Туманная жизнь. Том 1 (СИ), стр. 22

Заниматься рукой в коридоре не стал. Лечение требовало времени и внимания, а неподвижный человек рядом с двумя свежими тушами слишком походил на ещё одну приманку.

Я вернулся к мешку, забросил его на здоровое плечо и продолжил путь.

До комнаты добрался без новых встреч. Закрыл дверь, опустил засовы, придвинул сундук и только после этого позволил себе сесть.

Мешок остался у стены. Разбирать бумаги сейчас не хотелось.

Я осторожно прогнал силу через повреждённую руку. В каналах боли не было — пострадали кожа и мышцы. Пришлось понемногу отогревать ткани, возвращать чувствительность и убирать последствия холода.

Процесс оказался неприятным, зато вскоре пальцы снова начали двигаться нормально, а белёсые пятна на коже сменились обычной краснотой.

Я опустил руку и посмотрел на неё.

До сегодняшнего дня местная живность пользовалась только когтями, зубами и нездоровым упорством. Теперь одна из тварей ударила по мне настоящей магией.

Это меняло слишком многое.

Первой мыслью было, что мне просто попалась новая разновидность. До сих пор я встречал только тварей, которые решали любые вопросы зубами, когтями и численным превосходством.

Рано или поздно среди них должна была обнаружиться особь с более широким набором способов испортить мне день.

Но дело было не только в морозной волне.

Во второй туше оказалось слишком много силы. Даже после заклинания она сохранила больше, чем обычные твари. Значит, энергия в ней не убывала постоянно, как раньше у меня.

В первые дни после переноса сила уходила из источника сама по себе. Потом утечка прекратилась, когда я закрыл дверь в подвал.

А значит, твари тоже перестали её терять.

В последние дни в каждой новой туше оставалось немного больше силы. До сих пор я считал это случайностью. Морозная волна доказала обратное.

Раньше мне казалось, что утечку из моего источника остановила закрытая дверь подвала. Теперь выходило, что сила перестала уходить и у обитателей коридоров.

Точнее, сила перестала убывать не только у меня. Твари тоже начали её сохранять, а вместе с запасом к ним возвращались способности, которыми они прежде не могли пользоваться.

Я снова посмотрел на покрасневшую руку.

Сегодня мне попался холод. Завтра могла встретиться тварь с огнём, ядом, защитой или чем-нибудь особенно неприятным, что местная природа бережно приберегла для торжественного знакомства.

Рассчитывать на то, что остальные ограничатся когтями из уважения к моему тяжёлому положению, не стоило.

Моя прежняя тактика сразу устарела. Держаться подальше от пасти было полезно, но недостаточно, если эта пасть умела выплёвывать заклинания через половину коридора.

А источник оставался прежним. Маленьким, быстро опустошавшимся и неспособным вместить даже половину добычи.

Нужен щит. Но с таким объёмом источника я его не потяну.

До этого его расширение было следующим этапом, который можно начать после архива, старого спуска и остальных срочных дел. Теперь очередь закончилась.

Книги подождут. Кладка тоже пока стояла.

Источник нужно было расширять немедленно. Потому что тварям для возвращения магии моего разрешения, похоже, не требовалось.

Решение было простым. Исполнение — как обычно.

Я закрыл глаза и сосредоточился на источнике. После вытягивания силы из тварей и лечения руки он оставался заполнен примерно на две трети.

Каналы уже могли пропустить плотный поток без боли, но сам запас по-прежнему был смешным. На короткий бой — хватало, если противник вёл себя прилично и умирал вовремя. Щит требовал совсем другого расхода.

Значит, источник придётся расширять.

В отличие от каналов, его нельзя было просто растянуть потоком. Источник представлял собой замкнутую структуру, удерживающую силу внутри.

Если надавить слишком резко, оболочка повредится и источник разрушится полностью. После этого проблемы с тварями потеряют значение: магом я быть перестану, а обычным мечником в теле Олега долго не проживу.

