Шабашник (СИ), стр. 10

— Ой, ну откуда? Я же здесь еще не живу, никого не знаю!

— Ну вот и представьте себе, придут туда штукатурить. И свалят тонн десять штукатурки в аккурат на это перекрытие. А на нем уже простенок стоит, тот, что у соседей. И все, авария. Или просто дом будет оседать, нагрузка перераспределится, и плита рухнет к вам в гостиную. В любой момент, Ирина Михайловна! Вы будете буквально жить над вулканом.

Женщина слушала меня с округлившимися глазами. По моему тону она, наконец, поняла, что дело серьезно.

Губы ее задрожали.

— Сева, помогите мне! Вы за работу возьмётесь? Мне кажется, кроме вас, мне никто не поможет. Все врут, все обманывают…

Я согласился, не задумываясь. И дело даже не в деньгах с левого заказа. Тут реально промедление смерти подобно!

— Хорошо, возьмусь. Когда сможете купить стройматериалы?

— Ах, я ведь ничего не знаю. Сколько и чего нужно?

— Срочно. Так быстро, как только сможете закупить. Ну а насчет перечня — давайте посчитаем. Есть ручка и бумага?

Ирина Михайловна достала записную книжку и авторучку.

— А калькулятор нужен? У меня есть! Всегда с собой ношу, бухгалтерская привычка… Только встаньте к окну, а то он на солнечной батарее.

Она протянула мне тоненький «Касио». Взяв его, я отметил, что и самому надо бы завести калькулятор с записной книжкой. Считать на стройке приходится много.

Я прикинул объём снесённой стены.

— Тут примерно три кубометра кладки. Скажете продавцу объём, он посчитает количество кирпича. Лучше полуторный или двойной — быстрее уложим. Ещё нужны цемент и песок.

— Сколько? Я всё куплю, всё, что скажете!

Цемент и песок стоило взять с запасом, чтобы хватило на штукатурку.

— Восемь мешков цемента и примерно куб песка. Попросите насыпать песок в мешки, а то его и из машины будет не выгрузить, и на этаж не поднять. Мешков тридцать получится.

— Хорошо, Сева, завтра всё будет. Прямо с утра привезут. У меня хорошие знакомые на строительном рынке.

Ирина немного успокоилась и перешла на деловой тон.

— Мальчики, сколько я вам буду должна?

Я быстро прикинул объем работ. С кладкой за два дня мы, наверное, справимся. С достойной оплатой по сто тысяч в день выйдет, соответственно, четыреста. Ну и плюс день на штукатурные работы.

Но за срочность и риск тоже надо платить!

— За стену — восемьсот тысяч. Это кладка и штукатурка «под правило». Так что стена будет ровная. Думаю, за пару дней справимся, может быть, за три. За ванную — по триста пятьдесят тысяч за квадратный метр. Снимем то, что ваши прежние рабочие наворотили, и закончим облицовку. Ну а если по ходу работ обнаружится что-то ещё, поставим вас в известность и обсудим стоимость.

Заказчица старательно заносила всё в записную книжку. На ее авторучке я прочёл надпись «Тверьуниверсалбанк».

Теперь понятно, откуда эта дамочка. И откуда у нее деньги.

Восемьсот тысяч она подчеркнула, а ниже вывела моё имя.

— Ваше отчество?

— Конста…. Алексеевич.

— Когда сможете начать, Всеволод Алексеевич?

— Завтра заканчиваем на предыдущем объекте, в субботу утром придём к девяти. Если будут материалы, начнём.

— Ванную тоже можно делать, — напомнила Ирина.

— Можно. Но сначала надо разобраться со стеной.

— Только не пропадайте. Хоть скажите, если передумаете.

— Придём. Кирпич, цемент и песок не забудьте. Полуторный или двойной, можно пустотелый. Если поставщики задержатся, сразу позвоните.

— Не задержатся, все будет вовремя. Подождите, — сказала она, когда мы уже собирались уходить. — За стену я вам сейчас аванс дам. Четыреста тысяч хватит?

Я хотел было отказаться. Не люблю брать деньги за то, что ещё не сделано. Но Ирина почти умоляюще посмотрела на меня: ей нужно было знать, что мы вернёмся. Ведь нормальные люди, если берут аванс, тем самым подписываются на работу до конца.

— Хватит. Остальное после работы.

Она достала из сумочки перевязанные резинкой купюры. Видно, приготовила деньги для прежних мастеров. Отсчитала четыреста тысяч, но передавать их не спешила.

