Киноманьяк 4 (СИ), стр. 31

Вернулся на кухню, сел на стул, обернулся, чтобы оглядеть гостиную комнату — никого.

Может, мне это снится? Я еще не проснулся?

Посмотрел на свою руку. Из разбитого кулака по запястью шла кровь, она текла теплым ручьем и капала на коричневый ковролин. Я сдернул белое полотенце с петли на стене и обмотал им кулак.

Нет, это не сон.

— Эй? — крикнул я в пустоту. — Есть тут кто-нибудь?

В ответ — только биение сердца в ушах.

Я аккуратно встал со стула, подошел к телефону у стены. Снял трубку и по памяти набрал номер, позвонил на другой конец страны. Роза не взяла трубку.

Опасливо выглянул из-за угла в коридор. Свет туда почти не проникал, пространство утопало в серых полутонах. Воображение сразу же выдало мне очередную пугалку в виде застывшего силуэта у уборной. Я нащупал дрожащей рукой выключатель и щелкнул им, загорелся свет, и мой разум успокоился. Ничего и никого тут не было.

Наверное, мне просто почудилось. Сказался стресс из-за этой долбанной роли.

Я заглянул в записную книжку, провел пальцем по номерам и увидел имя Мег Райан. Постучал пальцами по клавиатуре, зазвучали гудки. Рановато, конечно, но вдруг она уже не спит?

— Алло? — прозвучал ее голос. — Кто это?

— Привет, Мег. Это Джошуа Клейтон.

— Ой, привет, Джошуа.

— Зови меня Джош.

— Хорошо, Джош… Ты что-то хотел?

— Нам нужно лучше понять друг друга до того, как начнутся съемки.

— Предлагаешь увидеться?

— Да.

Она помолчала немного, обдумывая ответ, и с удивлением спросила:

— Это же не свидание?

— Это часть нашей работы, Мег, — моментально ответил я.

— Я-ясно, — игриво произнесла она. — Хорошо, я понимаю. Приезжай.

Она назвала мне адрес, я собрался, перевязал руку бинтами, причесался и вышел из дома.

Свет выключать не стал.

Глава 11

Вхождение в образ

Перед отлетом в Рим Мартин задал мне домашнее задание.

— Наладь отношения с Мег. Это твоя экранная жена, вам надо выглядеть убедительно. Чувствовать друг друга, понимаешь? — тараторил он, не переставая, пока я вез его в аэропорт. — У вас ведь будет постельная сцена. Если не будет доверия между вами, ничего не получится. Постарайся узнать ее получше.

— Что ты предлагаешь?

— А это уже не моя головная боль. Сам думай. Пригласи ее в ресторан, съезди с ней в Вегас, не знаю.

Вот я и ехал узнавать ее. Она жила в арендованной квартире в Ресиде, одном из многочисленных спальных районов Лос-Анджелеса. Двухэтажный комплекс стоял прямо у автострады, окна выходили на водоканал, по бетонному желобу которого протекала жалкая речка. По такому вот желобу Шварценеггер будет рассекать на мотоцикле во втором «Терминаторе».

Мег уже ждала меня на улице. Увидев мою машину, она помахала рукой. Я подъехал поближе, она открыла дверь и села внутрь. Я заметил легкую дрожь в ее коленях. Похоже, Мег меня побаивалась.

— Привет, — сказал ей я. — Куда поедем?

— Я бы перекусила. Ой, а что у тебя с рукой?

— Несчастный случай на производстве.

Ехали мы первое время молча, не зная, с какого конца начать разговор. Мы чуть не поцеловались на пробах, но то было лишь игрой, притворством. На самом деле я ее совсем не знал, а она не знала меня.

— Как тебе в Лос-Анджелесе? — спросил я.

— Мне нравится, — с наивной интонацией ответила Мег. — Тут так солнечно! Январь на улице, а так тепло. Я каждый день хочу искупаться в море.

На ум пришли слова Кристофера, когда мы только прилетели в Лос-Анджелес. Он тоже хотел на море, хотя тогда был ноябрь.

— Да, это не Нью-Йорк, — повторил я слова своего агента. — Совсем не Нью-Йорк.

— А ты был в Нью-Йорке?

— Я оттуда начинал. Так же, как и ты.

— Здорово! — она заметно оживилась. — А что за кино? Или это был сериал?

— «Отпор». Режиссер тот же, что и на «Испытании».

— И о чем было кино?

Снова пронеслись воспоминания. Казалось, это было так давно… Прошло всего лишь два года, но за это время столько воды утекло.

