Возрождение Изабель (СИ), стр. 29

Шарль же всё чаще думал, что Корали слишком жадна и совершенно не умеет вовремя остановиться.

Их разговоры становились всё резче, взаимные упрёки сменялись угрозами, а от прежней тайной встречи не осталось и следа. Вместо удовольствия, на которое Шарль рассчитывал, он получил бесконечную череду неприятностей, и теперь сама мысль о Корали вызывала в нём раздражение.

В тот день девушка как раз убирала свои драгоценности в шкатулку, когда дверь распахнулась и в комнату стремительно вошёл Шарль.

Корали тотчас выпрямилась. На её лице появилось недовольство, но она быстро овладела собой и внимательно посмотрела на гостя.

За несколько дней, прошедших с их последней встречи, Шарль заметно осунулся. Его глаза покраснели, лицо выглядело измученным, а губы потрескались, словно он давно не знал ни покоя, ни полноценного отдыха. Корали молча разглядывала его, пытаясь понять, что привело его на этот раз.

— Ты пришёл, — наконец произнесла она.

Шарль не ответил. Он тяжело опустился на стул, схватил стоявший на столе кувшин и жадно принялся пить прямо из горлышка.

Корали нахмурилась, собираясь остановить его, но в последний момент передумала. Ей не хотелось начинать ссору, пока она не выяснит, чего он добивается. Два дня назад Шарль уже присылал ей деньги, поэтому нынешний визит вряд ли был очередным проявлением щедрости.

Дождавшись, когда он поставит кувшин на стол, она холодно спросила:

— Зачем ты пришёл?

Шарль вытер рот тыльной стороной ладони и криво усмехнулся.

— Что ни говори, а ты всего лишь дешёвая девка, но позволяешь себе пить такой дорогой чай. Похоже, ты совсем не привыкла считать деньги, раз так легко тратишь мои.

Слова попали точно в самое болезненное место Корали.

Она могла терпеть многое, но особенно остро реагировала на любое напоминание о своём происхождении. Ей слишком часто приходилось видеть, как люди благородного положения смотрят на неё свысока, и она давно поклялась себе, что однажды перестанет быть той, кого можно унижать безнаказанно.

Поэтому насмешка Шарля не просто оскорбила её — она вновь напомнила о пропасти, которую Корали так отчаянно пыталась преодолеть.

Её глаза вспыхнули гневом, однако вместо того, чтобы закричать, она усмехнулась в ответ.

— Да, я дешёвая девка. А ты сам кто такой? Неужели всерьёз считаешь себя наследником огромного состояния? Или решил, что, если тебе удалось заполучить юную леди Изабель, ты сможешь породниться с самим канцлером?

Лицо Шарля мгновенно побледнело.

Корали безошибочно ударила по его самолюбию, напомнив о замысле, который он надеялся осуществить. Он хотел использовать Изабель ради собственной выгоды, но в результате оказался связан с женщиной, которую презирал и которой вынужден был платить за молчание.

— Мы, слуги, привыкли подчиняться воле господ, — продолжила Корали, не позволяя ему вставить ни слова. — Но разве не ты сам охотно давал мне деньги? Или теперь решил, что твои собственные поступки ничего не стоят и я должна молча забыть обо всём?

— Ты… — Шарль сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Не испытывай моего терпения.

— А разве не ты первым решил воспользоваться мной? — Корали приблизилась к нему, и на её губах появилась язвительная улыбка. Она медленно обвила руками его шею, словно желая показать, что нисколько его не боится. — Но оставим это. Скажи лучше, зачем ты пришёл сегодня?

Запах её духов окружил Шарля, и напряжение в его лице немного ослабло. Он посмотрел на девушку уже не с прежней яростью, а с усталым раздражением, будто сам устал от бесконечной борьбы и хотел наконец положить ей конец.

— Послушай, — заговорил он более мягким тоном. — Я пришёл не для того, чтобы снова ссориться. Неужели ты считаешь меня настолько глупым, что я позволю тебе бесконечно вытягивать из меня деньги? Всё, что произошло той ночью, было желанием нас обоих. Давай покончим с этим раз и навсегда.

Руки Корали мгновенно напряглись.

