Реликтомант. Дилогия (СИ), стр. 105
Эля тем временем отошла от упавшего купола и от баков подальше, шагов на двадцать. Под корзиной уже расползалось мокрое пятно, и подносить к нему огонь я бы не советовал даже демону.
Тот, что прятался за крестом, решил, что про него забыли, и рванул через площадь к амбару. Эля дала короткую струю ему наперерез. Демон завизжал, шарахнулся назад и угодил прямо под вторую.
Последнего нашёл Булыч, которого я к тому времени отстегнул от поводка.
Пёс подбежал к крыльцу соседнего дома, сунул нос под нижнюю ступеньку и залаял громко и требовательно. Из темноты под ступенькой сверкнули жёлтые глаза. Лезть туда в одиночку Булыч не стал, и правильно сделал. Дело вахтёра найти нарушителя, а выводить его положено начальству.
Я ткнул под ступеньку мачете. Демон выскочил с другой стороны крыльца, и Булыч поймал его за заднюю лапу. Мне хватило и этой секунды.
Серьёзной драки так и не случилось. Без высшего эта мелочь годилась разве что на то, чтобы водить по деревне усталых людей на верёвке.
Мелкая нечисть тут явно смелеет ровно настолько, насколько велик тот, кто стоит у неё за спиной.
Я обошёл площадь по краю и заглянул в оба переулка. Других демонов поблизости не нашлось. Только в бурьяне за амбаром сидел облезлый коекаковский страус обычного для них в этом мире маленького размера и неодобрительно квохтал. Видимо тоже из одичавших. Но домой мы его однозначно заберём.
Дальше пришла очередь пленников.
Шестеро мужчин видели нашу посадку от начала до конца.
Сидели они у края площади, куда их бросили демоны, когда тем стало не до пленников. Руки у всех были связаны за спиной, а между собой их соединяла одна длинная верёвка, пропущенная под локтями.
Сначала они ждали креста и ножа. Потом с неба опустилась огромная непонятная штука, и пленники, судя по лицам, решили, что прибыла очередная демоническая неприятность, покрупнее прежней. А когда эта неприятность раздавила их мучителя, они окончательно перестали понимать, что происходит.
Самый молодой, с жидкой бородкой, так и сидел с открытым ртом. Рядом коренастый мужик с перебитым носом что‑то беззвучно бормотал. Третий, тощий и длинный, всё пытался отползти подальше от корзины, но верёвка его не пускала.
Их поражало всё подряд, от корзины до рыжей собаки, которая только что выгнала демона из‑под крыльца.
Изумление это я заметил, но значения ему пока не придал. После долгого плена люди и не так себя ведут.
Эля подошла поближе, чтобы посмотреть, кого мы спасли.
И замерла на полушаге, так резко, что огнемёт качнулся у неё на ремне.
Смотрела она на худого мужчину в середине связки. Тот единственный из шестерых держал спину прямо и не открывал рта. Дорогая когда‑то рубаха с вышивкой по вороту превратилась на нём в серую тряпку, а волосы отросли и свалялись. При этом на нас он поглядывал свысока, хотя сидел на земле.
Эля попятилась ко мне.
– Никифор, – шепнула она, не сводя с него глаз. – Это Райнер. Райнер фон Мерк.
Фамилию эту я уже слышал.
– Тот самый? – уточнил я. – Который к нам приходил?
– Он, – Эля почти не шевелила губами. – Сын лорда Герхарда. Боевой маг, и очень сильный. Когда он явился к нам в прошлый раз, его все приняли за самого опасного противника, какого только можно было ждать.
Однако, сейчас, глядя на него, я бы сказал, что мы его сильно переоценили. Ну или здорово недооценили высшего, с которым, благодаря удаче, удалось справиться столь легко.
Но всё же, зачем такой человек, как Райнер, мог оказаться в Порченых землях, Эля понимала прекрасно. Я, впрочем, тоже.
– Он уже пытался до нас добраться, – продолжила она и перевесила огнемёт на другое плечо. – А сейчас пришёл не один. Это его люди, Никифор. Они шли к нам, и вряд ли с подарками.
Я ещё раз внимательно оглядел пленников.
Пятеро крепких мужиков явно привыкли к оружию. Это читалось по рукам и по тому, что даже связанные они уселись лицом к площади, чтобы иметь хороший обзор. А шестым среди них сидел маг.