Слова полились из меня рекой. Даже не рекой, водопадом. Я рассказал ей всё: про то, что был мормоном, что постоянно дрался, мечтал стать актером, а потом моя жизнь круто изменилась, когда я встретил Мартина Гловера.

— … и тогда начался турнир. Я всех избивал по-настоящему, а Мартин снимал на камеру. В конце вышел какой-то самоанец… ты знаешь, кто такие самоанцы?

— Они живут на Гавайях? — предположила Мег.

Я задумался. И понял, что не знаю, где живут самоанцы.

— В общем, этот самоанец чуть не убил меня. Клянусь, вот почти взаправду убил. Но я его вырубил. Мой друг сказал тогда, что я дрался со своим отражением.

Вот, чего мне не хватало в жизни. Выговориться. Рассказать о том периоде. Нью-Йорк оставил в моей душе слишком много шрамов. А Джошуа Клейтона этот проклятый город и вовсе убил, чтобы я смог занять его место.

Я бы очень хотел рассказать об этом Розе, но что-то мешало мне открыться ей до конца. В наших отношениях, как мне казалось, не хватало глубины, мы очень любили друг друга, страстно и по-настоящему. И все же я не мог рассказать ей правду о себе, о своих страхах и кошмарах.

Я откуда-то знал, что она не поймет. Во мне зрели эти чувства так давно, и теперь я выговаривался какой-то совершенно случайной девушке. Актрисе, которую вижу второй раз в жизни.

Машина стояла на парковке уже минут пять или десять, наверное. Я заглушил мотор, а речевой понос никак не прекращался. Я взмахивал руками, увлеченно рассказывая об «Отпоре» и разбавляя свои слова шутками, а Мег слушала с широкой улыбкой и посмеивалась.

— Ты врешь! Ты врешь! — смеялась она, прикрыв рот пальцами.

— Клянусь! Я правда обмотал полицейскую машину мусорными мешками.

— Не слышала ничего глупее в жизни!

— Да, тот коп тоже так сказал. Он сказал, что ничего тупее не видел. Сказал, что в следующий раз усадит наши задницы в тюрьму.

Мы вышли из машины, зашли внутрь какого-то кафе на углу широкого перекрестка, заняли места на розовом кожаном диване. В глаза бросился мелкий узор из плитки на стене. Швы между керамикой были забиты какой-то желтоватой грязью. Не самое лучшее место в городе.

— Что будете брать? — обратилась к нам официантка с блокнотом.

— Бургеры у вас есть? — спросил я. И получив в ответ кивок, сказал: — Тогда мне бургер. Самый большой из всех, какие есть в вашем меню.

— Бургеры? Фе-е, — Мег указала большим пальцем вниз. — Колу без сахара, пожалуйста, и картошку. Побольше кетчупа.

Мне вспомнился фильм «Кобра» со Сталлоне. Он там весь сюжет грызет яблоки и пропагандирует здоровый образ жизни, как Спортакус из «Лентяево». Его пассия там тоже заказывала картошку, а он ее иронично подкалывал, мол, ну и хрючево же ты ешь, лучше бы перекусила фруктами. Я бы тоже мог так пошутить, если б не заказал себе бургер, короля от мира хрючева.

— Какие у тебя проблемы с бургерами? — спросил я. — Это буквально лучшая еда. В картошке твоей даже мяса нет.

— Я снималась в рекламе «Бургер Кинга»… — стыдливо призналась она.

И тут я вспомнил всё.

— Я видел тебя! — меня осенило, я щелкнул пальцами. И как я раньше ее не узнал? — Ты рекламировала «воппер-игру!»

— Пожалуйста, не надо, — она прикрыла лицо ладонями и осела на стол.

— «А ну стоять! Я просто обязана рассказать вам о „воппер-игре“! Вы можете выиграть воппер, колу, тысячу долларов, пять тысяч и даже миллион!» — дразнил ее я. — «Шанс выиграть приз — один к шести».

— Ну всё! — она взяла табличку с меню и шлепнула меня ей по голове. — Хватит!

— Хорошо, хорошо…

Мег вернула табличку на место, посмотрела на меня ни то печально, ни то с юмором.

— Я боюсь, что эта роль останется лучшей в моей карьере, — тихо сказала она. — Они из меня все соки выпили. Всю жизнь буду эти строчки помнить.

— Я тоже, — улыбнулся я, скорчил рожу и продолжил высоким голоском: — «А теперь вернемся к более важной причине прийти в „Бургер Кинг“ — еда!»