотелось бы начинать новую жизнь в чужой стране.
— А мне хотелось бы хотя бы узнать, в какую именно армию мы поступили.
Поезд тронулся.
За окнами потянулись поля, небольшие деревни и редкие леса. Время от времени мимо проплывали станции, но поезд ни на одной из них не останавливался. Военные сидели в проходах, не вступая в разговоры и не реагируя на вопросы.
Постепенно кандидаты замолчали.
Сначала они пытались строить догадки. Затем обсуждали испытания, через которые прошли. Потом разговоры стали короче, а взгляды всё чаще обращались к военным.
Дарен тоже молчал.
Он думал о Лиоре, о новом доме, о деньгах и о словах того офицера, Бихолдера. Он помнил как тот сказал, что деньги мало что будут для него значить…
Наконец поезд начал замедляться.
За окном не было ни высоких городских стен, ни привычных улиц, ни даже крупной станции. Лишь широкая равнина, трава, уходящая к горизонту, и несколько небольших строений вдали.
Поезд остановился.
— Выходим! — приказал один из военных.
Кандидаты переглянулись.
— Это ещё что за место? — пробормотал кто-то.
— Не знаю, — ответил Дарен, поднимаясь. — Но, кажется, приехали.
Их вывели на платформу, больше похожую на временный деревянный настил, чем на настоящую станцию. Вокруг уже стояли военные, а чуть поодаль начинался огромный лагерь.
Дарен застыл.
Палатки тянулись рядами, насколько хватало глаз. Между ними были установлены тренировочные конструкции, площадки и странные металлические устройства, назначения которых он не мог даже предположить. Люди в одинаковой форме бегали по размеченным дорожкам, таскали тяжести. Другие несли караул на вышках или патрулировали периметр.
Повсюду царил порядок, но порядок суровый, почти безжалостный.
Никто не бездельничал. Никто не стоял без дела. Даже те, кто отдыхал, казалось, делали это по расписанию.
Один из кандидатов тихо выругался.
Другой побледнел.
Дарен же почувствовал, как внутри медленно холодеет.
Он ожидал тяжёлой службы. Разумеется, после столь странного отбора было бы глупо рассчитывать на лёгкую жизнь. Но одно дело — готовиться к трудностям, и совсем другое — увидеть место, в котором даже воздух, казалось, требовал от человека немедленно приступить к тренировкам.
— Добро пожаловать, новобранцы!
Голос раздался сбоку.
К ним приближалась женщина.
Она была необычайно высокой. Даже издали это бросалось в глаза: рядом с ней многие из солдат выглядели почти детьми. Её фигура сочетала силу и изящество, а красивое лицо сохраняло спокойное, уверенное выражение. Длинные волосы были собраны в косу, она свисала вперёд, ей на грудь, падая через плечо.
Но не это заставило Дарена забыть, как дышать.
За спиной женщины были крылья!
Настоящие крылья!
Большие, покрытые светлыми перьями. Они складывались вдоль спины, словно были самой естественной частью тела. Дарен успел разглядеть их прежде, чем женщина остановилась перед кандидатами.
Он моргнул.
Затем ещё раз.
Крылья никуда не исчезли.
— Что за…
Дарен огляделся, надеясь обнаружить хоть одного человека, который удивился бы вместе с ним.
Никого.
Солдаты продолжали заниматься своими делами. Военные, сопровождавшие поезд, выглядели совершенно невозмутимо. Даже остальные кандидаты, казалось, не замечали ничего необычного.
Дарен медленно закрыл рот.
Если все делают вид, что это нормально, то, пожалуй, он тоже не станет задавать вопросы.
По крайней мере сейчас.
Женщина окинула прибывших взглядом.
— Я ваш командир. В ближайшее время именно я буду отвечать за ваше обучение, подготовку и, если вам «повезёт», выживание.
Она улыбнулась.
Улыбка была красивой.
И почему-то совершенно не успокаивала.
— Сразу предупреждаю: я буду рада, если хотя бы каждый десятый из вас выдержит здесь целый год.
Несколько секунд никто не произносил ни слова.
Потом один из кандидатов осторожно поднял руку.
— Простите… Можно задать вопрос?
— Разрешаю.
— Мы прошли отбор, нас привезли сюда, но нам до сих пор не сказали, в какое подразделение мы записались. Может быть, теперь мы наконец узнаем?
Женщина посмотрела на него.
Затем её губы медленно растянулись в ухмылке.
Она повернула голову к небу.
Над лагерем лежали плотные облака, скрывавшие большую часть небосвода. Но в одном месте облачный покров расходился, пропуская широкую полосу солнечного света. Золотистые лучи прорезали серую пелену, словно сама небесная твердь открывала дорогу чему-то, что долго оставалось за её пределами.
Женщина некоторое время молча смотрела вверх.
Потом произнесла:
— Что ж. Пожалуй, пришло самое подходящее время.