Туманная жизнь. Том 1 (СИ), стр. 39
— Потому что другого такого зверя у нас нет. И неизвестно, когда появится следующий.
Гаврила Семёнович покачал головой.
— Таких зверей и раньше изучали. Если бы нашли что-нибудь полезное, люди бы знали.
— Может, не нашли. Может, нашли, но до нас ничего не дошло, — возразил я. — Вы сами говорили, что сейчас всем не до исследований.
— Вот именно, — проворчал он. — Людям выживать нужно.
— А я чем, по-вашему, занимаюсь?
Управляющий поднял на меня взгляд.
— Сейчас вы рискуете деньгами крепости.
Разговор начинал меня раздражать.
За последние несколько веков я успел забыть, каково это — спорить с кем-то из-за собственных решений. В прежней жизни я давно ни перед кем не отчитывался.
Если мне требовался редкий материал, я его покупал. Если хотелось провести опыт, закрывался в лаборатории и проводил. Другой архимаг мог высказать мнение, иногда даже полезное, но запретить мне что-либо никто не пытался.
А теперь старый управляющий стоял напротив и доказывал, что я не могу оставить собственную добычу в собственной кладовой.
Ощущение оказалось непривычным.
И довольно неприятным.
Впрочем, Гаврила Семёнович спорил не ради самого спора. Он отвечал за хозяйство и видел перед собой не редкий магический образец, а еду, работников и несколько корзин извести, которые можно купить за шкуру.
На его месте я, возможно, тоже попытался бы остановить господина, собравшегося испортить дорогую вещь ради непонятного опыта.
Попытался бы.
Но решение всё равно оставалось за мной.
— Возможно, я не самый надёжный господин, — сказал я.
Гаврила Семёнович удивлённо посмотрел на меня.
— Особенно если вспомнить всё, что происходило до Тумана, у вас есть причины сомневаться, — продолжил я. — Но эта крепость принадлежит мне по праву наследования. Вместе с проломом, пустой казной и людьми, которых нужно кормить.
— Я не спорю, — осторожно произнёс Гаврила Семёнович.
— Спорите. И правильно делаете. Если я начну выбрасывать последнее серебро, вы должны сказать об этом первым.
Управляющий немного помедлил, затем кивнул.
— Скажу.
— Но решать всё равно мне, — сказал я. — И отвечать потом тоже.
Гаврила Семёнович снова посмотрел на волка.
— А если через два дня ничего не найдёте?
— Тогда потеряем часть стоимости шкуры.
— Крепость потеряет, — напомнил он.
— Крепость, — подтвердил я. — Считайте разницу платой за исследование.
— Дороговато.
— Если ничего не найду — да. Если пойму, как зверь сохранил источник во время Тумана, — дёшево.
Управляющий постучал пальцами по краю стола.
— А если это вообще нельзя повторить на человеке?
— Тогда я это выясню и больше не стану тратить время.
— Вы даже не знаете, что ищете, — заметил он.
— Поэтому мне и нужен целый зверь, а не отдельно шкура, кости и куча внутренностей.
Гаврила Семёнович замолчал. По его лицу было понятно, что ответ ему всё ещё не нравился, однако новых доводов у него не осталось.
— Два дня, — наконец произнёс он.
— Два дня, — подтвердил я. — Потом решим, что делать дальше.
Управляющий тяжело вздохнул.
— Хорошо. Прикрою окно и велю Игнату убрать носилки.
— И кладовую запереть, — приказал я. — Без меня сюда никого не пускать.
— А меня? — тут же вмешалась Машка.
Я посмотрел на неё.
— Тебя особенно.
— Но я могу помогать, — возмутилась девочка.
— Ты уже помогала с зубом.
— Я его даже не тронула!
— Потому что я вовремя заметил.
Машка насупилась, но почти сразу снова улыбнулась.
— Значит, вместе с тобой можно?
— Можно, — согласился я. — Если будешь держать руки при себе.
Она немедленно спрятала их за спину.
— Уже держу.
— Пока держишь, — поправил Гаврила Семёнович и покосился на волчью пасть.
Из коридора донёсся голос бабы Зои:
— Машка! Его светлость нашла?
— Нашла! — крикнула девочка.
