Реликтомант. Дилогия (СИ), стр. 104
Эля опустила бинокль и вцепилась свободной рукой в край корзины.
– Их сейчас привяжут, – проговорила она быстро и тихо. – Никифор, это ритуал. Тот же самый, что был с нами.
– Вижу, – кивнул я, не отрывая глаз от площади. – Мимо мы не полетим.
Эля спорить не стала. Только проверила пряжку страховочного ремня и затянула его потуже.
Мог ли я пролететь мимо? Разумеется. Ветер сам тянул нас к городу, и шестерых незнакомых мужиков мне никто не поручал. Вот только потом всю дорогу пришлось бы делать вид, что я ничего не заметил. А врать самому себе я за всю жизнь так и не выучился.
Площадь оказалась приличной, шагов сорок в поперечнике. Корзина встанет на такую с запасом. А вот кресты по краям мне сразу не понравились. Купол у нас большой, и если ветер уложит его на один из них, ремонт растянется надолго.
По кустам у околицы было видно, что внизу тянет ровно, без порывов, прямо на площадь. Я ещё раз дёрнул шнур и повёл шар на посадку.
Человек в тёмном остановился.
Сначала он просто стоял и смотрел вверх, на нас. Демоны вокруг него тоже задрали морды, а один от неожиданности выпустил верёвку с пленниками.
А потом человек повёл плечами и начал расти. И я сразу же убедился, с кем имею дело, и что никакой это не человек.
Видимо, двух чужаков на огромном летающем мешке он счёл угрозой для своего ритуала. В общем‑то, не ошибся.
– Никифор! – Эля схватила меня за рукав так, что корзина качнулась. – Он меняется! Это высший демон!
Тело демона вытягивалось прямо на глазах. Он прибавил в росте на голову, потом ещё на одну, и одежда на нём затрещала по швам.
Я открыл горелку на пару секунд. Для посадки я выпустил часть горячего воздуха через клапан, и теперь его нужно было срочно добавить обратно, чтобы шар затормозил. Пламя загудело, но шар продолжал спускаться.
А демон тем временем вытянулся вверх и оказался почти у нас на пути.
– Эля, вниз! – Я ухватил её за ремень. – Садись на дно и держись двумя руками!
Она присела и обхватила прутья. Булыч уже лежал на дне корзины, распластавшись на брюхе, и короткий страховочный поводок держал его у моего сапога.
Превращение демон закончить так и не успел.
Ростом он стал уже вдвое выше человека. Из плеч у него лезли две новые тонкие руки. Сюртук на спине лопнул по шву, а над головой торчали почти готовые рога. Лицо сделалось наполовину звериным, но рот и подбородок пока оставались человеческими.
Высший поднял голову и увидел прямо над собой днище корзины.
Ещё мгновение назад он, наверное, прикидывал, как будет рвать незваных гостей на куски. Теперь у него появилась забота поважнее.
Подачу топлива я уже перекрыл, а шнур клапана держал открытым. Тормозить нам было нечем, да и некогда.
Корзина налетела на демона с таким грохотом, что у меня клацнули зубы.
Днищем она ударила его в грудь и опрокинула спиной на камни. Ветер купол не отпустил, а потащил дальше через площадь, и корзину поволокло по земле прямо по демону. Тот попробовал её отпихнуть, но новые руки до днища не доставали, а старые оказались прижаты к телу.
Посреди площади из земли выступала широкая каменная плита. По всему выходило, что на ней всё и должно было случиться. Корзина доехала до её края, зажала демона между днищем и камнем и опрокинулась.
Под нами громко и противно хрустнуло. Демон дёрнулся раз, потом другой и затих.
Купол ещё немного продержался в воздухе, потом начал медленно оседать. Краем он зацепился за ближний крест и остался на нём, лениво шевелясь на ветру.
Некоторое время я лежал на боку, щекой на прутьях, и ждал, пока в ушах перестанет звенеть.
Внутри корзины всё перемешалось. Дорожный мешок съехал в угол, фляга укатилась мне под колено, а запасной моток верёвки размотался и лёг поперёк Эли, так что из‑под него торчали только её сапоги и кончик огнемётного шланга.
Откуда‑то сбоку капало. Пахло нашим лучшим спиртом, и было его до обидного жалко, потому что гнали мы его вовсе не для того, чтобы поливать чужие площади. Я нащупал вентиль ближнего бака и закрутил до упора, хотя течь, судя по звуку, шла из шва.
