Бастард Императора. Том 33 (СИ), стр. 2

— Не называй меня так… Я не хочу, чтобы этот титул всплывал ещё хоть где-нибудь. Я… — Она сделала паузу. — Не Последний Приговор и никогда больше им не стану.

— И почему же?

Я внимательно посмотрел на неё.

Эйкхирия молчала долго, но всё же заговорила:

— Меня никогда не радовало это прозвище, которое мне дали Альвы. Но я всё же приняла его, чтобы стать хоть каким-то лучом света для своего народа. Однако…

Она вновь замолчала. Я не торопил, но спустя время всё же продолжил сам:

— Однако ты поняла, что чем больше света отдаёшь другим, тем меньше его остаётся у тебя. Я прав?

Теперь Эйкхирия подняла взгляд полностью. Несколько мгновений она смотрела мне в лицо.

— Ты проходил через это…

— Не только я, — спокойно пожал плечами. — Многие проходили. У кого-то ситуации складывались лучше наших, у кого-то хуже, но, как ни крути, подобная участь «героев» достаётся многим.

Она хмыкнула. Без веселья.

— Кто-кто, а я уж точно не герой… Тем более для Альвов. Ведь я не смогла спасти нашу святыню, как и наш народ…

Я посмотрел на её руки. Пальцы снова напряжены, хотя голос почти не изменился.

— Святыню, значит?

Некоторое время молчал, потом перевернул ладонь. Над ней появилось небольшое серебряное семечко с тонким ростком, осветившее всё вокруг серебряным светом.

Эйкхирия резко подняла голову и застыла. Затем медленно подалась вперёд, явно не веря тому, что видит.

— Не может быть… — Её губы задрожали. Она протянула руку, но остановилась. — Росток серебряного Древа…?

Взгляд девушки метнулся ко мне.

— Всё так.

Я направил волю и осторожно подтолкнул росток по воздуху в её сторону. Эйкхирия подняла ладонь выше. Семечко приблизилось, но в последний момент девушка всё же отвела руку, не позволяя себе коснуться его.

Росток остался висеть перед ней.

— Почему ты его не берёшь? — удивился я.

— Я… Не имею на это права… Если семя находится у тебя, значит, Древо доверило его тебе… — она вдруг замерла, осознавая собственные слова. — Человеку, — Эйкхирия снова посмотрела на меня. — Такого ещё никогда не случалось.

Я ничего ей не ответил. А взгляд Эйкхирии вновь переместился на росток, и в глазах появилось ещё больше неверия.

— Не может быть… — Она поднялась, держась за край стола. — Чтобы семя Древа проросло, чтобы получило хотя бы шанс на жизнь, — тихо начала девушка, — ему необходимо подарить «тепло»… Ты дал ему маленькую частичку своей души…???

Я кивнул, не собираясь отрицать очевидное.

— Да. Небольшую кроху, но я передал её этому Древу, чтобы оно в будущем проросло.

Эйкхирия бессильно опустилась обратно в кресло, уронив руки на стол, и несколько мгновений просто смотрела на семечко.

Я не мешал. Для неё сейчас это не просто маленький росток. Она видит то, чего уже не ожидала увидеть, и пытается понять, почему оно находится именно здесь.

У человека, которого она привыкла считать врагом своего народа.

— Я… — пробормотала девушка. — Я всё это время думала, что тебе нет дела до Альвов… Считала, что ты хочешь просто добиться своей цели, использовав мой народ… Но ты… Ты сделал для него куда больше, чем кто-либо другой из Альвов…

— Это, конечно, вряд ли, — покачал я головой. — Ваш народ прошёл через множество страданий, особенно на Ультиме. Поэтому мой вклад с ними не сравнится.

Эйкхирия хмыкнула, не отводя взгляда от ростка.

— Это крошка души Великого… Так что не шути так.

— Две крошки, — едва заметно улыбнулся я.

Над моей освободившейся ладонью появился второй росток. Этот почти ровно пополам разделён на два цвета.

Серебристый и золотой.

Эйкхирия вскочила настолько резко, что кресло отъехало назад. Девушка мгновенно опустилась на одно колено, склонив голову.

Я посмотрел на неё и снова покачал головой. Затем лёгким движением убрал второй росток.

