Бастард Императора. Том 32 (СИ), стр. 29
Я стал бы яркой вспышкой. Сигналом, который привлёк бы сюда Сарнойла раньше, чем я успею разобраться с последствиями.
Здесь же такого не произойдёт.
Я развернул плечо, возвращая клинок на линию атаки.
Богиня отбила очередной удар, однако на этот раз в её взгляде проступило нешуточное удивление, а внимание сместилось мне за спину.
Там раскрываются печати. Не обычные круглые, которые все привыкли видеть. Совсем иные.
Центральная имеет форму шестиугольника. Ярко-жёлтые грани замыкаются одна за другой, соединяясь прямыми линиями с остальными фигурами. Свет проходит по углам, заполняет внутренние знаки и вспыхивает настолько резко, что вокруг впервые отчётливо проступают каменный пол и край тёмного платья богини.
Все фигуры за моей спиной горят тем же жёлтым светом.
С момента моего нападения прошло не больше доли секунды. Но я чувствую, как с каждым мгновением сгущается энергия богини.
Она уже не просто давит на тело. Пространство вокруг начинает подчиняться её решению, сжимаясь там, где я собираюсь поставить ногу, и затвердевая перед следующим движением руки.
Ещё немного — и я могу проиграть этот бой. Ведь весь этот мир полностью подвластен ей.
А ещё я знаю, что сейчас должно что-то произойти. Что-то, что даже я не могу учесть.
Мир не любит, когда кто-то играет не по правилам. И уж тем более — когда пытается изменить предначертанную судьбу.
Богиня наносит свой удар.
Её ладонь с плотно сведёнными пальцами несётся ко мне, рассекая расстояние настолько быстро, что тёмная ткань возле запястья не успевает последовать за рукой.
Я ещё сильнее задействовал энергию источника Бога, находящегося в душе.
Тот ответил сразу.
Жар стал обжигающим. Спираль раскрылась шире и ускорила движение, а в тело хлынуло такое количество энергии, что на короткое мгновение я перестал ощущать собственные пальцы.
Каналы натянулись, а грудь сдавило.
Я направил силу дальше, не позволяя ей задержаться внутри, и все печати за моей спиной одновременно двинулись через меня к богине.
Сам же выставил перед собой клинок, удерживая его одной рукой сверху и подставляя под плоскость снизу предплечье другой.
Пальцы богини ударили по оружию.
Жёсткий гул прошёл через кости, отдаваясь в плечах и позвоночнике.
Меч из тёмной энергии не выдержал.
По лезвию разбежались трещины, и в следующий миг оно раскололось, разлетаясь неровными чёрными обломками. Часть кромки ещё сохраняет форму, но остальное уже рассыпается, не выдерживая чужого давления.
И в этот момент я ощутил, как позади дрогнула энергия.
Краем глаза заметил, что богиня смотрит немного вправо, и сам перевёл взгляд туда.
Сбоку от меня, пригнувшись и стремительно несясь на неё, появилась Настя.
В её руке находится клинок, заключающий в себе часть души её отца.
Настя держит его перед собой, направив остриё в богиню, и двигается с такой скоростью, которой ещё мгновение назад у неё просто не могло быть.
Источник Бога в моей душе резко охладел. Жар оборвался, и я почувствовал отток энергии.
От меня и к Анастасии.
Так вот он, твой ход, мир? Думаешь, что переиграешь меня?
Вот уж вряд ли…
Похоже, часть судьбы действительно не изменить. Но я всё же возьму её нити в свои руки!
Жёлтые печати проносятся мимо меня. Рядом с ними — Настя. Богиня отвела ударившую руку и отпрыгнула назад, впервые разрывая дистанцию. Подол платья скользнул над камнем, а другая ладонь уже поднялась навстречу девушке.
Анастасия мгновенно полностью замерла.
Но мою печать богиня не атакует. Даже сейчас.
А всё потому, что она знает, что произойдёт, если сделает это.
В этот момент в моей руке появился другой клинок тёмной энергии.
Несколько мгновений назад:
Анастасия летела спиной к порталу, отчаянно протягивая руку к Сергею. Время для неё словно замедлилось.
