"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 935

- Мир есть текст, - согласился Макнаб, - но не обязательно это юридический текст.

- Не обязательно, - в свою очередь согласилась она, - но, тем не менее, сфера секса для обывателей Западного мира, это именно юридический текст. Обывателя приучили, что каждое его действие, имеющее хоть какой-то сексуальный оттенок, включая взгляд на персону противоположного пола, будь то в реальном мире, или на экране компьютера, мгновенно создает юридические последствия, как правило – крайне негативные. Но, я сильно отклонилась от темы. Мы говорили о запрете на мораль в Меганезии.

Патер Макнаб добродушно улыбнулся.

- Вы не отклонились от темы, Маргарет, скорее, вы раскрыли тему. Секс, как основной инстинкт всегда занимал особое место в моральной системе. Но, в Западном мире, где централизованное регулирование жизни людей стало культом вроде идолопоклонства, моральная система просто исчезла. Сексуальная мораль - в частности. Ее больше нет.

- Мм… Боюсь, Коннор, что сейчас я не уловила вашу мысль.

- Это, - ответил он, - как и ваш пример, лежит на поверхности. Вспомним определение морали. Мораль - система неформальных правил, поддерживаемых обычаем. Ценность морали в том, что человек следует ей для согласия с собой, и для сохранения хороших отношений с окружающими людьми. Если правительство формализует нормы морали, вводит слежку за моралью подданных, и санкции за аморальное поведение, то мораль оказывается сожранной раздутыми законами. Подданные превращаются в моральных деградантов, которым плевать на себя, и на окружающих. Они готовы даже на самый отвратительный поступок ради денежной или статусной выгоды. Они - как Голем из поучительной еврейской сказки: бездушные комки глины, имеющие подобие жизни и целенаправленности за счет наклеенной на них бумажки с колдовской инструкцией.

Канадская новеллистка удивленно приподняла брови.

- Жестко вы с людьми. Как-то даже не очень по-христиански.

- Христианство, - ответил апостол Папуа, - это религия любви, а не конформизма. Как говорил Христос: «не думайте, что я пришел принести мир на землю, я пришел не мир принести, но меч». И один из аспектов этого поучения в том, что христианину следует сражаться за моральные качества человека. В этом христианская позиция такая же, как  позиция Tiki. Или позиция Лантонской Хартии, что в данном случае равнозначно.

- Хартия поддерживает что-то моральное? - переспросила Маргарет, - Ох, Коннор, я не советую вам говорить это кому-либо из меганезийцев. У вас будут проблемы.

- Спасибо, я это знаю, - он улыбнулся, - общаясь с меганезийцем, я применил бы слово «этика», ведь по обычаю Tiki слово «мораль» считается испорченным. В общем, это не слишком далеко от истины. Взять, например, реакцию западных поборников морали на феномен общины атоллов Элаусестере. Общины тау-китян, как ее иногда называют.

- Коннор! - удивилась Маргарет, - Вы говорите об общине, из которой происходят эти симпатичные ребята, три девчонки и мальчишка, сейчас работающие у Корвина?..

После утвердительного кивка Макнаба, она продолжила:

… - Странно, что западным поборникам морали есть дело до них. По-моему это чисто меганезийская проблема. Этот их межзвездный фанатизм, и этот рискованный обычай инициировать многоплодные беременности. Еще у них принят какой-то радикальный натуралистический коммунизм во всем, включая быт, работу, и секс. Мне странно, что меганезийский суд не запретил... Хотя, понаблюдав немного за этими ребятами, я сама почувствовала: запрещать им стремиться к звездам было бы глупо и бесчеловечно.

- Вы схватили суть проблемы с позиции нези! - объявил Макнаб, - У общины тау-китян сильный сектантский моральный культ. Будь у тау-китян какой-то духовный культ, без

прогрессивных, креативных материальных целей - судьи нези легко отправили бы его в небытие. Но у тау-китян культ имеет также сильную научно-прикладную часть. Теперь смотрим Хартию, там объявлено: Научно-технический прогресс - это основа будущего благополучия нации. Любая попытка ограничить прогресс чем-либо, кроме артикулов  Великой Хартии, есть покушение на базисные права граждан, и пресекается ВМГС.