Работать нужно постепенно. Заполнить источник почти до предела, равномерно распределить силу по внутренней границе и медленно давить наружу, не позволяя оболочке истончаться в одном месте.

Затем укрепить растянутый участок и повторить всё заново.

Просто, если описывать словами.

На практике придётся одновременно удерживать сотни точек, следить за давлением и вовремя останавливаться. Любая ошибка оставит слабое место.

Источник с таким повреждением может спокойно пережить тренировку, а потом разойтись во время боя, когда через него пойдёт настоящий поток.

Особенно приятно будет узнать о допущенной ошибке в тот момент, когда перед лицом летит очередная морозная волна.

Поэтому нужно делать перерывы пару часов между расширениями.

Я открыл глаза.

Начинать после четырёх часов в архиве, драки и лечения руки было нельзя. Для такой работы требовались спокойствие, полный источник и голова, не занятая желанием лечь на пол.

Сначала следовало поесть и отдохнуть. Потом добрать недостающую силу и провести первый цикл расширения.

Мешок с книгами стоял у стены. Ещё два ждали в архиве, за кладкой кто-то медленно расшатывал камни, а твари начали вспоминать магию.

Дел становилось всё больше.

Следующие пять дней я занимался расширением источника.

Схема получилась простой. Сначала уходил на охоту, находил одну или две твари и убивал их. Затем тащил туши в комнату, вытягивал силу и переполнял источник, заставляя его стенки медленно раздвигаться.

После каждого расширения делал перерыв не меньше двух часов, чтобы оболочка успела окрепнуть и привыкнуть к новому объёму.

Потом повторял всё заново.

За один раз источник удавалось увеличить совсем немного. Первые изменения я скорее чувствовал, чем мог оценить, но к концу второго дня разница стала заметной.

До нормального объёма было ещё далеко, зато теперь я хотя бы мог создать щит и не остаться сразу после этого без единой капли силы. Проверять его без необходимости не стал.

Магия по-прежнему не возникала из воздуха, а тратить добытое на красивое свечение перед стеной было занятием для людей с более спокойной жизнью.

Туши приходилось приносить с собой. Оставлять добычу в коридоре было расточительно: после первого расширения источник освобождал часть объёма, и через два часа из той же твари можно было вытянуть ещё немного силы.

Одна удачная охота обеспечивала несколько циклов, если добычу раньше не начинали жрать её менее удачливые родственники.

Полностью опустошённые туши я вытаскивал за дверь и отволакивал подальше. Комната и без того пахла так, будто здесь открылся склад несвежего мяса, а превращать собственное убежище в заполненную падалью яму не хотелось.

Спать между панцирями и когтистыми лапами можно, но только если все остальные жизненные планы уже окончательно провалились.

Пока мне везло. Все встреченные за эти дни твари нападали по старинке — когтями и зубами. Возможно, магических способностей у них не было.

Возможно, они просто не успевали ими воспользоваться. Проверять, какой вариант правильный, я не торопился. Морозной волны для расширения кругозора мне пока хватало.

На охоте теперь приходилось действовать осторожнее.

Я больше не бросал стрелы сразу, а несколько секунд наблюдал за тварью, проверяя, не собирается ли вокруг пасти огонь, иней или что-нибудь ещё.

Со стороны это, наверное, выглядело как уважительный обмен взглядами. Обычно знакомство всё равно заканчивалось одинаково: тварь бросалась вперёд, а я старался убить её раньше, чем она продемонстрирует скрытые таланты.

Зато за добычей приходилось уходить всё дальше. Ближайшие коридоры я вычистил почти полностью, старые приманки больше никого не привлекали, а скрежет теперь доносился из глубины подвала.

Каждый новый выход занимал больше времени, и возвращаться с тушей становилось тяжелее.

Источник рос заметно быстрее, чем мышцы Олега, а мёртвые твари почему-то не желали становиться легче из уважения к моим усилиям.