Возрождение Изабель (СИ), стр. 111

— Дедушка, я бы хотела отдохнуть. День был долгим.

Она повернулась и вышла из зала, оставляя за собой шёпот и переглядывания. Никто не осмелился остановить её.

Глава 136. Скандал

В главном зале царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами Эдит и тяжелым дыханием Сайласа. Лицо старого маркиза было мрачнее тучи, а взгляд, устремлённый на Томаса, который стоял с бледным, осунувшимся лицом, не предвещал ничего хорошего.

— Ты, злая девчонка! — Сайлас внезапно указал на Сесилию. — На колени!

Сесилия вздрогнула и, испугавшись, бросилась за спину Сильвии, ища защиты. Сильвия обняла дочь и, стараясь сохранить спокойствие, произнесла:

— Отец, что вы делаете? За что вы так наказываете Сесилию?

— Не притворяйся, что не знаешь! — голос Сайласа дрожал от ярости. — Я прекрасно понимаю, почему прошлой ночью Томас отправился в родовой храм без всякой причины! Это была твоя затея, не так ли?! Ты хотела подставить Изабель, а в итоге впутала моего внука! Теперь Изабель не пострадала, а Томас стал пешкой в твоих руках! Ты хоть понимаешь, что натворила?

Томас нахмурился, но промолчал. Мэри, услышав слова Сайласа, коротко вскрикнула и с ненавистью уставилась на Сесилию:

— Это правда? Ты впутала моего сына в свои грязные игры?!

Сесилия, прячась за спиной Сильвии, попыталась оправдаться:

— Кузен сам согласился! Я лишь попросила его утешить старшую сестру. Если бы у него не было таких мыслей, всё не зашло бы так далеко!

Томас, услышав эти слова, злобно усмехнулся:

— Утешить? Ты положила приворотные травы в курильницу и думала, что никто не догадается? — он вспомнил, как странный аромат окутал его в храме, и как потом, придя в себя, он осознал, что был одурманен. — Ты использовала меня, кузина.

Мэри, больше не сдерживаясь, вырвалась вперёд и, оттолкнув Сильвию, с силой ударила Сесилию по лицу. Сесилия пошатнулась, и вуаль упала, обнажив половину её изуродованного лица. Она вскрикнула от боли и страха, прикрывая щёку руками:

— Что вы делаете?!

— Что я делаю? — глаза Мэри горели огнём. — У тебя нет ни стыда, ни совести! Ты хоть понимаешь, что ты натворила? Мой сын, Томас… — она обернулась, указывая на него дрожащей рукой. — Если этот скандал всплывёт, все будут говорить, что он осквернил родовой храм! Кто захочет отдать за него дочь? Какая семья согласится породниться с человеком, чьё имя замешано в такой грязи?

— Мэри, остановись! — Сильвия бросилась вперёд, заслоняя дочь. — Ты переходишь границы! Томас сам виноват в том, что пошёл туда. Почему ты обвиняешь во всём Сесилию?

Эдит, стоявшая в стороне, была в замешательстве. Она никогда не ожидала, что Сесилия способна на такие низкие поступки.

— Довольно! — рявкнул Сайлас, теряя последнее терпение. — Довольно! — Он ткнул пальцем в лицо Сесилии. — Ты, глупая девчонка! У тебя нет ни ума, ни хитрости, чтобы замышлять чужие интриги, но ты всё равно пытаешься! Ты думаешь, что ты хитрее Изабель? Она обвела тебя вокруг пальца, а ты даже не заметила! Она оставила тебя в дураках, а ты, дура, даже не поняла, как её подставили!

Хотя Сильвия была возмущена тем, как Сайлас обращается с Сесилией, она слишком боялась отца, чтобы возражать. Но последние слова — «она обвела тебя вокруг пальца» — задели Сесилию за живое. Она не выдержала и, забыв об осторожности, выпалила:

— Дедушка прав, я действительно уступаю Изабель в хитрости! Но разве ваша уловка со сладостями была умнее? Вы тоже попались в её ловушку, и все видели, как вы опозорились перед лордом Эдвардом! Разве вы не глупец?

Сильвия, побледнев, попыталась зажать рот дочери, но было поздно. Слова уже сорвались с губ. Сесилия смотрела на деда с вызовом, в её глазах горела обида и ненависть.

Сайлас, услышав это, потерял самообладание. Он замахнулся и с такой силой оттолкнул Сесилию, что та отлетела в сторону, врезавшись в стену. Он тяжело дышал, сжимая кулаки:

— Убирайтесь! Завтра утром вы покинете мой дом! Я больше не желаю видеть вас!