— Вставай, Эйкхирия. Давай обойдёмся без этих коленопреклонений. Пожалуй, вообще не стоило показывать тебе второй росток, иначе сейчас твоё мнение обо мне кардинально поменяется. А мне это совсем не нужно.

Она поднялась медленно. Сначала выпрямилась, потом посмотрела на мою пустую ладонь и лишь после этого подняла глаза к лицу.

По ней видно, насколько сильно её потрясло увиденное. Мне же совсем не хочется, чтобы вместо разговора с человеком она теперь пыталась угадать волю очередной святыни.

— Возьми этот росток, — снова осторожно пододвинул к ней серебряное семечко волей. Оно зависло перед её грудью, продолжая мягко светиться. — Как и сказал, я не собираюсь бросать Альвов. Но я помогу им не для того, чтобы повести в бой, а чтобы они хоть немного вновь ощутили мир. Захотят ли пойти за мной, будет зависеть только от них самих. И тем не менее я хочу, чтобы ты взяла это семечко.

Эйкхирия посмотрела на росток. Потом на меня.

— А если они не захотят идти за тобой…?

— Значит, не пойдут. Семечко я отбирать не стану.

Она медленно выдохнула.

— Я…

— Бери.

На этот раз не позволил ей снова спрятаться за сомнениями.

Девушка подняла руку. Ещё недавно дрожавшие пальцы теперь двигались осторожно и спокойно. Она подставила ладонь, принимая семечко с такой бережностью, что я невольно задержал на этом взгляд.

Росток опустился на кожу. Серебряное сияние прошло между пальцами, затем мягко потекло вверх по руке. Через мгновение семечко растворилось, исчезая в её душе.

Эйкхирия прикрыла глаза, а ладонь осталась раскрытой.

Она постояла так несколько секунд, прислушиваясь к тому, что теперь находится внутри, затем склонила голову.

— Благодарю! Спасибо от всех Альвов моей планеты за этот дар!

— Ты заслужила его, так что не стоит никаких благодарностей.

Поднялся и подошёл к ней. Положил руку на плечо, а другой осторожно снял капюшон.

Эйкхирия не отстранилась. Только посмотрела на меня, всё ещё не до конца справившись с пережитым потрясением.

— Не отказывайся от своего титула «Последний Приговор». Он может звучать очень грозно, может звучать очень опасно, но в то же время может звучать как надежда. Точно так же, как звучат твои клинки в бою. Будь для своего народа той самой последней надеждой.

Она внимательно смотрела мне в глаза. Долго. Я не говорил других слов. То, что мог передать, уже передал. Остальное ей нужно решить самой.

Наконец Эйкхирия выдохнула и отступила на пару шагов.

Девушка встала прямо, теперь уже не пряча лицо, говоря:

— Я хочу, чтобы ты понял одну вещь.

Я опустил руку и остался на месте. Эйкхирия смотрела твёрдо. Потрясение никуда не исчезло, но больше не мешает ей говорить.

— Сейчас я говорю не как та, кто получил от тебя семя великого Древа. И не как та, кому ты показал секрет, который лучше пока не показывать никому из Альвов. Иначе из-за великого семени могут начаться войны, каких ещё не видел наш народ. Сейчас я говорю как обычная Альвийка. Как та, кого ты приютил в своё время и кому показал, что жизнь может оказаться совершенно другой. Я говорю не как Последний Приговор. Я говорю как Эйкхирия. Я благодарна тебе. Отныне и вовек я клянусь служить тебе, а также следовать за тобой, куда бы ты ни пошёл. Я долго наблюдала за тобой, Асшель Вайторл, враг моего народа. Враг, который оказался ближе любого друга. И я очень надеюсь, что однажды и мой народ узнает, кто ты на самом деле для нас. Примешь ли ты мою клятву?

Эйкхирия опустилась на одно колено.

Я чуть улыбнулся.

— Я принимаю твою клятву. Но раз ты сказала, что говоришь как обычная Альвийка Эйкхирия, то чью именно клятву я принимаю? Простой Альвийки, Последнего Приговора или будущей правительницы планеты Ультима?

Эйкхирия не задумалась ни на мгновение.

— Благодарность тебе выражала простая Альвийка. А клятву принесла и Альвийка, и Последний Приговор, и будущая правительница планеты Ультима. Клянусь, что, если мой народ примет меня, я изменю его и мы станем твоей опорой.