Без страха и упрёка 7 (СИ), стр. 10

— А кто его воспитал, там, в России? — Елизавета вопросительно посмотрела на мужа.

— О! — Король негромко рассмеялся. — Тут мне из Ми — шесть принесли, что его приёмным отцом стал офицер их элитной военной разведки, а матерью, школьная учительница, бывшая выпускница Бестужевских курсов, это такое учебное заведение в России, вроде университета, исключительно для дам и девиц. Так что основа у него прекрасная.

— Вот ты и ответил на свой вопрос. — Елизавета улыбнулась. — Как не уставал повторять один из моих учителей, «Ничто не возникает ниоткуда, ничто не исчезает в никуда» [1]. Я не Хелен Дункан [2], и не могу впадать в мистику, но конечно молодой Александр Эшбернем впечатляет. Кстати, мы планируем посетить приём в его честь? — Королева внимательно посмотрела на мужа. — Как мне кажется, нашему народу не хватает тем для обсуждения.

Лондон. Дом Эшбернемов. 20 февраля 1945 года.

К половине девятого вечера перед домом Эшбернемов образовалась небольшая очередь автомобилей. Гости прибывали с интервалом в несколько минут, и дворецкий, принимавший приглашения у входа, передавал фамилии второму служителю, который объявлял прибывших уже в дверях гостиной.

Леди Виктория организовала приём с обычной для неё основательностью. Никакой чрезмерной роскоши, особенно неуместной в послевоенной Британии, но всё необходимое для достойного вечера: мягкий свет люстр, цветы, небольшой струнный ансамбль в соседней комнате, шампанское, херес и закуски, которые лакеи разносили на серебряных подносах. Сервировка была безукоризненной, и Алексей невольно отметил, что организация подобного мероприятия мало отличается от хорошо спланированной штабной операции.

Сам он стоял рядом с бабушкой у входа в главную гостиную, принимая поздравления, пожимая руки и постепенно запоминая имена людей, большинство которых до сегодняшнего дня встречал исключительно в финансовых справочниках.

Мужчины являлись преимущественно во фраках, женщины — в длинных вечерних платьях, причём драгоценностей здесь было столько, что при желании можно было обеспечить золотом бюджет небольшой европейской страны. Впрочем, богатство не выставлялось напоказ: в этом обществе считалось дурным тоном демонстрировать то, что и без того всем прекрасно известно.

Первым из действительно крупных финансистов появился Энтони де Ротшильд с супругой Ивонной. Поздоровавшись с леди Викторией, он с явным удовольствием пожал руку Алексею.

— Поздравляю, лорд Эшбернем. Должен признаться, подобное развитие событий стало неожиданностью даже для меня. Когда мы познакомились, вы были советским генералом, а теперь ещё и английский граф.

— Не переживайте, Энтони, — усмехнулся Штурмин. — На моих способностях считать деньги это никак не отразилось.

— Вот это чрезвычайно обнадёживает, — совершенно серьёзно ответил банкир. — В таком случае завтра мы сможем продолжить наши переговоры, не опасаясь влияния аристократических предрассудков.

Появление Генри Стерджиса Моргана, одного из основателей американского инвестиционного банка Morgan Stanley, в сопровождении представителей лондонского Morgan Grenfell вызвало среди гостей заметное оживление. Американские финансисты уже давно присматривались к невероятным советским проектам, и возможность познакомиться с их главным вдохновителем в столь необычной обстановке упускать не собирались.

Следом прибыли лорд Катто, управляющий Английским банком, сэр Чарльз Хамбро, возглавлявший один из старейших торговых банков Сити, и сэр Отто Нимейер, прекрасно известный в международных финансовых кругах. Несколько позднее появился и лорд-мэр Лондона сэр Фрэнк Александер, чьё присутствие окончательно придало частному семейному торжеству характер весьма представительного собрания британского финансового мира.

