Игры на выживание (ЛП), стр. 50

Но эта идея была безумной... разве нет?

Я не мог быть уверен. Когда Крис спустился на капот минивэна, море червей определенно отступило. Оно и раньше спадало, но когда он спустился на капот, оно заметно отступило. Мое воображение подсказывало мне, что это потому, что оно заманивало его. Возможно. Но, возможно, оно просто отреагировало на шум, который он производил, на его шаги. Может быть, оно почувствовало добычу и собиралось нанести удар. Потому что оно ударило. Оно выпустило псевдоподию, состоящую из слизи и тысяч и тысяч личинок, которая обрушилась на него, как волна, набегающая на пляж, или, что более точно, как рука, отмахивающаяся от насекомого.

Я не хотел придавать этому слишком большого значения.

Я не хотел приписывать этому организму интеллект. То, что оно сделало, было, вероятно, инстинктивным, но это точно не было случайностью. Море было вялым и безветренным, не было никаких течений, которые могли бы поднять такую волну. Я видел это. Ее гребень достигал более шести футов.

Если оно могло сделать это, то, вероятно, могло бы добраться до нас, находящихся на крыше фургона, точно так же. И если бы у него было время, оно бы это сделало.

Я должен был что-то сделать.

Я должен был что-то придумать.

Я взял у Робин еще одну сигарету, чтобы сосредоточить мысли. У меня была идея, но она была чертовски рискованной. Мне нужно было сконцентрироваться. Когда я взял сигарету, Робин не выпятила мне грудь. Она забилась в свою оболочку и выглядела примерно так же страстно, как миска холодной каши.

Я стоял там, осматривая море и окрестности.

О да, это было выполнимо. Опасно, самоубийственно, но, безусловно, выполнимо. Если бы мне удалось это осуществить и мы смогли бы пережить цепную реакцию, которую я вызову, мы были бы в безопасности. Многое зависело от червей. По сути, зависело практически все.

СУЩНОСТЬ

Когда я объявил о своих планах, Сэнди начала дрожать всем телом. Она заплакала и стала жаловаться, что останется одна, что ее бросят умирать. Робин просто уставилась на меня. В прошлый раз ей потребовалось немало времени, чтобы успокоить Сэнди, а такие вещи, как сочувствие и утешение, давались ей нелегко. Ей приходилось прилагать настоящие усилия, чтобы вести себя по-матерински.

Но что действительно вывело ее из себя, так это мой план. - Ты умрешь, Стив. Ты, блядь, умрешь, и что потом? Что, блядь, я буду делать с больной ногой и истеричной бабой?

- Я не истеричная, - сказала Сэнди.

Думаю, в любой другой раз я бы разразился смехом, но в этой ситуации не было ничего смешного. Совсем ничего смешного. Солнце приближалось к горизонту, и, как я подсчитал, через тридцать минут наступит полная темнота, а у меня не было времени излагать свою теорию об этой сущности.

- Будет жарко, - сказал я. Они переглянулись и, похоже, не возражали против этой идеи, потому что становилось прохладно и они оба дрожали. - Я имею в виду жарко, чертовски жарко. Я хочу, чтобы вы оба легли плашмя. Понимаете? Плашмя. Лицом вниз.

Робин ворчала, но я видел, что она рада, что я что-то придумал. Я тоже был рад. Я только надеялся, что это сработает.

Я взвалил АК на плечо.

Море червей снова поднималось, словно оно догадывалось, что я собираюсь сделать. Это, конечно, невозможно, но казалось, что они/оно догадывались. Было бы неплохо, если бы я смог разработать свой план, находясь на крыше фургона, но оттуда я не мог найти подходящий угол для стрельбы.

В отличие от Криса, который продвигался вперед по цепочке машин, мне нужно было вернуться назад.

Снова воспользовавшись линиями электропередач, я сполз на седан позади нас. Море червей дрожало. Оно дрожало, как желатин, - по его поверхности прокатывались странные мелкие волны. Это было почти так, будто оно находилось в ожидании, испытывало тревогу и беспокойство.

Я спустился на багажник седана и перепрыгнул на капот следующей машины, быстро взобравшись на крышу и отгоняя червей. Море червей начало отступать, как и перед тем, как оно напало на Криса.

Давай, давай! Сделай это, или тебе, блядь, конец!