— Тогда почему он до сих пор не обедает?
Машка повернулась ко мне и пожала плечами, словно сама не понимала, почему я продолжаю стоять рядом с мёртвым волком, когда нормальные люди давно сидят за столом.
— Пойдём, твоя светлость, — предложила она. — Волк никуда не убежит.
После всего увиденного в этом мире я не был готов полностью исключить такую возможность, но спорить не стал.
На сегодня с меня хватило и Гаврилы Семёновича.
Глава 18
Утром Савва и Пахом собрались в город.
Двух осёдланных лошадей вывели через пролом и остановили возле разрушенной стены. К сёдлам привязали еду, фляги и свёрнутые одеяла. Письмо лежало у Пахома за пазухой, в кожаном чехле.
— Лошадей не гнать, — напомнил Гаврила Семёнович.
— Не будем.
— До города сегодня доберётесь?
— Если дорогу не размыло, к вечеру будем, — ответил Пахом.
— Письмо передайте мэру лично. Дождитесь ответа и возвращайтесь вместе с его людьми, — распорядился я.
Пахом кивнул.
— И к каравану без них не лезьте. Даже если доберётесь раньше.
— Не полезем, ваша светлость.
Из пролома показалась Машка. Она прижимала к груди завёрнутый в ткань узелок и старалась идти осторожно, хотя при каждом шаге оттуда доносился подозрительный звон.
— Баба Зоя велела вам пироги передать, — сообщила она, протягивая свёрток Пахому.
— Вот это правильные сборы.
— И ещё она сказала, чтобы вы не ходили туда, куда не надо.
Пахом нахмурился.
— Куда это мы ходили?
— Не знаю. Но в прошлый раз вы чуть не померли от какой-то болезни.
— От какой ещё болезни?
Машка задумалась, припоминая название.
— Бодун, — вспомнила Машка.
Савва закашлялся и отвернулся к лошади. Пахом посмотрел на девочку так, словно всерьёз размышлял, не оставить ли её без пирогов.
— Это не болезнь.
— А почему тогда вас два дня рассолом лечили?
На этот вопрос Пахом отвечать не стал.
— Письмо, ответ, дорога обратно, — вмешался Гаврила Семёнович. — Остальное потом обсудите.
Я ещё раз посмотрел на Пахома.
— Если мэр откажется помогать, пусть даст письменный ответ с печатью. Насчёт туш сами не торгуйтесь. Сначала их должны осмотреть его люди.
— Понял, ваша светлость.
Они забрались в сёдла и направили лошадей к дороге.
— И не заболейте! — крикнула им вслед Машка.
Савва поднял руку, не оборачиваясь.
Мы дождались, пока всадники скроются за поворотом, после чего вернулись в крепость через пролом.
Оставалось надеяться, что до города они доберутся без приключений и загадочная болезнь под названием «Бодун» на этот раз обойдёт их стороной.
Внутри постепенно начинался обычный день.
Игнат устроился возле пролома и проверял копьё. Гаврила Семёнович ходил по жилой части крепости, прикидывая, какие комнаты можно будет освободить для работников.
Из кухни тянуло свежим хлебом. Машка, едва вернувшись, побежала помогать бабе Зое.
Перспективы по-прежнему оставались туманными. Зато самой жизни вокруг становилось всё больше.
Впервые после пробуждения я нормально выспался. Ночью никто не скребся за дверью, в темноте не шевелились твари и не приходилось постоянно прислушиваться, выдержат ли засовы.
Кровать оказалась жёсткой, одеяло — тонким, а из щели возле окна тянуло холодом. После каменного пола в подвале всё это казалось почти роскошью.
Самое приятное обнаружилось, когда я проверил источник.
После вчерашней схватки с волком в нём оставалось немногим больше трети запаса. Сила, вытянутая из зверя, немного восполнила потери, но заметной разницы не дала.
Теперь энергии стало ощутимо больше.
Я ещё раз внимательно проследил за движением силы. Ошибки не было. Источник понемногу втягивал магию из окружающего пространства и восстанавливался сам.
Процесс шёл медленно, но уверенно. Во время Тумана ничего подобного не происходило.
Если скорость не изменится, к вечеру источник заполнится полностью.