Впереди сталкивались тёмный клинок и ладони богини. Их движения сливались в короткие размытые линии, а от каждого соприкосновения расходилась настолько плотная энергия, что, окажись на её пути любое государство, его просто смело бы.
Каменный пол вспыхивал под ногами Сергея.
Тьма расступалась на долю мгновения, затем снова смыкалась вокруг сражающихся. Защитная воля ещё удерживалась возле Анастасии, не позволяя ударным волнам добраться до неё напрямую, но каждый новый толчок отдавался в груди тяжёлой болью.
Девушка тянулась к парню и продолжала отдаляться, и глубоко внутри всё сильнее сжималась тоска, смешанная с болезненным ощущением, что её просто использовали…
Да, здесь и сейчас Сергей спасает её. Она понимала это. И сама сказала, что готова на всё ради спасения Вики.
Вот только, видя, как с каждым миллиметром он отдалялся всё дальше, Анастасия невольно подумала, что, если Сергей и сейчас мог спокойно включить её в свои планы, а затем просто выбросить из происходящего, кто сказал, что в будущем всё не повторится?
Он сам рассказывал, что сильные мира сего всегда используют тех, кто слабее.
Просто потому, что знают: у слабых недостаточно знаний, чтобы понять происходящее, и недостаточно сил, чтобы что-либо изменить.
Но что, если Сергей тоже такой и сам этого не осознаёт? Что может видеть со своей стороны тот, кто сам обладает силой на фоне других?
Анастасия, с отчаянием вытягивая пальцы ещё дальше, попыталась развернуться в воздухе, однако тело продолжило лететь к выходу.
Сергей часто многое скрывает и часто недоговаривает.
По его взгляду порой кажется, что в голове парня одновременно роятся тысячи мыслей, но ни одной он не собирается делиться. Смотрит на собеседника, отвечает, принимает решение и уже идёт дальше, оставляя остальных разбираться, что именно сейчас произошло.
Возможно, ей и остальным действительно не требуется знать всё… Возможно, эти знания однажды навредят… Возможно, сейчас он действительно не может ничего объяснить, и у него не осталось выбора, кроме как использовать её…
Но это неправильно! Неправильно нести всё только на своих плечах, отбрасывая прочь других, только потому, что они слабее!
Анастасия стиснула зубы, продолжая смотреть на удалявшегося Сергея, и вдруг вспомнила совсем другой разговор.
Прошлое время:
— Ты задаёшь странные вопросы, — покачала головой Эйр.
Они сидели в кабинете на двух разных диванах, разделённых невысоким столиком. У окна лежали несколько закрытых папок, в остывающих чашках темнел чай.
Анастасия держала на руках маленькую Вику и слегка покачивала её, пока кроха сосала соску.
Ребёнок устроился удобно, прижавшись к ней боком и согнув ноги. Иногда Вика шевелила пальцами, цепляясь за ткань, и Настя каждый раз осторожно поправляла ладонь у неё под спиной.
Эйр закинула ногу на ногу и положила руки на спинку дивана, раскинув их в разные стороны.
— Мой брат не несёт всё на своих плечах. Он просто не может делегировать никому из вас практически ничего из того, что его окружает. Ты сама могла заметить, что события вокруг закручиваются всё сильнее и сильнее. А всё потому, что мир знает: грядёт битва, от которой будут стонать и сами звёзды. Однако, знаешь, иногда, чтобы помочь, достаточно просто отойти в сторону и не мешать.
Анастасия, нахмурившись и продолжая покачивать Вику, посмотрела на неё.
— Разве это правильно? Неужели всё действительно нужно оставить в его руках? Я считаю, что так не должно быть.
— А я когда-то думала, что так правильно.
Эйр отвернулась к окну, посерьёзнев настолько резко, что Анастасия невольно перестала двигаться.
Девочка на её руках недовольно пошевелилась, и Настя снова принялась осторожно укачивать её, не отрывая взгляда от Эйр.
— Я ждала, что мой брат однажды перестанет искать непонятно что и наконец решится создать… восстановить Род. Но после того, как всё произошло, после того, как умерли его самые близкие друзья, и после того, как он остался один в Ничто… — Эйр медленно покачала головой. — Я решила, что больше никогда не буду отходить в сторону и чего-то ждать…