– Эля, живая? – первым делом позвал я.
– Живая, – глухо отозвалась она из‑под верёвки и зашипела сквозь зубы. – Коленкой ударилась. Сейчас пройдёт.
Булыч выбирался из‑под дорожного мешка сам, пятясь задом и недовольно ворча. Поводок перекрутился у него вокруг лапы, и пёс сердито дёргал ею, пока не освободился.
Мне досталось по левому плечу, и шевелить им теперь хотелось как можно меньше. Корзину тоже перекосило. Одну стенку вмяло внутрь, а пара планок на ней треснула.
Я выполз наружу и обошёл корзину кругом.
Из‑под днища торчали две тонкие серые руки с маленькими кривыми пальцами. До нормального размера они так и не доросли.
Мёртв ли демон окончательно, по одним рукам сказать было трудно. Высшие, как я понимал, народ живучий, а щупать пульс у такого меня совсем не тянуло.
К счастью, Система избавила меня от этой заботы.
'Уничтожен высший демон.
Способ: падение летательного аппарата на голову. Опыт начислен.
Бонус за победу над противником значительно выше вашего уровня.
Внимание. Получен 14 уровень.
Внимание. Получен 15 уровень.
Получено очков навыка: 5.
Питомец Булыч находился на борту. Опыт начислен за компанию.
(Посадку засчитать не можем. Победу засчитали дважды.)'
Пятнадцатый уровень за одну неудачную посадку. Такой обмен меня вполне устраивал.
Вот теперь можно было и выдохнуть.
Я сел на край каменной плиты и огляделся.
При других обстоятельствах встреча с высшим демоном могла стоить жизни нам обоим. А закончилась она тем, что мы на него просто упали.
Не буду врать, что я это планировал, хотя ситуацией безусловно воспользовался.
Но повезло нам совершенно неприлично. Как сказал бы мой племянник на такой сюжетный ход в книжке про попаданцев. Рояль. Как есть рояль.
Эля выбралась из корзины следом и встала рядом, растирая колено. Подведённая бровь у неё размазалась до самого виска.
– Эля, ты знаешь, на кого мы с тобой сейчас похожи? – спросил я.
– На кого? – Она подозрительно прищурилась, явно ожидая подвоха.
– На Элли с Тотошкой, – я кивнул на Булыча. – Тотошка у нас имеется, девочка по имени Эля тоже. Даже домиком кое‑кого прихлопнули.
– Какая ещё Элли? – Эля нахмурилась, и размазанная бровь поползла вниз. – Это кто‑то из твоего мира?
– Это из сказки, – пояснил я. – Есть у нас такая, детская. Там девочка прилетела в чужую страну на домике и случайно раздавила злую волшебницу. У нас вариант вышел поскромнее. Домик заменили корзиной, а волшебница не подвернулась, пришлось обойтись демоном.
Эля посмотрела на торчащие из‑под корзины руки.
– Страшные у вас сказки, – серьёзно заключила она.
Булыч в это время обстоятельно отряхивался от пыли, от ушей до куцего хвоста. Своё участие в сказочных событиях он, кажется, оценивал без всякого восторга.
На этом шутки и кончились. Вокруг всё ещё бегали низшие демоны, а у края площади сидели на земле связанные люди.
Без хозяина его мелкие слуги совсем растерялись.
Двое кружили возле корзины, тыкались мордами в торчащие руки и тонко поскуливали. Ещё один забился за крест и выглядывал оттуда одним глазом. Трое сорвались с места и удрали в переулок между амбарами, только пятки засверкали. Гнаться за ними я не стал.
Пара мелких пострадала ещё при посадке. Один лежал у плиты с вывернутой лапой и пытался ползти. Второго краем зацепила корзина, и теперь он сидел на земле, мотая башкой.
Мачете висело на поясе. Ныло у меня левое плечо, а рублю я правой, так что и в этом повезло.
Первого из тех, что крутились возле корзины, я снял коротким ударом сверху, пока он обнюхивал хозяйскую руку. Второй развернулся, зашипел и бросился мне в ноги, низко, почти на брюхе.
Я отступил на шаг и встретил его клинком, когда он проскакивал мимо. Раненых я добил по очереди, без спешки, сначала того, что полз, а потом и второго, который успел очухаться и уже примеривался к моей ноге.