Возрождение Изабель (СИ), стр. 68
Изабель лишь слабо улыбнулась и промолчала, не отвечая. Таким образом, Мэри словно ударила комок хлопка — совершенно без эффекта. Мэри втянула воздух и взяла Сесилию за руку:
— Дорогая, все уже давно ждут в главном зале. Не будут ли госпожа Ричард и Сесилия так любезны пройти?
В своём высокомерии Мэри включила в приглашение только Сесилию и Сильвию. Это было крайне невежливо. Однако леди Кейн не выказала ни малейшего намерения упрекнуть её — лишь улыбнулась в знак согласия. Очевидно, это было обычным делом. Мэри Кейн действительно была драгоценной жемчужиной дома Кейнов, и её баловали все годы взросления.
Гости ждали в главном зале дома Кейнов уже значительное время. Те, кто знал друг друга, сидели вместе и болтали.
— Я слышала, что сегодня появится старшая дочь Ричардов, — сказала одна дама.
— Старшая дочь Ричардов? — переспросила дама с высокими скулами. — Вы имеете в виду ту законную дочь, с которой так дурно обращался сам лорд Ричард? Господи, помилуй её, потерявшую родную мать в столь юном возрасте и оказавшуюся в таком жалком положении. Если бы она случайно не встретила инспектора Уэста, кто знает, сколько ей ещё пришлось бы терпеть.
Однако другая женщина рядом с ней улыбнулась и сказала:
— Хотя её действительно жаль, я слышала, что эта девочка приносит несчастье. Лорд Ричард обычно справедлив, так что у его поступков должна быть причина. — У этой дамы было круглое, как блюдце, лицо, и когда она улыбалась, глаза превращались в щёлочки. Она продолжала: — Конечно, взросление в деревне никак не может сравниться с воспитанием в столице. Несомненно, в её манерах должны быть некоторые изъяны. Наверняка она уступает столь яркоц второй дочери Ричардов.
Когда речь заходила о Сесилии, все единодушно думали о ее талантах и внешности, и каждый кивал в знак согласия.
— Разумеется, Сесилия Ричард действительно исключительна, словно прекрасная фея. Её невозможно сравнивать со старшей сестрой.
— Когда дочери Ричардов встанут рядом, контраст будет очевиден.
— Дому Ричардов вполне достаточно и младшей дочери. Она — самая талантливая леди столицы. Девушка, выросшая в диких краях, неизбежно будет ужасно невоспитанной. Конечно, о её внешности и говорить не стоит.
Дама с круглым лицом улыбнулась ещё шире. Дама с высокими скулами выглядела недовольной, но кивнула и неторопливо отпила чай. Обсуждение всё ещё продолжалось, когда раздался голос:
— Смотрите, госпожа Ричард и ее дочь здесь.
Все подняли головы. Сильвия и Сесилия шли впереди остальных. Одежда и украшения Сильвии прекрасно подходили для этого случая и замечательно демонстрировали её мягкий и воспитанный характер. С первого взгляда можно было сказать, что она нежная и добродетельная леди.
Молодая леди, неторопливо вошедшая в зал, была милой и грациозной — трогательное зрелище. На ней была белоснежная юбка из расшитой парчи, такая пышная, что, когда она двигалась, казалось, будто девушка плывёт в облаке тумана. Верхней одеждой служил мягкий серебристый жилет, а длинные волосы были зачёсаны назад и перевязаны двумя белоснежными лентами. На лице Сесилии не было косметики, и лёгкая улыбка играла на её вишнёво-красных губах. Она была величественна и элегантна, а её природная красота являла собой воплощение невинности и чистоты. В то же время она проявляла немного высокомерия, что делало её ещё более похожей на трогательную небесную фею. Когда она медленно подошла к ним, дамы уже возносили хвалу небесам.
Это стало привычным для Сесилии. Однако сегодня была разница — глаза людей быстро переместились к той, кто шла за ней. Молодая леди, шедшая размеренными шагами позади Сесилии, была словно пламя посреди снежного пейзажа, стебель алой розы среди мороза и снега. Она сразу же привлекла внимание всех присутствующих. Её наряд сам по себе излучал ауру богатства и благородства. Тем не менее эта молодая леди создавала впечатление, будто всё это великолепие — лишь её заслуга. Она была живой, энергичной фигурой, и сияние девушки слепило всех.