Её ногти впились в кожу его шеи, оставив несколько ярко-красных полос.

— Покончить с этим? — переспросила она, и голос её стал опасно тихим. — Ты хочешь отказаться от ответственности, прикрываясь словами об обоюдном желании? Не забывай, именно ты набросился на меня в ту ночь. До этого в поместье никто даже не подозревал, что между нами может быть что-то общее. Если дело дойдёт до суда, кому, по-твоему, поверят? Тебе, сыну управляющей, или служанке, которая прежде никогда с тобой не общалась?

Шарль скрипнул зубами.

Он прекрасно понимал, что её слова звучат убедительно именно потому, что в них было слишком много правды. Если Корали решится довести дело до конца, он окажется в крайне затруднительном положении.

— Чего ты на самом деле хочешь? — наконец процедил он сквозь зубы.

Корали внимательно посмотрела на него, оценивая не столько его самого, сколько возможности, которые он всё ещё мог ей предоставить.

Да, Шарль располагал деньгами, но она не была настолько наивна, чтобы не понимать: значительная часть семейного богатства находилась в руках Греты. Если мать узнает о происходящем, последствия могут оказаться куда серьёзнее, чем обычная ссора между двумя людьми. Грета была женщиной властной и опасной, и Корали вовсе не желала становиться её врагом.

К тому же Шарль не мог бесконечно оставаться источником лёгких денег. Рано или поздно его возможности иссякнут, и тогда ей придётся искать другой способ обеспечить себе будущее.

Но пока он ещё был вынужден считаться с её требованиями, Корали собиралась извлечь из этого положения всё возможное.

За окном сгущались сумерки. Ночь опускалась на поместье, и вскоре небо потемнело настолько, что лунный свет стал казаться тусклым серебром. Тонкий серп луны повис над крышами, а холодный ветер шевелил заросли в дальнем углу двора.

На верхней ветке дерева сидела ворона. Она дважды каркнула, хлопнула крыльями и исчезла среди голых сучьев.

Позднее, когда часы приблизились к полуночи, во дворе показалась служанка с корзиной для белья. Услышав со стороны веранды глухой всплеск, она остановилась и настороженно оглянулась. В темноте что-то тихо треснуло, а следом донёсся странный звук, напоминавший кошачье мяуканье.

Служанка всмотрелась в тени, но ничего не увидела.

Решив, что какая-нибудь бродячая кошка охотится на мышей, она поправила пояс и поспешила дальше. И всё же необъяснимое чувство тревоги не отпускало её до тех пор, пока она не скрылась за поворотом.

Ночь вновь поглотила двор, оставив после себя лишь шелест ветра и тишину, в которой любая тайна казалась особенно зловещей.

Глава 26. Встреча

За пределами грушевого сада Лиана бережно прижимала к себе большой бумажный свёрток, в котором лежали слоёные пирожные с вишней. Несмотря на поздний час и пронизывающий холод, служанка выглядела необычайно довольной: Софи угостила её лакомством, привезённым из города, и теперь Лиана с нетерпением ждала возвращения домой, чтобы разделить угощение с госпожой.

— Сегодня Софи дала мне несколько вишнёвых пирожных, — с улыбкой сообщила она, осторожно поправляя свёрток. — Говорят, в городе их очень хвалят. Когда вернёмся, вы непременно должны попробовать хотя бы одно. Они наверняка вкуснее той еды, которую нам подают в поместье.

Изабель с лёгкой улыбкой кивнула, но не стала поддерживать оживлённую болтовню служанки. Она подняла голову и посмотрела на небо, где тяжёлые тучи уже успели закрыть половину луны. Лунный свет казался тусклым и болезненным, словно едва теплившийся огонёк, готовый вот-вот погаснуть. Вдоль дороги ещё мерцали несколько красных фонарей, оставшихся после рождественских праздников, однако их праздничное сияние лишь подчёркивало холодную безрадостность ночи.

Ветер пробирался под одежду, шевелил сухие ветви деревьев и приносил с собой запах сырой земли. В такой час поместье казалось неприветливым и чужим, а тени, лежавшие у обочины, напоминали безмолвных свидетелей событий, о которых никто не осмелился бы заговорить вслух.