Просто Игрок I (СИ), стр. 33

Сменщик пришёл без десяти восемь и с порога потянулся к журналу. Расписывался он стоя, даже куртку снимать не стал.

— Ну как оно? Тихо надеюсь?

— Тихо. — Я подвинулся со стулом, чтобы он мог дотянуться до ключей на гвоздике. — Эти вчера к семи разъехались, гипермаркет опечатали.

— Ну и слава богу. — Куртку он всё-таки повесил на спинку стула и сел, даже не глянув на мониторы. — А у меня последняя смена здесь, с понедельника на склады перевожусь. Там хоть люди не травятся на пустом месте.

Радовался он этому так открыто, что мне аж противно стало. Кто будет сидеть тут за него и за Валеру, гадать не приходилось.

…

Пахомов позвонил, когда я уже вышел за ленту на парковке.

— Лёш, ты домой? — В трубке щёлкнула зажигалка, после послышался вдох, полный удовольствия, хотя он мне недавно говорил, что так, одну и хватит, а сам смолит теперь на чем свет стоит, — Валера мне с утра заявление положил. Ты знал, что он на тапки встает?

— Нет, не знал, — не стал вдаваться в подробности и решил соврать, не хватало ему проблем.

— Вот значит как, ну ничего. — Он затянулся и долго выпускал дым. — Короче, людей у меня нет. Пока не найду, будешь сутки через сутки. Завтра к восьми.

Я остановился у столба, потому что на ходу спину ломило на каждом шаге.

— Выйду, Игорь Валерьич.

— Я объявление ещё в понедельник дал, так звонят одни студенты да деды, которые до третьего этажа не дойдут. Один спросил, можно ли с собакой… — Он было засмеялся, но тут же закашлялся и долго не мог продышаться. — Ты это. Я тебе за переработку выбью, слышишь? Не по ведомости, так премией.

Свободных ночей, на которые я рассчитывал под утро, стало вдвое меньше, только говорить ему об этом я не собирался.

Пока ехал в маршрутке, пришло уведомление от «Сбера» об авансе.

…

Вечером мне сидеть напротив Долика, поэтому дома я сразу полез в душ. Мылся впервые после площадки, и вода на дне ванны собиралась серая от песка. Ноги под душем стали ватными, так что домывался я уже на краю ванны.

Зеркало над раковиной запотело, и протирать его пришлось ладонью. Нос так и не сошёл и пожелтел по краям, ключицы торчали, правое предплечье от запястья до локтя пестрело красными пятнами. Долик не дурак — ему и одного взгляда хватит, чтобы понять, что со мной что-то не так.

Треть бутылки я так и не добил под утро, а до ночи муть уже не доживёт. Бедро я набивал так же, как ночью предплечье, пока не поглотил все, что оставалось.

│ Деревянная кожа. Рост: 74 % │

Я надел довоенную куртку, ибо другой, более-менее приличной, у меня не осталось. Так как иду в ресторан, то со стопки на полке взял пару тысяч. Долик обещал платить, только сидеть за счёт младшего мне как-то не по себе.

До кремля я решил добраться на лайне. Деньги на такси у меня теперь были, да вот за столько лет я привык считать каждую копейку, поэтому одного раза, чтобы от этого отвыкнуть, не хватит.

…

От остановки до кремля я шёл дольше, чем думал. В боку справа к вечеру тянуло не переставая, так что у светофора я пропустил зелёный, чтобы как следует отдышаться.

«Итальяно» нашёлся в первом этаже старого дома напротив кремлёвской стены. За стеклянной дверью на столах лежали белые скатерти, и официант в длинном фартуке нёс кому-то тарелку на вытянутой руке. Народ за столиками сидел в пиджаках, да в платьях. Никого похожего на меня там и близко не было.

Изначально я думал, что две тысячи мне хватит за глаза, однако тут они не годились никуда. Цены я мерил по кафе, где берут шаурму на вынос, и взять с полки побольше мне даже в голову не пришло. Я сунул руку в карман, где шуршали две бумажки, и вытаскивать её не спешил. Представил, как Долик попросит счёт, а я положу свои две тысячи рядом с его картой, и официант на них посмотрит.

Да-а-а… Посидел, называется, не за счёт младшего.

Развернуться бы да уйти, только Долик меня уже ждал, и я потянул дверь на себя.

Парень с бейджиком на рубашке встал у меня на дороге, едва я переступил порог.