Гости постепенно расходились по комнатам, объединяясь в небольшие группы. Женщины обсуждали семейные новости, благотворительные мероприятия и предстоящий светский сезон; мужчины, стараясь соблюдать приличия, всё равно неизбежно возвращались к промышленности, кредитам и положению фунта стерлингов.

Алексей быстро обнаружил, что большинство приглашённых рассматривает его с профессиональным любопытством. Для них молодой советский генерал был прежде всего человеком, за которым стояли огромные финансовые возможности и перспективы контрактов, способных изменить положение целых отраслей британской промышленности. Графский титул делал его своим в аристократическом обществе, но куда важнее оказалось то, что с этим графом действительно можно было вести дела.

— Вы, вероятно, понимаете, лорд Эшбернем, — заметил лорд Катто, когда они на минуту оказались рядом, — что вашим появлением здесь заинтересовались практически все крупные банки Сити?

— Надеюсь, милорд, хотя бы не одновременно. Иначе боюсь, что у меня просто не хватит времени выслушать все предложения.

— Уверяю вас, — управляющий Английским банком едва заметно улыбнулся, — в этом обществе прекрасно умеют ждать, если ожидание обещает достаточную прибыль.

Разговор прервало появление одного из старших дворцовых служителей, подошедшего к леди Виктории и негромко сообщившего ей несколько слов.

Старушка кивнула, поправила перчатки и подозвала внука.

— Александр, дорогой, мне потребуется твоё присутствие у входа. И пожалуйста, постарайся хотя бы на несколько минут забыть о деньгах.

— Что случилось, бабушка?

— Его Величество с супругой любезно согласились посетить наш вечер.

Алексей удивлённо посмотрел на неё.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас?

— Говорю, как только узнала эту новость сама.

О прибытии королевской четы заранее знали лишь несколько человек, отвечавших за организацию приёма и безопасность. Поэтому, когда в гостиной негромко объявили о прибытии Их Величеств, разговоры почти мгновенно прекратились.

Георг VI появился в сопровождении королевы Елизаветы и двух придворных. Виктория встретила их у входа, сделала положенный реверанс, а Алексей почтительно склонил голову.

— Добрый вечер, леди Виктория, — король тепло приветствовал хозяйку. — Надеюсь, мы не слишком нарушили ваши планы.

— Ваше Величество, для нашей семьи — это величайшая честь.

— Тогда будем считать, что мы приехали совершенно вовремя, — Георг улыбнулся и повернулся к Алексею. — Александр, вижу, вы уже освоились в новой роли.

— Стараюсь, сэр. Хотя признаюсь, мне несколько непривычно находиться среди стольких людей, у которых нет воинских званий.

Король рассмеялся, а Елизавета, взяв Викторию под руку, направилась с ней в гостиную.

Появление монархов мгновенно изменило характер вечера. Если прежде это был приём в доме старого аристократического семейства, пусть и собравший крупнейших финансистов страны, то теперь собрание приобрело совершенно иной вес. Присутствие короля означало публичное признание нового графа не просто наследником древнего рода, но человеком, которому британская корона намерена оказывать особое внимание.

Впрочем, Георг держался совершенно естественно. Он обменялся несколькими словами с лордом Катто, приветствовал Ротшильда, познакомился с Морганом и, обратившись к собравшимся, заметил:

— Господа, полагаю, сегодня у всех нас есть прекрасный повод поздравить лорда Эшбернема. Но я хотел бы напомнить, что перед нами не только новый представитель британской аристократии, но и человек, внёсший выдающийся вклад в победу над нашим общим врагом. Надеюсь, он найдёт в Британии не только родственников, но и множество друзей.

Алексей поклонился, принимая поздравления, а леди Виктория, стоявшая рядом с королевой, с нескрываемым удовлетворением наблюдала за внуком.

Для неё этот вечер уже удался. А для собравшихся финансистов он только начинался.

В курительной комнате было тихо. Из гостиной доносилась приглушённая музыка, а Энтони Ротшильд и Генри Морган, устроившись в глубоких кожаных креслах, могли наконец поговорить без необходимости каждые несколько минут отвлекаться на очередного знакомого.