— Дедушка! — Чарльз, который до этого стоял молча, шагнул вперёд. — Прошу вас, простите младшую сестру! Она просто растерялась и сказала то, чего не думала! Я умоляю вас отменить своё решение!

Но Сайлас лишь махнул рукой, отвернулся и тяжело опустился в кресло, закрывая глаза. Его лицо было бледным и осунувшимся, как будто он постарел на десять лет за один день.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь рыданиями Сесилии.

Глава 137. Клинок

— Матушка, матушка! Как они могли так со мной обращаться?!

Хотя Сильвия была в ярости от того, что Сесилия действовала по своему усмотрению и сама устроила ловушку для Изабель, Сесилия всё ещё оставалась её собственной плотью и кровью. Сердце Сильвии разрывалось от боли при виде страданий дочери. Она притянула Сесилию в свои объятия и, гладя её по голове, прошептала:

— Это моя вина, доченька. Я хотела, чтобы твой дед помог нам избавиться от Изабель, но не ожидала, что она окажется такой хитрой. Я ошиблась. Я не должна была оставлять эту тварь в живых. Пять лет назад я отправила её в то проклятое поместье, надеясь, что она сгинет там навсегда.

— Изабель действительно опасна, — мрачно произнёс Чарльз, стоявший в стороне. — Дедушка теперь зол на Сесилию, а семья тёти Мэри смотрит на нас с ненавистью. Что нам теперь делать?

— Не паникуй, Чарльз, — Сильвия вытерла слёзы с лица Сесилии. — У твоей матери ещё есть сила и влияние. Я сделаю так, чтобы эта тварь не смогла больше встать у нас на пути. Она ещё заплатит за всё.

В другой комнате, в тишине, нарушаемой лишь звоном фарфоровой чашки, Изабель пила чай в компании Лианы. Заметив, что Лиана молчит, Изабель спросила:

— Ты считаешь меня жестокой?

Лиана вздрогнула и удивлённо посмотрела на госпожу:

— Госпожа, почему вы так говорите?

— Я причинила вред Шарлотте, — тихо сказала Изабель, глядя на чайную гладь. — Ты думаешь, это жестоко?

Лиана замерла, обдумывая слова госпожи. Затем, не колеблясь, она опустилась на колени перед Изабель и твёрдо произнесла:

— Я никогда так не думала. Шарлотта сама виновата. Если бы вчера вы не поступили так, сегодня на её месте могли быть вы. Моя госпожа — это вы, и я будет служить вам всю свою жизнь. Если с вами что-то случится, я никогда не смогу жить спокойно. — Её голос был ровным, но в нём звучала стальная решимость. — Вы не жестоки, госпожа. Пожалуйста, никогда не считайте себя таковой. Я видела намерения дома Ричардов и дома Иствудов. Для вас уже подвиг — просто выживать. Какие бы методы вы ни использовали — они лишь ради самосохранения. Они сами не добры, так как они могут обвинять вас в несправедливости?

— Встань, — Изабель легко вздохнула. — Я не хочу втягивать вас всех в свои проблемы. Но ты видела сегодняшний день. Такое будет происходить снова и снова. Будьте осторожны и внимательны — это пойдёт на пользу и тебе, и остальным.

Лиана почувствовала, как к горлу подступил ком, и бесшумно поднялась. С тех пор как Изабель вернулась в дом Ричардов, Люси часто приходилось решать множество дел, и Лиана не могла не замечать этого. Люси была служанкой Изабель совсем недолго, но Изабель, казалось, доверяла ей больше, чем остальным служанкам. Однако после того, как Лиана стала свидетельницей настоящей битвы в доме Иствудов, это маленькое недовольство в её сердце рассеялось, как утренний туман. Она подняла голову и посмотрела на Изабель. Они с Беатрис жили с ней с самого детства, с тех пор, когда Изабель была ещё беззаботной девочкой из знатной семьи. Они прошли через всё: боль потери матери, издевательства в деревенском поместье, холодность отца, разлуку с братом. Всё это они видели своими глазами. Но в какой-то момент та робкая, кроткая юная леди исчезла, и на её месте появилась эта холодная, безжалостная, но прекрасная Изабель, которая не колебалась в своих решениях.

И Лиана поняла, что эта новая Изабель — единственная, кто может выжить в этом мире, полном змей и ловушек. И она будет стоять за ней до конца.