Жизнь с нуля в альтернативном мире. Том 1 (СИ), стр. 37

Но вот, чего у троллей было не отнять — это любовь к меди. Она для них была драгоценностью! Почему? Хрен его знает. Но это прям да… они носили всякие там, медные украшения, и всё в том же духе.

Через буквально, три метра, сканер показал, что тролль впереди. Он стоял и не двигался. А тут были всякие кирпичные постройки, заброшки… в непосредственной близости от забора подстанции!

Я замер, прислушался. И, сначала, ничего жуткого не услышал, там был ветер… капли… а потом до меня донёсся странный звук: хлюпающий, жующий.

— Тв-ю-ю мать, — прошептал я. — Он доедает.

Я медленно выглянул из-за угла кирпичной будки — там был мусорный контейнер, рядом с которым тварь и устроила себе завтрак.

Микола-тролль — так я его про себя назвал, потому что тролль был в советской телогрейке, в кирзовых сапогах, и из-под мокрой кепки торчала седая щетина — Микола-тролль сидел на корточках у мусорного бака и доедал что-то большое, мокрое, серое.

Он был схлынувшим, и ни один обычный человек не должен был видеть этого. Короче, у него была серо-зелёная кожа, широкий, бугристый нос, маленькие, посаженные глубоко глазки и нижняя челюсть, вытянувшаяся вперёд, с двумя клыками, торчащими из-под нижней губы. Клыки были в крови.

Я отступил за угол. Открыл сканер. Глянул на детали.

[Дополнительная информация: ]

[Объект: Тролль-одиночка. Ур. 6. Класс: силовой одиночка.]

[Происхождение: популяция троллей-маргиналов, жителей промзон.]

[Причина срыва маскарада: голод, эмоциональный срыв.]

[Доп. угрозы: переключение цели — с собак на одиноких прохожих.]

[Вероятность раскрытия маскарада в ближайшие 2 часа: 100%.]

[Существо больше не придёт в норму.]

[Внимание! Опасность: 100%.]

Вот тебе и «база». Через два часа этот хмырь дошёл бы до автобусной остановки, или до рынка или до любой другой точки, где в шесть утра начинают собираться люди. И тогда, прощай, маскарад. Привет, Принцы. Привет, зачистка. Да и, система уже сказала, что он в норму не придёт, так что, всё, это больше не человек. И в норму он больше не придёт.

Теперь, это, кровожадная тварь.

— База, — сказал я сам себе. — База, база, база.

И стал думать.

Первый план был самым простым. Выйти из-за угла и сказать: «Здравствуй, Микола». Дать ему по морде током. Когда упадёт — добить.

Но не… если найдут ещё и свежий труп, да ещё и с оплавленными ладонями, начнётся такое, что мне потом не отмолиться. И не отболтаться.

Второй план. Выйти. Сказать: «Микола, отвали, тут люди». Надеяться, что уйдёт.

Тоже хрень, он уже сорвался. Голодный, агрессивный, после собак.

Третий план. Сделать так, чтобы Микола сам себя убил.

— Третий план, — сказал я шёпотом.

Я вернулся к подстанции. Зашёл в щитовую. Осмотрелся. Старые советские автоматы, оплавленные провода, скрутки на синей изоленте, медные шины на керамических изоляторах. Всё то же, что и в первый раз.

Я открыл ящик, достал кусок медного кабеля около десяти метров с обрезанными концами. Потом я вышел, подошёл к углу щитовой, положил кусок медного кабеля на гравий, метрах в пяти от будки.

Получилась «дорожка». Мёд для тролля. Плюс, он всё, перешёл грань, одичал, и думал только инстинктами. Так что… ему нужна была медь, красивая троллиха, и мясо. На этом я и решил сыграть.

Потом я зашёл обратно в щитовую, открыл дверцу вводного автомата, вывел наружу оголённый конец фазного провода. Подумал, взял ещё провода и подвёл к нему второй конец того самого длинного кабеля, что лежал на гравии. Закрутил. Заизолировал.— Готово, — сказал я автомату. — Готово, АП-50. Ты, наверное, ещё при Брежневе родился. Не обижайся. Это война.

Автомат не ответил. Только слегка звякнул внутри. Как будто понял.

Я вышел из щитовой. Постоял. Прислушался.

Хлюпанье за будкой прекратилось. Микола, видимо, доел. Сейчас он должен был решить — идти дальше или подобрать что-нибудь на дорожке. Я отступил за угол щитовой, взял провод и маленько им пошевелил.

