Туманная жизнь. Том 1 (СИ), стр. 54

Земля почти сравнялась, но слишком ровный рисунок всё ещё выдавал человеческую работу.

Положение выходило даже хуже, чем я представлял по записям графа. Крепость потеряла не только людей. Она лишилась всего, что позволяло ей существовать самостоятельно.

Дорога между тем становилась всё уже.

Под колёсами ещё чувствовалась старая каменная подсыпка, но сверху её закрывал толстый слой земли. По краям росли молодые деревья, ветви которых иногда цеплялись за телеги.

На обочине показался покосившийся каменный столб. Надпись на нём стёрлась, а верхушку раскололи корни.

Савва придержал лошадей перед глубокой выбоиной. Телега накренилась, затем тяжело перевалилась через размытую часть дороги.

Рабочие обошли яму по обочине. Один из наёмников выругался, когда ветка ударила его по лицу, но движение не остановилось.

Если дорогой почти не пользоваться, через несколько лет проехать по ней станет ещё сложнее. Потом лес окончательно сомкнётся, камни уйдут под землю, и крепость окажется отрезана от города не хуже, чем во время Тумана.

Ещё одна проблема, на которую понадобятся люди, время и деньги.

К каравану мы добрались ближе к полудню.

Сначала среди деревьев показалась опрокинутая телега. Она лежала на боку возле дороги, наполовину скрытая высокой травой. Одного колеса не было, другое держалось на расколотой оси и медленно покачивалось от ветра.

За поворотом обнаружились остальные.

Две телеги стояли прямо на дороге. Ещё одну стащило в канаву, где она успела глубоко уйти в размокшую землю. Доски потемнели от дождей, ткань на тюках разорвали, а всё, что лежало сверху, давно растащили звери.

Чуть в стороне виднелась телега с камнем. Она накренилась, одно колесо почти полностью скрылось в грязи, но сама повозка выглядела целой.

Я уже видел эту дорогу. Не целиком и не так спокойно — во сне, чужими глазами, среди серого Тумана, криков и падающих людей.

Тогда на поляне тоже лежала перевёрнутая телега, а возле леса сражались мужчина и женщина, приказавшая Олегу бежать.

Значит, отряд графа действительно добрался до каравана.

А прежний Олег находился вместе с ними, когда начался последний бой.

Савва остановил лошадей.

— Приехали, — сообщил он.

— Весёлое место, — пробормотал один из наёмников.

— Поэтому далеко не расходитесь, — предупредил я.

Люди начали спускаться с телег.

Старший наёмников осмотрел дорогу и ближайшие заросли. После рассказов Игната он уже не выглядел человеком, который считает подобные предосторожности лишними.

— Четверых отправь проверить лес, — распорядился я. — Недалеко. Чтобы дорогу отсюда видели.

— По двое в обе стороны?

— Да. Остальные остаются возле рабочих и лошадей.

Наёмник кивнул и назвал имена. Четверо мужчин разошлись вдоль дороги, не скрываясь за деревьями и постоянно сохраняя друг друга в поле зрения.

Пока они осматривали окрестности, я подошёл к ближайшей телеге.

На земле лежали обломки ящиков, скобы и порванные мешки. От содержимого большей части припасов ничего не осталось. Мука смешалась с грязью, крупу давно склевали птицы, а от сушёного мяса сохранились только обрывки ткани.

Инструменты уцелели лучше. В траве нашлись молоток, две лопаты и топор с треснувшей рукоятью. Немного дальше лежала связка железных клиньев.

Рабочие уже потянулись к находкам.

— Пока ничего не грузите, — остановил я их. — Сначала осмотрим всё целиком.

Бригадир недовольно покосился на раскиданное добро.

— До вечера и так работы хватит.

— Тем более лучше заранее понять, что именно забираем.

Он хмыкнул, но спорить не стал.

Я прошёл дальше по дороге.

Следы боя находились повсюду. В грязи лежали сломанные копья, обломки щитов и отдельные звенья кольчуги. На стволе одного из деревьев темнела длинная полоса, будто по нему ударили чем-то тяжёлым. Рядом валялся меч с погнутым клинком.