Когда она подошла ближе, все затаили дыхание. Девушка была от природы прекрасна, а её лицо, лишённое косметики, сияло блеском, подобным блеску первосортного молочного фарфора. Её губы были красными словно розовая заря. Однако, приглядевшись внимательнее, можно было заметить в голубых глазах девушки ледяную насмешку. Её изящно очерченные брови придавали ей нежное очарование.
Сесилия была элегантной и утончённой, а красота этой молодой леди, казалось, была наполнена жизненной энергией. В результате люди, привыкшие смотреть на эфирную, сказочную красоту Сесилии, были ослеплены.
Однако под этой яркой внешностью скрывалось величественное благородство. То, что такая юная леди обладала настолько неповторимым обаянием, заставляло людей чувствовать, словно время остановилось.
Что вызвало величайшее изумление, так это то, что, когда эта молодая леди стояла рядом с Сесилией, они были равны с точки зрения внешности и осанки. Если присмотреться внимательнее, можно было почувствовать, что элегантная и утончённая фея стала на несколько тонов бледнее в присутствии этого трепещущего духа. Белоснежная чистота уступала этой пылкой и необузданной краске.
— Это старшая дочь дома Ричардов! — прошептала дама.
Глава 75. Неожиданная поддержка
В унисон выражения на лицах Сильвии и Сесилии мгновенно изменились. Дамы уже начали тихо переговариваться между собой.
— Какая же она неотёсанная девчонка? Она ведёт себя достойно человека, воспитанного при самом дворе.
— Верно, она ничуть не уступает младшей дочери Ричардов. В ней нет и половины тех недостатков, о которых говорили.
— Её внешность прекрасна, и она даже ярче, чем младшая дочь.
Впервые всё внимание было приковано не к Сесилии. Изабель продолжала сосредоточенно идти вперёд, без заметных изменений в выражении лица. На её лице играла лёгкая улыбка, словно она уже не впервые посещала дом Кейнов. Её спокойный и собранный вид заставил тех, кто изначально хотел наблюдать за потенциальным провалом, обратить на неё внимание и проникнуться уважением. Лицо круглолицей дамы помрачнело. Напротив, дама с высокими скулами беспрестанно кивала.
Мэри Кейн, сопровождавшая гостей, пришла в неописуемую ярость и свирепо посмотрела на Изабель. Она подошла и взяла Сесилию за руку.
Сильвия продолжала слегка улыбаться, словно ничего не заметила, и, смеясь, болтала с леди Кейн, пока все рассаживались. Хотя Джейн была от природы высокомерна, у неё было несколько друзей среди присутствующих молодых леди. Чтобы намеренно изолировать Изабель, она утащила с собой Эдит, хотя в обычных обстоятельствах едва ли удостаивала её внимания. Намеренно или случайно, Изабель осталась стоять в стороне от зала, не зная, куда ей сесть.
Хотя присутствующие дамы и молодые леди восхищались внешностью и манерами Изабель, все они были приглашены леди Кейн, и, естественно, должны были поддерживать хорошие отношения с домом Ричардов. Главной госпожой в доме Ричардов была Сильвия, а не покойная леди Маргарет. Те, кто понимал, куда ветер дует, не стали бы проявлять инициативу, чтобы помочь Изабель выпутаться из неловкого положения, тем более что внешность Изабель была столь великолепна, что любая молодая леди, сидевшая рядом с ней, оказалась бы в её тени. Таким образом, через мгновение она осталась одна, отчуждённая от других.
Однако именно в этот момент раздался чистый и мелодичный голос.
— Старшая госпожа Ричард, сядьте здесь.
Изабель звала красивая молодая женщина в синем платье. Кожа у неё была смуглая, но выглядела она очень привлекательно, а в чертах лица угадывался героический дух. Изабель тоже знала эту молодую леди из своей прошлой жизни. Её звали Линда О'Лин, и она была старшей дочерью судьи О'Лин. Это была чрезвычайно принципиальная леди, которая в прошлой жизни Изабель стала женой принца Эдмунда. Хотя судья О'Лин обладал немалым влиянием, он не имел реальной власти. Однако Линда О'Лин так и не смогла завоевать благосклонность принца Эдмунда, и положение ухудшилось, когда судью О'Лин постигла немилость. Принц Эдмунд был чудовищем в мужском обличье. Будучи беременной, Линда потеряла ребёнка из-за интриг его любовницы. Не вынеся унижения, когда принц Эдмунд защищал свою любовницу, Линда схватила нож и убила себя.