— Добрый вечер. Вы бронировали?

Смотрел он при этом не на меня, а на куртку, которая висела на мне мешком. Ответить я не успел, потому что краем глаза увидел Долика.

Он сидел за дальним столиком у окна, только спиной к стене, откуда видно весь зал. Немного подумал и понял, что сам бы я сел там же. Однако не это было странным, а то, что над его головой я увидел пятёрку.

Я так и встал посреди прохода, вообще не понимая, как на это реагировать. Никогда бы не подумал, что и он в это влип.

— Это ко мне, — сказал Долик со своего места, даже не повысив голоса.

Администратор обернулся к нему, и улыбка у него с лица пропала. Отступил он с дороги так быстро, что задел локтем вешалку.

— Конечно-конечно. Проходите, пожалуйста.

Пока я шёл через зал, успел разглядеть Долика как следует. Одет он был просто, во всё тёмное и только золотые часы на руке красовались. Я в одежде или цацках не разбираюсь, ибо всегда носил то, что под руку попадется.

Рядом с ним я в своей куртке смотрелся сторожем, которым в целом и был. Мужик выглядит с иголочки, что в Долике прошлого я никогда не видел. Откуда у пацана такие деньги, я не знал, и это беспокоило меня куда больше, чем уровень над головой.

Долик поднялся мне навстречу, раскинул руки, только обнять не успел. Взгляд у него ушёл мне над голову и там застрял.

Он-то, видать, ехал к мужику, у которого жизнь не задалась, и над этим мужиком ждал увидеть пустоту. А увидел цифру на одну больше своей.

— Фрост, — руки у него медленно опустились. — Ты тоже, что ли…

Дальше слова у него застряли. Долик схватился за горло, согнулся над столом и закашлялся так, что за соседним столиком женщина обернулась с вилкой в руке. Стакан с водой я подвинул ему сам, и половину он расплескал на скатерть, пока пил.

Меня точно также скрутило, когда Лапин спросил, где я был те три часа. Теперь мы оба всё понимали, а сказать друг другу не могли ни слова.

Долик поставил пустой стакан, вытер рот тыльной стороной ладони и вдруг засмеялся, хотя кашель его ещё не отпустил.

— Ну ты даёшь, — выдавил он и наконец обнял меня так, что в спине что-то хрустнуло. — Садись родной, не стесняйся. Я сейчас этого с фартуком позову.

Официант подошёл, едва Долик поднял руку. Меню он даже не открыл и заказал сразу на двоих, причём смотрел он всё это время на меня.

— Карпаччо, салат вот этот, с рукколой, и два горячих, какое у вас там с мясом. — Он покрутил пальцем над столом. — Хлеба побольше, только свежего, чтоб хрустел. И графинчик сооруди мне, чтоб холодный был, добро?

Официант записывал и кивал, хотя Долик на него так ни разу и не взглянул. Потом официант повернулся с блокнотом ко мне, и пришлось открыть меню. Самое дешёвое горячее там стоило в половину того, что я принес сюда. Да, глядя на эти цены, у меня внутри все скручивалось. Самое неприятное, что половину названий я прочитать мог, только понять уже нет, поэтому ткнул пальцем в самое простенькое на вид — суп.

— Мне вот этот суп.

— И всё? — Официант поднял глаза от блокнота.

— Всё.

— Да неси ему мясо тоже, съест. — Долик махнул рукой и даже не обернулся.

— Не съем, Серёг, — сказал я с таким тоном, чтобы он точно понял, что не стоит мне ничего брать сверх того, что уже заказал и дело тут не в деньгах.

Долик глянул на меня, пожал плечами и спорить не стал. Официант постоял ещё над нами с блокнотом и ушёл.

Запотевший графин принесли первым. Долик налил себе и потянулся с графином к моей рюмке, но я накрыл её ладонью раньше, и горлышко стукнуло мне по пальцам.

— Ты чего, Фрост, болеешь? — он распахнул глаза от удивления и уставился на меня.

Графин завис у него над моей рукой. Болел я, да ещё как, только знать ему об этом незачем.

— Нельзя мне, таблетки пью. Врач сказал, что не стоит мешать, а то откинуться могу.

Он глянул меня и поставил графин. Свою рюмку выпил один и закусывать не стал. Раньше от рюмки я не отказывался ни разу, и по лицу у него было видно, что он это помнит.