Дождь и время почти уничтожили кровь, но кое-где на дереве и ткани ещё оставались бурые пятна.

Тел не было.

Я нашёл несколько мелких, обглоданных костей, однако по таким обломкам не смог бы определить, принадлежали они человеку или лошади. Звери растащили всё, что осталось после боя, а Туман дал им на это целый месяц.

— Тела растащили? — спросил я.

Подошедший Пахом посмотрел под ноги.

— Скорее всего.

— А остальные где?

— Кто ж теперь скажет.

Савва обошёл разбитую телегу и остановился возле канавы.

— Когда мы сюда приехали, тоже никого не нашли. Только вещи, — добавил Савва.

— Часть людей здесь точно погибла, — сказал я.

— А кто уцелел, мог уйти, — заметил Пахом.

Сон подтверждал только одно: бой был, и люди в нём погибали. Сколько человек сумело отступить и сумел ли кто-нибудь вообще, по оставшимся следам понять было невозможно.

В стороне от дороги лежал круглый щит. Грязь почти полностью закрывала дерево, но под ней ещё проступал знакомый герб.

Я перевернул щит ногой.

Крепёж с внутренней стороны оказался разорван, по краю проходили глубокие царапины. Рядом нашлось копьё с обломанным наконечником и остатки кожаного нагрудника.

— Это из крепости? — спросил я.

Пахом присел возле щита и провёл пальцами по гербу.

— Наш, — подтвердил Пахом.

Савва подобрал копьё, осмотрел древко и тоже кивнул.

— Из оружейной, — сказал Савва. — Я их сам перед Туманом выдавал.

Я оглядел дорогу внимательнее.

Вещи бойцов лежали не возле телег, а немного дальше, ближе к лесу. Здесь же виднелись ещё несколько частей доспехов и разорванная перевязь.

Значит, бой не ограничился нападением на сам караван. Кто-то продолжал сражаться уже после того, как телеги остановились.

— Все вещи из крепости складывайте отдельно, — распорядился я.

— Зачем отдельно? — спросил бригадир.

— Чтобы потом ничего не искать заново, — ответил я.

Он махнул рабочим, и люди наконец принялись за дело.

Четверо начали собирать инструменты и уцелевшие ящики. Остальные отправились к телеге с камнем. Бригадир залез в канаву, осмотрел увязшее колесо и выругался.

— Плохо? — спросил я.

— Если сразу тянуть, ось сломаем.

— Что предлагаешь?

— Снять половину камня, подкопать колесо и подложить доски. Потом уже тащить.

Вот для этого мы и привезли восемь рабочих.

Пока двое разгружали камень, остальные принесли лопаты и начали освобождать колесо. Работа шла медленно. Земля под телегой спрессовалась, а камни приходилось переносить к нашим повозкам по одному.

Я оставил рабочих заниматься телегой, а сам прошёл вдоль края дороги.

Следы людей почти исчезли. Землю размыли дожди, траву примяло заново, а звери окончательно перемешали всё, что ещё можно было различить.

На сбор всего, что ещё представляло хоть какую-нибудь ценность, ушло около часа.

Рабочие обошли разбитые телеги и сняли с них всё, что удалось отделить. Уцелели в основном строительные материалы: камень, несколько длинных досок и немного железных скоб.

Можно было бы забрать и сами телеги, но прогнившие доски и ржавые оси могли подвести в самый неподходящий момент.

Оружие и доспехи собирали по обе стороны дороги. Копья, мечи, щиты и части брони лежали не только возле телег, но и среди кустов.

Видимо, бой растянулся на приличное расстояние.

Больше половины находок давно превратилось в металлолом. Клинки были сломаны, кольчуги разорваны, наконечники погнуты.

— Это тоже брать? — спросил один из рабочих, показывая обломок меча.

— Брать, — ответил я.

Железо стоило дорого. Даже если всё найденное придётся переплавлять и перековывать, оставлять его ржаветь возле дороги я не собирался.

Первую телегу постепенно заполнили инструментами, оружием, доспехами и всем железом, которое удалось собрать. На вторую переложили часть камня. Сверху уложили уцелевшие доски и связали груз верёвками.

— Ещё камень грузить? — поинтересовался бригадир.