- А! - произнесла Маргарет, - Значит, незийская Фемида, учуяв дух прогресса, сразу же развернулась, и оскалила свои клыки в сторону международных организаций, которые требовали закрытия секты и прекращения работ по тематике профессора Ларосо.

Патер Макнаб снова утвердительно кивнул, и спросил:

- Как вы думаете: почему западные поборники морали ополчились на тау-китян?

- Из-за секса? – предположила Маргарет Блэкчок.

- Да, - подтвердил Макнаб, и посмотрел на нее, явно предлагая угадывать дальше.

- Мм… Я рискну предположить, что раскованные и при этом эстетичные сексуальные обычаи тау-китян так поразили пуританское восприятие западных моралистов, что они впали в неистовство, и не смогли разглядеть у тау-китян ничего, кроме секса. Поэтому претензии международных организаций к тау-китянам оказались столь нелепыми.

- Отчасти вы правы, Маргарет, - прокомментировал апостол Папуа.

- Отчасти? – переспросила она.

- Да. Есть еще нечто важное, чего вы не заметили, и что вызвало маниакальную злобу у поборников морали. Это огромный духовный потенциал экспансии секты тау-китян. Я говорю об экспансии сразу в нескольких измерениях. В религиозном, поскольку секта обладает мощным позитивным учением о будущем человека. В демографическом, и в пространственном - по понятным причинам. И в моральном, поскольку уровень веры в ценности секты у рядовых тау-китян многократно превосходит все то, с чем до сих пор имели дело западные моралисты. Образцом и почти идеалом для западных поборников морали в течение последнего полувека был ислам.

- Ислам?! – изумленно переспросила канадская новеллистка.

Апостол Папуа еще раз кивнул.

- Да, и это очевидно. Моралистов многое восхищает в исламе. Мужчины - фанатики, с радостью взрывающиеся, чтобы войти в рай. Женщины - дешевые бытовые родильные машины. Добавим жестокость расправ с инакомыслящими, и с любыми нарушителями морали. Добавим убежденность в своем божественном праве доминировать в мире…

- …Минутку, - перебила Маргарет, - у меня есть хорошая знакомая, Тэффи Саадат. Она мусульманка, и мне кажется, что ее религия заслуживает некоторого уважения.

- Мисс Саадат, - ответил Макнаб, - судя по ее творчеству – суфийка. Это совсем другое. Суфии в исламе играют ту же историко-философскую роль, что христиане в иудаизме.

- Мм… Какую роль?

- Роль борцов против отчуждения морали от человека, и против присвоения ее всякими фарисеями, имамами, чиновниками правительства. Иисус говорил о том же. Помните в Евангелии: суббота для человека, а не человек для субботы.

- Интересно… - произнесла канадка, - …Надо будет прочесть об этом подробнее.

- Маргарет, я могу сбросить вам ссылки на хорошие статьи о суфизме.

- Спасибо, Коннор. А скажите, почему вы так заинтересовались сектой тау-китян? Вы намерены как-то применить их идеи в своих проповедях, или?..

- Скорее «или», - ответил Макнаб, - причина слегка необычная. Я заключил договор с капитаном Корвином. Он читает и комментирует мою популярную редакцию библии. Мнение Корвина, как неформально авторитетного нези, важно для меня. Я же, в свою очередь, читаю и комментирую книгу профессора Ларосо «Город Галактики», которая лежит в основе учения секты тау-китян. Разобраться в этом учении важно для Корвина, поскольку у него есть новые работники - тау-китяне, и поскольку его верфь принимает участие в некой космической программе, инициированной отчасти этим учением.

- Любопытная у вас сделка, - заметила Маргарет Блэкчок, и тут…

…Ее внимание привлек новый летательный аппарат, заходящий на полосу аэродрома. Странный дизайн: самолет-бесхвостка с крыльями, будто изогнутыми и склеенными торцами так, чтобы кольцом охватывать фюзеляж.