Теперь вопросы у меня появились совсем другие.
– Давай не будем торопиться их развязывать, – тихо предложила Эля. – Им заплатили за тебя. Развяжем, и они просто вернутся к работе.
– Могут и вернуться, – не стал спорить я.
– Особенно он, – Эля мотнула головой в сторону Райнера. – С магом такого уровня без крайней нужды лучше не связываться.
Я был с ней в целом согласен. Ни одной причины считать, что после спасения эти шестеро вдруг полюбили меня всей душой, не имелось.
Благодарность у наёмников обычно живёт до первого нового платежа.
Почему боевой маг до сих пор сидел на одной верёвке со всеми? Тут я мог только гадать. Либо силы у него закончились ещё в плену, либо он ждал минуты поудобнее.
С другой стороны, оставить их связанными я тоже не мог.
– А если не развязывать, то что дальше? – спросил я. – Бросим их тут?
– Хотя бы пока, – неуверенно ответила Эля.
Я кивнул на торчащие из‑под корзины руки.
– Видишь его? Он держал их для себя. Как думаешь, скоро за ними явится следующий хозяин? В Порченых землях желающих хватает.
Эля промолчала.
– Если уж бросать их тут связанными, то честнее сразу прирезать самим, – продолжил я тем же ровным голосом. – По крайней мере, выйдет быстро.
Элю такой довод совсем не обрадовал. Она закусила губу и крепче сжала ремень огнемёта.
Только доставать оружие я вовсе не спешил.
Убивать шестерых связанных людей без разбора не входило в мои планы, тем более что я пока понятия не имел, кто из них за что отвечает.
На площади все они выглядели одинаково, шесть заросших мужиков на одной верёвке, и поди разбери, кого из них есть за что резать, а кого и вовсе не за что.
Варианты в голове выходили сплошь кривые. Развяжешь всех разом, и неизвестно, в чью сторону они потом повернутся. Забрать с собой тоже не выйдет. Корзина у нас на двоих, да и после такой посадки шар сначала надо осматривать и чинить, а уже потом поднимать в воздух хоть кого‑нибудь.
К тому же они видели шар. Теперь они знают, что такая штука существует, и почти наверняка узнали Элю, хоть мы и постарались изменить ей внешность перед вылетом.
Отпустить их в Вальдбург значило бы потерять любое преимущество и раскрыть все наши карты разом.
В общем, положение складывалось на редкость неудобное.
Пока я думал, пленники понемногу приходили в себя.
Первым заговорил крайний в связке, жилистый мужик лет сорока с цепкими глазами. В бороде у него застряла сухая травинка, и он то и дело пытался сдуть её уголком рта.
– Вы что же, правда прилетели по воздуху? – спросил он, разглядывая купол на кресте.
– Правда, – подтвердил я. – Пешком сюда далековато.
– Курт, – запоздало представился он, хотя об этом его никто не спрашивал. – А людей на этой штуке возить можно? С одного места на другое?
Он снова уставился на огромный купол, и травинка в бороде качнулась.
– Через лес перелететь можно? А через демонские гнёзда? – продолжал допытываться Курт. – И обязательно при этом садиться кому‑нибудь на голову?
Последний вопрос меня развеселил.
– Посадка на демона в обычную программу воздухоплавания не входит, – с самым серьёзным видом пояснил я. – Сегодня просто так сложилось.
Курт меня уже не слушал. Глаза его загорелись, а в голове явно защёлкали костяшки счётов.
– Это ж наёмников можно возить поверху! – заговорил он, обращаясь не то ко мне, не то к самому себе. – Над Порчеными землями, где ни одна тварь не достанет. Купцам больше не придётся гонять обозы по опасным дорогам. Редкий товар, письма, лекарства, разведка! Да на этом озолотиться можно!
Остальные пленники пока просто радовались, что живы. Молодой с жидкой бородкой улыбался во весь рот, а коренастый перестал бормотать и шевелил затёкшими пальцами за спиной.
Курт же прямо на глазах сочинял себе новое дело.
– Я открою гильдию, – объявил он и гордо вскинул голову, но потом поправил себя, – Мы откроем. Ваша технология, мои знания маршрутов… нам точно надо работать вместе. Именно так, – уверенно закивал он, – вы не думайте, что я какой‑то там проходимец. Я известный наёмник. С репутацией.