Я прислушался к этому голосу и спрыгнул на багажник. Между машиной и стоящим позади пикапом был зазор в три-четыре фута. Пришлось бы неплохо прыгнуть. Если я облажаюсь, то мне точно не миновать судьбы корма для червей. Море червей бурлило тайными течениями, сгущаясь, словно мышцы руки, готовящейся к удару.

Выдавив из себя крик, я прыгнул.

И прыжок получился отличным. Я приземлился на капот пикапа, и в тот же миг мои ботинки поскользнулись на слизи. Я упал на живот. Я почувствовал, как скольжу обратно в море. Я вытянул одну руку вперед и ухватился за стеклоочиститель. Я подтянулся на капот. Я заполз на крышу.

Вот оно.

Вот оно - яйцо того плана, который я хотел вылупить.

Грузовик UPS. Тот самый, что лежал на боку. Когда асфальт разверзся, чуть не поглотив патрульную машину шерифа, тротуар под давлением вздулся в холм, приподняв заднюю часть грузовика из моря червей.

Взяв свой АК, я прицелился в него.

Море шевелилось. Оно брызгалось на пикап. Оно надвигалось на меня, и в этом у меня не было ни малейшего сомнения. Если я не сделаю это сейчас, то никогда не сделаю. Грузовик UPS находился, наверное, в ста футах или больше от меня. Я мог бы перепрыгнуть через еще несколько машин и подойти ближе, но не хотел быть слишком близко.

Я услышал, как море червей сдвинулось позади меня.

Я взял на мушку бензобак грузовика UPS и начал стрелять в него. Каждый выстрел попадал в цель. Это было похоже на лейку. Около пятидесяти галлонов бензина хлынули наружу, вливаясь в море червей. Оно отреагировало немедленно. Оно отреагировало как единое целое. Оно было колониальным организмом. Как только бензин попал на него, оно отступило, двигаясь как волна студенистой массы, словно отшатываясь от вторжения бензина. Черви умирали массово, и я это понимал. Они были пухлыми, с мягким телом и без какой-либо защиты. Они впитывали топливо, и оно их отравляло. Черви были клетками сущности, и они гибли тысячами. А когда сущность отступала, она уносила бензин с собой.

Струи топлива, бьющие из бака, теряли напор. Бак был почти пуст. Бензин убивал сущность, сбивал ее с толку, заставляя бороться за выживание, как это сделало бы любое живое существо. Оно выбросило столбы слизи и личинок на грузовик UPS, полагая, что тот на него нападает. И снова, как и волна, обрушившаяся на Криса, эти столбы напоминали псевдоподии амебы, пытающейся поглотить и обездвижить свою добычу. Струи безвредно разбрызгивались о металлическую обшивку грузовика.

Теперь - вторая фаза.

Я прицелился в ходовую часть грузовика.

Мне нужна была искра.

Я выстрелил, и пуля просто вонзилась в ось. Я выстрелил еще раз. Ничего. Снова ничего. Тогда я переключился на автоматический огонь и получил ту искру, которую хотел. Раздался оглушительный ВЗРЫВ!, когда бензобак взорвался: бензин, плававший на поверхности моря личинок, мгновенно воспламенился. Меня обдала волна жара, и я чуть не упал на задницу. Я скатился по лобовому стеклу пикапа, пока вокруг меня поднималось пламя. Я бы сгорел дотла, если бы не само это существо. Отдаляясь от огня, который его уничтожал, оно увлекло за собой бензин. Бензин прилип к слизи, как напалм, горя и шипя. Слизь превращалась в пар, а личинки жарились.

Эта сущность уносилась все быстрее и быстрее, двигаясь огромной бурлящей пластичной волной мимо грузовика и к концу улицы, где перевернулся бензовоз. Ее части ускользали вниз через многочисленные трещины и щели в асфальте.

Я спрыгнул с пикапа.

Улица была скользкой от телесных выделений этой сущности, устланной умирающими личинками. Они хрустели под ногами, когда я бежал через них к грузовику.

- БЫСТРЕЕ! - крикнул я девочкам. - У НАС МАЛО ВРЕМЕНИ!

Я помог спуститься Сэнди, а затем Робин. Я взял ее на спину, и мы побежали обратно по тому же пути. Мы мчались со всех ног, поскальзываясь и скользя по ковру из личинок. Я оглянулся, когда мы приблизились к концу улицы. Оно поглотило бензовоз и все машины вокруг него. Пылая ярко-оранжевым пламенем и извергая столбы маслянистого черного дыма, оно боролось и бушевало, поднимаясь все выше и выше, а затем снова обрушиваясь вниз в огромной кремирующей огненной буре.