— Расписку напишите. Я, знаете ли, в банке работаю, без бумажки деньги из рук не выпускаю, — пояснила она извиняющимся тоном.

— Давайте бумагу.

Ирина вырвала лист из записной книжки. Я написал, что получил от неё четыреста тысяч рублей в счёт восстановления стены, поставил дату и расписался. Она прочла каждую строчку, сложила лист и только после этого отдала деньги.

— В субботу к девяти, — напомнила она.

— К девяти. А пока в эту комнату лучше не заходите.

Мы вышли и направились к остановке. Темирбек оглянулся на дом Ирины.

— Палычу не скажешь про неё?

— Зачем? Завтра сдам ванную и получу расчёт. Лучше скажи, как ты её нашёл.

Вопрос этот интересовал меня с того момента, как мы вошли. Где могли познакомиться богатенькая сотрудница банка и нищий гастарбайтер Темирбек?

— Ребята у неё на даче работали. Она у них про плитку спросила, а они сами плитку не кладут. Они ей про меня сказали. А я про тебя. Ты правда стену поставишь за два дня?

— Вдвоём-то? Три куба кладки? Уложимся. В субботу начнём, в воскресенье закончим.

Темирбек помолчал, а через пару шагов сказал:

— Наверное, я не смогу с тобой работать, Сева. Мне ещё коридор Палычу шпаклевать. И обои в комнате.

Вот те раз. Обычно тот, кто приводит заказчика, сам участвует в шабашке.

— Ну ты отпросись и приходи в субботу. Дел-то на два дня!

Он опустил глаза.

— Мне надо Палычу всё доделать. Я живу у него на объекте. Мне просто так уйти нельзя.

Теперь понятно, чем Палыч его держал. Уйдёт — будет ночевать на улице.

— А в чём тогда твой интерес?

— А ты, Сева, дашь с заказа денег для ребят? Надо их за заказ благодарить. Сто долларов дашь?

Блин. Ну здравствуйте.

— Сто долларов не дам, Темир.

— А пятьдесят? Пятьдесят дашь?

Платить не хотелось и пятидесяти. Но, с другой стороны, клиента он мне действительно нашёл. И что делать?

И тут мне в голову пришла блестящая мысль.

— Давай вот как сделаем: ты поживёшь у меня, пока не найдёшь жильё. Завтра закончишь у Палыча и заберёшь вещи. А к Ирине работать вместе пойдём.

Узбек от такого расклада несколько растерялся.

— Сколько платить за комнату?

— Пока поживёшь так, а там решим. За работу рассчитаюсь с тобой нормально, не как Палыч.

— А если Палыч мне заказов больше давать не будет?

— Если ты ему нужен будешь, — даст. А не будешь нужен — не даст. Что нам за ним бегать? Пусть сам за нами бегает. А у меня поживешь, спокойно поищешь заказы, так ещё и у Ирины получишь хорошие деньги.

Мы подошли к остановке. Вечерний час пик ещё не закончился, народу было полно. Кто-то рядом закурил, и мне самому ужасно захотелось сигарету.

— Так что, бесплатно пустишь? — уточнил Темир. Похоже. он никак не мог поверитьс овему счастью.

— Бесплатно. Коммуналку в пополам платим, и все. На кухне будешь спать.

— Сева, ребятам тоже надо дать. Это они Ирину ко мне направили.

— Сначала сделаем стену, получим оставшиеся деньги и что-нибудь им заплатим. Но в субботу ты мне с утра позарез нужен, один я не успею.

Он кивнул.

— Хорошо, Сева. Завтра закончу у Палыча, соберу вещи и вечером приду.

Пришел автобус и мы разошлись. Четыреста тысяч, грея душу, лежали во внутреннем кармане. По дороге домой я то и дело проверил, на месте ли пачка. Мало ли что — карманники, или потеряю… Надо же, я в этом времени всего ничего, а уже успел подхватить страх нищеты, которым тут, кажется пропитано вообще все.

Сразу же вспомнился долг Арсену. С одной стороны, этой суммой можно было бы закрыть хотя бы часть набежавшего. Но с другой, до субботы мне ещё надо было на что-то жить и что-то есть.

А еще у Севы долги за квартиру и по алиментам. Вряд ли бывшей жене Севы так просто одной содержать ребенка в это смутное время. Да и с домоуправлением проблемы могут быть — мало ли, возьмут, свет отключат, и привет…