Шорох должен был… заинтересовать тролля. На всякий случай, я ещё и погавкал, но не громко. И добавил:

— Медь! — я хрипел, но громко. — Много меди!

И тут послышались шаркающие шаги. Микола шёл по гравию, как медведь по тайге — кое-как, вразвалочку. Он остановился у дорожки из меди, я слышал, как он шумно потянул носом: длинно, с присвистом.

— У-у-у, — промычал он. — У-у-у, медянка…

«Ого, ещё слова может произносить…»

Потом послышался звук, словно кто-то что-то поднимал. Ну и провод натянулся.

Я услышал, как он хрустнул суставами, усаживаясь на корточки. Видимо, собирался обдирать изоляцию. Ну и, я тоже положил ручку на провод…

Чего это я буду ждать, когда он за проводом пойдёт? Уж проще самом ударить.

Короче, Микола не вскрикнул, а взревел, да так, что у меня в ушах заложило. Я выглянул из-за угла и увидел, как тролль, машет руками, в которых намертво прикипел кусок кабеля. Дуга вспыхнула…

Автомат на вводе щёлкнул, потом ещё раз и ещё раз, показывая, что пыталась сработать тепловая защита. Но не сработала, ибо я тянул всю фазу через себя.

Микола дёргался. Секунду. Две. Три. На четвертой — упал на бок. Кабель выскользнул из оплавленных ладоней. Я тут же подошёл к нему… оглядел: ладони были оплавленные, чёрные, с белыми пятнами по краям. Под ногтями — медная стружка. Глаза открыты. Белки стали жёлтыми, неподвижными.

[Бой завершён.]

[Объект устранён: Тролль-одиночка, Ур. 6.]

[Способ: короткое замыкание, латентно.]

[Свидетели: отсутствуют.]

[Опыт: +70.]

[Бонус: +20 (устранён без применения боевых навыков, без раскрытия профиля).]

[Навык «Картина несчастного случая I» разблокирован.]

[Уровень повышен: 5 → 6.]

Я встал на колени, проверил карманы Миколы, там были: пачка «Явы» с двумя сигаретами, зажигалка, ключ от какой-то квартиры, сорок рублей мелочью и обрывок бумаги с адресом — «ул. Заречная, 12, кв. 14».

Я чуть не рассмеялся. Баба Галя! Сосед Серёга. Маленький мир. Но — нельзя было оставлять улики. Я забрал бумажку. Сжёг её зажигалкой. Пепел развеял по траве.

Потом — финальный штрих. Я перетащил тролля туда, откуда брал фазу, и всё сделал так, чтобы следак, когда всё это увидел, решил:

«Полез за медью, схватился за фазу, его и шибануло».

База. Классика. Глупый вор-наркоман, полезший в щитовую за цветметом. Таких в России каждую неделю хватает. Плюс ко всему, он, после смерти, вернулся в человеческое обличие. И слава богу!

После, убрал за собой следы, встал у будки. достал телефон и позвонил.

— Диспетчерская? Земцов, дежурный ПС-4. У меня на территории труп.

— Какой труп⁈ — голос в трубке дрогнул. — Что у тебя там, Земцов⁈

— Мужик. Взрослый. Видимо, наркоман, полез за медью. Его и шибануло. Я нашёл в пять утра, на обходе. Не трогал. Жду полицию.

— А ты…

— Я — дежурный. Я вызвал полицию. По инструкции. Ничего больше я не делал.

Полиция приехала через двадцать минут, в составе «группы» было двое: участковый и следователь. Участковый был молодой, лет двадцати пяти, с красным от недосыпа лицом. Следователь чуть старше, в штатском, с папкой под мышкой. Я стоял у когда они подошли.

— Земцов? — спросил следователь.

— Я, — кивнул я. — Тело вон там, за углом щитовой. Я не трогал. Зашёл на обход, услышал гудение… крик, подошёл и увидел лежачего. Там, немного посмотрел, ну и короче, видимо, он полез за медью.

— А ты что?

— А я чё? Я электрик, а не скорая! Отключил автомат, проверил пульс, ну и всё. Чё я тут сделаю? Всё по инструкции.

— Вы его раньше видели? — спросил следователь у участкового, когда мы подошли к телу.

— Нет, — тот покрутил головой. — Первый раз…

Потом были протоколы, фотографии, описание места, мои показания, подписи, печати. Я держался ровно. Говорил медленно. Отвечал на вопросы. Один раз — соврал. Сказал, что услышал «щелчок» в пять утра, потом — тишину, вышел — нашёл.